Злоключения начались в пятницу, или Сон в руку (СИ)

-- Так, так. Лизин парень. Интересно.
-- А вы, наверное, Вячеслав? – обратился к нему Костик. – Мне Марина про вас рассказала.
Точно. Выходило, что он уже был в курсе нашего с ней сходства.
-- Это хорошо, что рассказала. Давай, отойдем. А вы, девочки, идите пока в машину. Она вон там стоит. И дверь не закрыта. Усаживайтесь с удобствами.
Я немного медлила. Поэтому Сонька принялась тянуть меня за ремешок сумки, чтобы следовала за ней. Она же чуть не вприпрыжку устремилась сразу исполнять распоряжение Тихомирова.
-- Ты не знаешь, о чем они могут говорить? – вытянула подруга шею, чтобы можно было видеть беседующих мужчин из раскрытой двери автомобиля.
-- Понятия не имею, – я в этот момент косилась на Соньку и искренне желала, чтобы ее сейчас здесь не было бы.
-- Что-то я волнуюсь. За Вячеслава. А за своего Костика ты сама волнуйся.
В машине мы просидели минут десять. Потом к нам подошел Тихомиров и занял водительское место. Константин только попрощался с нами и сразу же скрылся в направлении моего дома. Я предполагала, что там его ждала Марина, именно к ней он и спешил.
-- Куда это твой Костик пошел? Почему ты его не позвала? – недоумевала Сонька, вертясь на сиденье.
Мне не хотелось ей отвечать. Поэтому молчала. А у нее находились все новые и новые вопросы ко мне. Только тогда и замолчала, когда машина тронулась с места и поползла в сторону проспекта.
-- Куда едем? – переключилась она на Вячеслава.
-- К тебе домой, – посмотрел на нее Славка через зеркало заднего вида. – Я правильно запомнил дорогу?
-- Да, – только она и сказала, но по голосу стало понятно, что расстроилась.
Когда мы остались  с ним одни, он принялся мне пересказывать разговор с Константином. Там еще ничего не было понятно. Радовало одно, что все встало на свои места. Теперь уже я окончательно и для всех действующих лиц нашей странной истории стала Елизаветой, а Марина теперь играла только свою роль. Константин в себя совершенно еще не пришел. Ему только предстояло все осмыслить и принять решение. Чтобы окончательно во всем разобраться, попросил нас о новой встрече.
-- Он зовет в эту субботу к себе на дачу. Тебя, меня и их двое. Маринка тоже просит нас не отказываться и дать ей шанс наладить новые отношения с любимым. Что скажешь? У тебя, ведь, выходной? Поедем или нет?
-- Я ей не враг. Наверное, надо поехать. Как считаешь?
-- Тогда так и решим. Завтра встречаемся на его даче. Адрес он мне дал. Рано утром и отправимся. А сейчас давай все же в мебельный. Нет сил, завтракать стоя. Как считаешь?
Наш поход за мебелью занял времени много больше, чем ожидали. И хоть мы и выбрали кухню, прихожую и гостиную со спальней, но предстояло еще не менее трех недель дожидаться доставки. Поэтому завтракали мы снова, как и накануне: я на подоконнике, он, приткнувшись к раковине.
-- Ты нормально себя чувствуешь? Почему такая бледная сегодня? Даже, я бы сказал, зеленоватая.
Он долго на меня косился, прежде чем задать этот вопрос. А я все надеялась, что со стороны не было заметно моего муторного состояния. Оказалось, что зря. Дело в том, что еще только ранние лучи солнца коснулись стен комнаты, где мы спали, а я уже распрощалась со сном и никак не могла устроить себя в постели, чтобы избавиться от неприятного ощущения внутри организма.
-- Отравилась, наверное. Когда вчера ужинали, не стоило мне заказывать то блюдо, что носило экзотическое название. Помнишь, ты еще посмеялся над ним.
-- Думаешь, было несвежее?
-- Отчего-то, как о нем вспоминаю, так мне совсем не хорошо.
-- Может, никуда не поедем? Позвоню Маринке…
-- Не надо. Все будет нормально. Мне уже лучше. Сейчас выпью чаю…
Встреча на даче состоялась. Домик у Костика был не велик, но внутри уютно. И сам дачный поселок располагался в живописном месте на берегу водохранилища. Близость водоема настроила мужчин на рыбную ловлю. Удочки нашлись, и они отправились испытать удачу под раскидистую иву, а мы с Маринкой расположились здесь же на бережку. К ужину получилась уха. Довольно вкусная. Мы поели и долго сидели у костра, беседуя обо всем понемногу и посматривая на огонь. И так получалось, что лучше узнавали друг друга, неспешно и понемногу.
 
 Спать разошлись уже за полночь. Маринка с Константином расположились внизу, а нам уступили спальню на втором этаже. Только мы улеглись, как над моим ухом принялся жужжать комар. Противно однотонно. Он меня очень нервировал. А потом взял и укусил. Было больно и чесалось просто жутко, как сильно. Тихомиров был так мил, что предложил за меня ему отомстить. Вот с этого все и началось. Нашу бессонную ночь имела в виду.
-- Мы с тобой были такими болванами, что не закрыли окна, как только начало садиться солнце. А теперь их на свет налетело целое полчище, – ворчал Славка, а сам размахивал полотенцем, пытаясь выгнать незваных гостей назад на улицу.
-- Мне ни за что не заснуть, если здесь останется, хоть один комар. Я к ним не привыкла. У нас в Москве эти насекомые давно перевелись, не вынесли отравленного воздуха.
-- Хорошо. Я постараюсь их от тебя отгонять, раз выгнать совсем из комнаты не получается. Ложись, доверься мне и засыпай.
В итоге сон мой был урывками, а Тихомиров и вовсе почти не спал. Только самую малость, уже под утро. Поднялись мы все разбитые. Мне снова сделалось плохо. Теперь я склонна была винить в этом насекомых, что настойчиво отравляли наше пребывание на природе. Когда спустились вниз, заметили на себе пристальные взгляды Маринки.
-- Что это у вас ночью происходило? Прошу прощения за нескромный вопрос. Но вы нам половину ночи спать не давали.
-- Лизу комары закусали. Она у меня вкусная. Вот они на нее и набросились. А я исполнял роль защитника.
-- Топать, зачем надо было? И предметы на пол ронять? Не проще ли было в розетку вилку вставить с таблеткой Раптора? Мы, например, так и сделали.
-- Что ты говоришь?! Все так просто было? – я в удивлении уставилась на Маринку, а потом уже с искрами осуждения на Тихомирова.
-- Откуда мне было знать? – пожал он плечами, но выглядел расстроенным.
-- Нет, надо было вас на первый этаж положить. А то…
В Москву мы с Вячеславом вернулись рано. Решили не собирать все пробки на въезде в город. А когда приехали, то появилось желание сходить в кино. Фильм выбрали с приключенческим сюжетом. Уселись на последний ряд с попкорном и приготовились насладиться ностальгическим настроением из детства. Получилось только отчасти. Сначала мне мешал вникнуть в происходящее на экране Тихомиров. Ясное дело, что его так и тянуло меня обнять и целовать. Причем клялся, что именно так все и происходило с ним в кинотеатре в его детстве. Я сильно сомневалась и боролась с ним, как могла. К концу фильма, когда вроде бы смогла его усмирить, совсем не к месту снова начала чувствовать дурноту, ну прямо как утром.
-- Должно быть, здесь душно. Определенно, тебе не хватает кислорода, Лиза. Потопали на воздух.
На улице мне, и, правда, сделалось лучше. Через некоторое время даже зелень с лица убралась, а щеки немного порозовели. Славка, в целом, остался моим видом доволен, и его настроение тем вечером уже больше не портилось. Но про себя я этого сказать не могла. Оптимистические мысли меня оставили и не только тем вечером. Поэтому в понедельник я и отпросилась с работы, чтобы сходить в поликлинику. А когда вышла из кабинета врача, мне срочно понадобилось, где-нибудь присесть.
Ноги плохо держали. Голова казалась чугунной. Настроение было никаким. Хорошо, что рядом располагался сквер со скамейками. Я добрела до одной из них и села. Сколько там пробыла не помнила. Из прострации меня вывел звонок мобильного. Глянула на дисплей и вся похолодела. Вот он, виновник всех моих бед. Объявился. Говорить с Тихомировым не хотелось, да и сил не было. Поэтому звонок я сбросила. Потом еще. И еще. А когда все-таки решилась ответить, он уже дошел до белого каления.
-- Ты где?! – рявкнул мне в трубку.