БЕСЫ - 2 (Новые приключения Бесов, или Отпуск дело нелегкое... )
Совершив все необдуманные шаги и роковые ошибки, продолжаю медитацию, то есть не делаю резких телодвижений, в отличие от некоторыx захватчиков новых территорий, у которых с утра пораньше шило в одном месте. На Будду, которого усиленно пытаюсь изобразить все утро, я похож разве что скрещенными конечностями. Сияющий нимб куда-то закатился, пучок волос на голове рассыпался по плечам, да и распальцовка радикально отличается от канонической – ладони сжаты в кулаки. Понимаю, что в обозримом будущем достичь нирваны мне не грозит (до ванны бы доползти), седьмое небо за сгущающимися тучами (в свое родное нужно срочно телепортироваться), да и тишина ума — точно не мой удел (в черепушке гудят электропровода высокого напряжения).
В оцепеневшем теле происходят глобальные изменения: холодеют руки, затекают скрещенные ноги, по трубам течет оно самое… поднимается температура, и мозг приближается к точке кипения. Сижу и просто кипятком писаю при мысли, как одним кликом мышки можно перевернуть мир: изменить с плюса на минус, с небесно-голубого на серо-буро-малиновый, с беззаботно-веселого на дисфорически-депрессивный.
Внутренне и не только содрогаюсь, услышав хлопок входной двери. Сияние твоей появившейся в дверях физии можно было бы сравнить со сверхновой, если бы не мое нижеплинтусное настроение. Вымучиваю из себя приветственную улыбку. Набираю в легкие воздух, чтобы привести в исполнение подписанный самим собой приговор, и бесовский дуэт синхронно произносит сакральную фразу:
— Любимый, у меня для тебя сюрприз!
Как это ни печально, но осознание того, что у дураков мысли сходятся, нисколько не радует. Слишком диаметрально противоположны вложенные в одну фразу эмоции. Судя по тому, что ты чуть ли не прыгаешь от счастья, а я чуть не закипаю от раздражения, сюрпризы у нас разного характера. На 69 секунд замираю, пытаясь прикинуть, какие еще презенты адресует мне провидение. Понимая, что ситуация анекдотична, решаю для начала выслушать потрясающие до глубины души новости, которые написаны на твоем сияющем лике. Мои суперхуевые подождут.
— Говори… — вымученно выдыхаю, печально глядя в счастливые глаза. В башке поселяется назойливый дятел, который пытается выдолбить гнездо в моих висках.
— Давай поженимся! — грохот мысленно упавшего с кровати мешка с костями и прочими отходами жизнедеятельности разорвал повисшую в окружающем пространстве зловещую тишину. Ахуеваю. Я, конечно, предполагал, что твоя голова до отказа заполнена бредовыми мыслями, но чтобы такими! Как контуженный, теряю все дары эволюции: мелкую моторику, речь, звуковосприятие, восьмое чувство, третий глаз и даже самое бесценное — челюсть. Мозг вытекает из носовых пазух, закипев прямо в перегретой башке. Нервные импульсы дергают глаз. Ноут неожиданно резко захлопывается, видимо, в конвульсиях рука дергается, побочным эффектом возвращая мне все мои потеряшки и выводя из ступора.
— Давай… — наконец, провернуло мой язык, — ты сейчас не будешь мне мозги ебать, — это включились остатки серого вещества, которое я успел зашмыгнуть в нос.
Откладываю хрупкий гаджет в сторону. Так, на всякий случай, чтобы не зашвырнуть его куда подальше в порыве чувств.
— А что ты хочешь, чтоб я выебал? — наинаглейшая улыбка на твоем лице подплывает ко мне, всем своим видом показывая, что у меня есть право слова, а также право выбрать из трех зол меньшее. — Только скажи…
Ну, началось… У меня тут намечается вполне реальный крах моей империи. Не предсказанный никаким провидцем армагедец разрушает воздушные замки, всемирный потоп смывает радужные мечты на финансовую стабильность, а у этого озабоченного зверюги одно на уме. Вернее, уже не одно… К твоим извечным желаниям получить свое присоединилась еще одна навязчивая идея. Independent решил окольцевать независимого. Пипец, клиника!
— Тебя что, Йети покусали? — опасливо сдвигаюсь на край кровати, от шока забыв всю отрепетированную речь, а также русскую простонародную речь, и что у меня вечером самолет.
— Никто меня не кусал. И, вообще, я тебе не о том… Мои знакомые из Румынии звонили… — кровожадно посматриваешь, видимо, прикидывая, сколько из меня можно кровушки высосать без ущерба для здоровья.
Перебиваю твои намеки на близкое знакомство с упырями и оценочные взгляды количества живительной жидкости в моем сосуде для души смелым предположением:
— Что, сам Дракула или его пресс-секретарь? — как магическим щитом закрываюсь подушкой. Кошмар какой-то! Одни кровопийцы кругом. Точно, это они тебе крамольные мысли в голову подкинули.
— Нет, — отрицаешь все мои правильные выводы. Обреченно вздыхаю, придется поверить на слово. — Их потомки. — Опять перестаю дышать. — Парни давно живут вместе. — Совершенно искренне вытаращиваю глаза, сделав еще одно открытие. Дракула – би! Яблоко от сливы далеко не катится. — Вот, поделились радостью. Они оформили свои отношения в Дании, — как ни в чем не бывало продолжаешь нести несусветную чушь и выносить мой ахуевший мозг. — Официально!
— Ничего не понимаю. Чему тут радоваться? — чувствую, что еще немного, и у меня от перенапряжения кровь носом пойдет. Под глазом продолжает дергать нервный тик. Чему ты так рад? Мне вот ни разу не смешно. — И причем тут мы? — из последних сил сдерживаю свои душевные порывы кого-нибудь покусать. У меня и так мозг переклинило, а тут еще этот «кто-нибудь» стоит, лыбится во все тридцать два и мне этими придурками поженившимися на раскаленные нервы капает. — Алекс, съешь чеснок и успокойся. Мне сейчас не до твоих мозгоебств.
— Ал, что с тобой? Ты такой напряженный, — подсаживаешься ко мне. — Давай расслабься. Тебе же всегда нравилось мое изысканное траханье твоего мозга, — твоя рука тянет от меня магическую защиту, состоящую из подушки. Глаза гипнотизируют, притупляя бдительность. — Я тебе серьезно говорю! Я позвоню знакомым, и нам начнут оформлять Шенген.
Чувствую, как натянутый до предела нерв растягивается в тончайшую нить и с каноничным «БЗЫНЬ» рвется, резонансом вибрируя в мириадах нейронов.
— Ахуел?! Забудь! — злобной бестией вскакиваю с кровати.
— Да, ахуел, — заваливаешься на пригретое местечко. — И, нет, даже и не подумаю! — настаиваешь на своем, упираясь рогами в изголовье.
— Ты точно крейзи!!! — у меня точно шок. Ни одного мата не помню, но голосовые связки тренирую на полную. — Что за идея фикс?!
— Ал, мы все ходим по лезвию бритвы. Мало ли чего может случиться? Так хоть мои загрансчета уйдут тебе.
— Даже думать не смей о каких-то «мало ли чего» и «если вдруг»! — шарахаясь по спальне, ужасаюсь потаенной темноте твоих мыслей и, наконец, вспоминаю хоть что-то членораздельное. — Ебнулся?!
— Нет, я о тебе забочусь, — отслеживаешь мои шараханья, поедая взглядом, и уже что-то недоброе посверкивает за бесовской зеленью.
— Я сам о себе позабочусь, а у тебя пацан растет! — меня уже просто несет с твоих заебов. Еще немного, и ты увидишь, как я по потолку пробегусь. — И если ты думаешь, что мне нужны твои счета, то ты просто баран! – ору, окончательно потеряв страх и самообладание.
— Еще раз оскорбишь меня, и я тебя накажу, — спокойный голос Беса останавливает мое броуновское движение, пригвоздив к месту перспективой экзекуции. Развитая интуиция вовсю семафорит мне, что пострадает далеко не мозг. Воспаленное серое вещество окончательно теряет связь с реальностью и вопит мне, что лучшая защита — это нападение. Нападаю.
— Еще раз заикнешься о материальном в наших отношениях, и я сам тебя накажу! — шиплю как змеюка, орать уже горло болит. Вижу твои удивленно приподнятые брови. — Нет, любимый, — сразу пресекаю твои неправильные догадки. — Я тебя не оставлю, — просто чувствую, как от злости горят щеки. — Ты на своей шкурке опробуешь, как я могу управляться с плеткой.
— Ты не посмеешь, — вальяжно развалившись, скалишься, видимо, ни разу не поверив. Или провоцируешь?
— Да как нехер делать! — возмущаюсь твоей самоуверенности. Ладони просто горят и нестерпимо чешутся. Сжимаю кулак, как будто в нем, и правда, уже согревается рукоять хлыста. Угрожающе трясу воображаемым девайсом в твою сторону. — Я не посмотрю, что ты весь из себя такой Верх.