"Зарубежная фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Еще одно потрясение. Знания Джорона о Ста островах сложились из рассказов отца. Они представляли собой цепочку островов-крепостей, защищенных стенами и вооруженных против алчных врагов с Суровых островов, чья культура основана на набегах, – именно они вынудили жителей Ста островов стать такими жесткими.
– Вот почему, Джорон, мы летим быстро, и когда мародеры, смелые перед лицом беззащитных людей, обернутся, они увидят, что им противостоит «Дитя приливов».
Он хотел сказать ей, что «Дитя приливов» не готов, признаться, что солгал про расчеты дуголуков, объяснить, что безрассудно вступать в сражение, но когда заговорил, то произнес совсем другие слова.
– Я никогда не участвовал в сражениях, – признался он.
Миас встала.
– Возможно, тебе не придется и сегодня, – сказала она. – Если мы прибудем вовремя, то весьма вероятно, что одного вида корабля нашего флота, пусть даже и черного, – она немного помолчала и вздохнула, – в особенности черного, будет достаточно, чтобы заставить их дважды подумать, прежде чем напасть.
– А если мы не успеем? – спросил Джорон.
– Если мы окажемся там после того, как начнется рейд, мы будем сражаться, – ответила она. – Есть только один путь попасть в бухту и выйти из нее, и мародерам придется пройти сквозь нас, чтобы сбежать. – Миас улыбнулась, но Джорон не увидел в ее улыбке радости. – Они будут на флюк-лодках. Несколько хороших выстрелов из дуголуков их уничтожат. Это вряд ли будет великая битва.
Ему бы следовало сказать, что будет большой удачей, если «Дитя приливов» сделает хотя бы один удачный выстрел из дуголука, но он промолчал.
– Если мы прибудем слишком поздно, Джорон Твайнер, мародеры доберутся до детей, которых продадут, и разбогатеют. Суровые острова их купят и принесут в жертву, чтобы получить зоресветы и сохранить жизни своих людей. Они станут сильнее, а Сто островов – слабее. Поэтому для нас очень важно не опоздать. – Он кивнул. – Так что займись крыльями, Джорон Твайнер. Заставь «Дитя приливов» лететь вперед и наточи курнов, что висит у тебя на боку. – Когда он повернулся, собираясь уйти, Миас снова заговорила: – Если дойдет до сражения, – тихо сказала она, – схватка на корабле превращается в настоящий хаос. Оставайся возле меня, и пусть твоя команда прикрывает тебе спину.
– И этим все ограничится? – спросил он.
Миас рассмеялась.
– Нет, все гораздо сложнее, чем кажется. Убить врага и уцелеть, вот что самое главное. Во время твоей первой битвы других мыслей у тебя не будет.
– Я думал, ты тактик, супруга корабля Миас, – сказал Джорон.
Она кивнула.
– Да, так и есть, хранитель палубы, я действительно тактик. Но скорее из-за того, что видела много сражений, быть может, слишком много.
– Мой отец говорил о сражениях как о славных делах, – сказал Джорон.
– Это для разных басен, – спокойно ответила она. – Мы сражаемся в надежде, что другим не придется, и для того, чтобы сохранить жизнь тем, кто нам дорог. Мы сражаемся даже за тех, кто этого не заслуживает. В том, что мы делаем, нет ни чести, ни величия, и только глупцы думают иначе. В конечном счете, я иду в бой потому, что у меня нет выбора. – Она посмотрела ему в глаза. – Как и ты. Так что помни, если ты услышишь рассказы об отваге и величии, знай, что их почти всегда рассказывает тот, кто наблюдал за битвой со стороны. Тем же из нас, кто держал оружие в руках, хорошо известно, что такие истории лишь покров для ужаса, который происходит на самом деле. Ни одна разумная женщина или разумный мужчина не хочет войны, а те, что хотят, никогда бы к ней не стремились, если бы думали, что она оставит краску на их пороге.
Джорона поразила горечь, с которой Миас говорила, к тому же ее слова обесценивали память о его отце, и он почувствовал, как что-то темное собирается у него внутри.
– Мой отец сражался, – заявил Джорон. – И хотел, чтобы я попал на флот. И он не был глупцом.
– Нет, я ничего такого не говорила. – Миас покачала головой. – Но он был беден, Джорон Твайнер, а как еще бедняк Ста островов может стать богатым? Они сражаются или умирают в нищете. А теперь иди. Приготовь для меня мой корабль.
 
Она вернулась к столу, села и снова стала смотреть в книгу, предоставив ему пытаться понять, кто она такая – эта воительница, говорившая так, словно она ненавидит войну.
Быть может, она здесь именно по этой причине?
Он не знал и не осмеливался спросить.
  
9. Поломки «Дитя приливов»
 
Ветры обошлись с ними дружелюбно, если не сказать с пониманием. «Дитя приливов» танцевал на море, где почти не было волнения, а клювозмеи плыли перед ними. Миас Джилбрин расхаживала по крестцу костяного корабля, она дважды посылала Джорона с частью команды в трюм, чтобы заново разложить припасы в надежде изменить баланс черного корабля и выжать из него как можно больше. Они потели, ругались, перетаскивали ящики по темному трюму, однако это не помогало увеличить скорость. Корабль набрал ту, которая его устраивала, и дети палубы, пусть и знающие свое дело, работали недостаточно эффективно, чтобы хотя бы немного ускорить его движение, полностью используя ветер.
Поэтому Миас расхаживала взад и вперед, а Джорон чувствовал, что каким-то образом ее разочаровывает, и кипел от собственного гнева – на Миас, за то, что она пробуждала в нем такие чувства, и на себя – из-за того, что ему не все равно.
Когда пламенеющий Глаз Скирит взобрался на высшую точку, прогнав остатки туч и превратив море в сотни тысяч осколков зеркала, настолько ярких, что на него было больно смотреть, раздался крик с верхней части одного из главных позвонков.
– Острова по ходу!
Половина команды устремилась к борту, Джорон почувствовал, как корабль накренился, и тут же жаркий воздух прорезал голос Миас:
– Возвращайтесь к работе! Вы скоро увидите острова! Вас не касается то, что видят наблюдатели. – Миас отошла от кормы и встала на поручни, держась одной рукой за веревку, другой приложив к глазам подзорную трубу, ее длинные седые волосы с красно-синими прядями подхватил ветер, а женщинам и мужчинам ничего не оставалось, как вернуться к работе, словно провинившимся детям. – Гора Колферрис. Мы пройдем мимо нее в канал, – крикнула Миас, чтобы стоявшая за рулевым веслом Барли ее услышала. – Отсюда не более восьми поворотов песочных часов до Корфинхьюма. – Она оглянулась. – Хранитель палубы, открой арсенал и раздай курновы и пики каждой женщине и каждому мужчине. И анхир – всем. Расчеты дуголуков должны быть готовы. Моя команда, моя команда! – закричала она с горящими глазами. – Приготовьтесь, сегодня нам предстоит сражение! – И она взметнула в воздух руку с подзорной трубой.
В ответ команда одобрительно взревела, и Джорон удивился. Если ты ненавидишь сражения, Миас, почему выглядишь такой счастливой, когда думаешь о них?
Барли налегла на рулевое весло, Джорон почувствовал, как корабль изменил курс, и у него появилось некоторое представление, каким мог стать «Дитя приливов», если бы его команда работала безупречно – корабль легко парит над волнами, танцует над морем и вокруг врагов. Но до этого было еще далеко – возможно, «Дитя приливов» никогда не суждено превратиться в такой корабль. Да и как это могло произойти?
Клюв корабля теперь был направлен на гору Колферрис, вздымавшуюся над морем, на ее сером хребте ярким пятном выделялась зеленая растительность, вокруг летали стаи скииров, что-то жалобно кричавших ветру. Отец говорил ему, что это духи моряков, брошенных на островах и умерших от голода на голых скалах, вроде горы Колферрис.
Мимо Колферрис шла цепочка островов, постепенно увеличивавшихся в размерах, покрытых знакомыми всем розовыми, голубыми и пурпурными цветами джиона и вариска, выраставшими из моря, точно сломанные зубы в челюсти. Над островом, к которому они направлялись, кружили стаи птиц, указывая, что там можно раздобыть пищу. «Быть может, – подумал Джорон, – там ее даже больше, чем обычно, и, если мы опоздали, то на острове полно мертвецов».