Сумка, посох и удача! (СИ)

— Едем? — осведомился кучер, повернувшись вполоборота и с опаской зыркнув на меня.
— Угу. Гоните отсюда, пока не началось.
Возница слегка прошелся хлыстом по сытым спинам лошадок, и те ожили, потянули, потянули легкий четырехколесный экипаж.
— Удачно доехать! — хором пропели садовник и статная дама. — Возвращайтесь скорее!
Из города мы выехали без особых приключений, если не считать черной кошки, старавшейся перебежать нам дорогу. Нахальная кошка сначала чуть не угодила под конские копыта, и не знаю каким чудом увернулась от колес. Сказочно повезло ей. Иначе, душа ее отлетела бы ловить мышей на небесах, а к нам бы прилип удвоенный знак беды. Как истинный маг, я решил, что эта маленькая оказия к счастью. За городскими воротами нас ждала прямая, гладенькая дорога к Илии, тянувшаяся между полей за горизонт, окрашенная рассветным отблеском.
Я еще некоторое время опасался появления людей виконта Марга, посматривал по сторонам и оглядывался назад, не увязался ли кто за повозкой, но тракт был пуст, если не считать тяжелых крестьянских телег и кучки пешего люда. Через пару лиг зубчатые башни Фолена исчезли в утренней дымке, и я почти успокоился: либо господин Аракос добрался до города слишком поздно и не успел ничего предпринять с розыском своих вещичек, либо госпожа Клококо его пришибла за опоздание на свадьбу.
Дереванш по-прежнему сидел в напряжении: сгорбившись, вцепившись в сумку и помаргивая испуганными глазками, словно ожидая, что вот-вот явится перед нами ужасный Марг, выпрыгнет как чертик из табакерки и скажет страшным голосом: «ну отдайте мои книжки с ключиком!».
— Расслабьтесь, мой друг, — я ободряюще похлопал его по плечу. — Хотите закурить? Очень успокаивает нервы.
— Дайте, — попросил архивариус. — Только я не умею. Все удивляюсь, как у вас с госпожой Элсирикой получается.
— Нате, — я сунул ему в рот сигарету, поправил фильтр, который он едва не откусил и щелкнул зажигалкой. — В себя тяните, — объяснил я суть простого и приятного процесса. — Вдыхайте дым. Ага. Сильнее вдыхайте.
— Эхе-кхе-хе! — отозвались внутренности библиотекаря. Сам он затрясся, выронил сигарету и вытаращил покрасневшие глазки, словно кабанчик, которому под ребра сунули нож.
— Чего это вы, Дереванш? — я проворно стряхнул сигарету с его штанов, уже начавших тлеть. — Может вам водочки налить?
— Не… кхе… надо, — кенесиец решительно замотал головой. — Если можно, достаньте мне одну из книг виконта. Почитаю по пути.
Удовлетворяя каприз архивариуса, я нырнул в сумку, кое-как дотянулся до сундучка и вытянул первую попавшуюся книжку.
— Булатов, у тебя кофе случайно нет? — зевая и поеживаясь от утренней свежести, спросила Рябинина.
— Случайно есть. Две упаковки «Нескафе». А у тебя что, есть кипяточек?
— Ах, ну да, — сообразила она. — Без кипяточка не получится. Давайте тогда просто есть пирожки.
Сняв полотенце с корзинки, Элсирика начала выкладывать еще горячий завтрак: румяные булочки, пирожки и нарезанную колбасу. А потом, покусывая булочку, как бы между прочим заявила:
— Варшпагран меня ночью навещал. Странненький такой, ушки лиловые опущены, глазки хитрые желтым светятся, все старался ко мне под покрывало залезть.
Я рассмеялся, едва не подавившись пирожком:
— Ты, Анька, демонической силе так просто не сдавайся. Выгоду для себя требуй.
— Булатов, я же серьезно говорю, — она обижено хлопнула ресницами, покраснела и отвернулась к громаде, проплывавшей мимо мельницы.
— Рассказывай, чего он хотел, — как бы извиняясь, я взял ее холодную ладошку.
— Сказал, что братство Копателей разгадало оба пергамента: Мертаруса и Размазанной крови. Теперь, по его демоническому мнению, у нас очень мало времени, а Сапожок должны найти непременно мы, иначе случится какая-то беда мирового масштаба. Еще сказал, что если мы все-таки первыми найдем тапочек, то есть Сапожок Пелесоновский, то потом нам будет указано, как с этой штуковиной поступить.
— Нет уж, детка. Нам, конечно, демонические советы не помешают, но поступать будем исключительно по своему разумению, — сказал я и протянул кусок колбасы с булкой Дереваншу, который целиком погрузился в чтение книжонки виконта «О пользе древних вещей».
 
— Видишь ли, Игорь, — Рябинина на несколько секунд замолчала, сосредоточенно стряхивая крошки с коленей. — Варшпагран сказал, что я ему теперь обязана… Будто, благодаря ему я так распрекрасно здесь устроилась, и деньги мои, и положение — все-все благодаря ему. Понимаешь… — она дернула плечами, и мне показалось, что ее прозрачные глаза стали влажными. — Ну что за свинство, я же сама добилась всего! И книжки пишу только своей головой! — едва сдерживая слезы, проговорила Элсирика. — Ладно. Не обращай внимания, Булатов — это уже мои личные проблемы. Только у меня такое дурное ощущение, что я у него на крючке.
— Нет, это наши проблемы. Ты что, с ним договор какой-нибудь заключала? — тихо и настороженно спросил я.
Рябинина молчала, кроша на колени остаток булочки.
— Договор с ним заключала на словах или на бумаге? — повторил я вопрос.
— Н-нет, — как-то неуверенно и сердито ответила Анька.
— Если нет, то пусть скачет по чертовой дорожке на средней ножке. А чтоб по ночам не являлся со своими претензиями, спи со мной, — наклонившись к ее уху, добавил я. — Ко мне он тоже как-то являлся, мартышка крылатая. В ту же ночь, как ты от меня сбежала из «Гордого орла». Какие-то свои соображения мне пытался навязать, кое-что настойчиво предлагал, — подробности я решил Рябининой не изливать. Уж тем более не стал развлекать ее происшествием со свободными дырочками Энли в тот момент, когда маркиза делала мне сладкий минет.
На вполне здравое предложение «спать со мной» Рябинина не отреагировала, но полюбопытствовала:
— И что ты ему сказал, на его предложения?
— Я выдвинул ему встречное предложение: что б он отправился в задницу к своему родителю, — ответил я.
— Увы, у меня с ним все намного сложнее, — она немного помолчала, глядя в окно. Потом продолжила: — Вот и этой ночью Варшпагран сказал, будто это он сделал так, что мы повстречали виконта Марга, и то, что половинка ключа теперь у нас — его личная заслуга. В общем, все это он организовал, массу усилий приложил и демонических средств потратил, но больше в поисках Сапожка он помочь ничем не сможет.
— Что ключ Марга у нас — его заслуга?! Ага. Вот его заслуга! — хлопнув себя выше локтя, я согнул руку, изображая известный жест. — Где он был, благодетель синеухий, когда мы в склепе с жизнью прощались?! А карета разлетелась от чего: от моей магии или может он так звонко перднул?
— Булатов, — Анька придвинулась ко мне поближе и, наклонившись, проговорила: — Я тебе, кажется, говорила, что Варшпагран меня за эти три года на Гильде не посещал? Это не… совсем правда. Он мне снился несколько раз. И как-то непонятно сон ли это был или какой-то бред наяву. Я плохо помню, что было со мной теми ночами. Помню только, что в один из таких снов мы пообещали помочь друг другу — не знаю в чем и как — а утром, когда я проснулась, то обнаружила на постели грязные следы чьих-то лап и немножко крови на подушке — у меня была шея поцарапана или слегка покусана.
— Черт! Это плохо, моя милая, — я повернул ее личико к себе и покачал головой. — Ты понимаешь, как это плохо? Похоже, он получил от тебя, что хотел.
— Не совсем понимаю, о чем вы говорите, — вмешался Дереванш, который, увлекшись книгой, часть разговора пропустил, а часть вовсе не понял, потому что многие слова мы произносили по-русски.
Мне пришлось рассказать кенесийцу некоторые эпизоды из наших отношений с демоном (разумеется, о явлениях Варшпаграна к Аньке до ее гильдийской жизни, а также во время моих внебрачных игр с маркизой Оланс, я умолчал).
— Так и знал, что в историю с Сапожком впутаны демоны, — мрачно произнес архивариус. — Ой, плохи наши дела. Подозреваю, они все это начали. Выждали нужный исторический момент и тайну, покоившуюся веками, хитренько так сдвинули с мертвой точки. А раз демоны в этом запутаны, то пользы не будет никому: ни нашему королю Люпику, ни братству Копателей, ни нам с вами. Люди, как всегда, окажутся обманутыми, и разрешится все это самым досадным образом.