БЕСЫ - 2 (Новые приключения Бесов, или Отпуск дело нелегкое... )
Удар под дых и контрольный в голову. Вижу, как ты садишься к тому чернявому наглецу за спину, на его галду. Р-Р-Р-Р-Р! Срываюсь. Расталкиваю толпу. Лечу к тебе. Хватаю за шкирдак и, обхватив талию, стаскиваю тебя с сиденья.
— Да ты ахуел! Лет, пусти парня. Он согласился, — орет мне мудила.
— Я тебе покажу, согласился. Не подходи к нему. Не приближайся. Не касайся. Не смотри даже в его сторону. Ты меня понял?!
— А то что? — лыбится наглец.
— Тебе лучше не знать. Он мой, — обнимаю тебя. Пульс набатом бьет в голове. Как бы не сорваться.
— Да в чем проблема? — слышу тебя, но неотрывно смотрю на байкера, буравя взглядом. — Я только прокатиться хотел. Мотик клевый. Горит, как новогодняя елка. Музон орет. Ты как-то говорил, что хотел такой купить. Вот мне и стало интересно.
— А в том! Что у байкеров такое правило: сел, села назад — отдайся, — вижу, как изменяется твое лицо.
Брюнет развязно улыбается и, подмигнув тебе, движением головы указывает на сидушку. Рука впечатывается в нос наглеца раньше, чем я успеваю подумать.
Не сразу, но к нам подлетают парни. Растаскивают. Рвусь в оковах рук в желании достать и вновь вцепиться в глотку.
— Какого хуя тут произошло? — слышу грозный окрик Борисыча. У меня из губы течет кровь, вытираю, размазывая по щеке. У соперника течет из носа. Дыхание сбито. Продолжаем убивать друг друга взглядами.
— Ничего. Просто кое-кто с первого раза не понимает. Мы уезжаем, — отбиваюсь от удерживающих меня рук. — Не подходи к нему. Убью! — тычу пальцем и рычу оборзевшему байкеру.
Хватаю тебя за запястье, тяну к нашей “Хонде”.
— Никогда! Слышишь? Никогда не садись кому-либо за плечи. Только я. Мы друг друга поняли? — Внутри кипит злость. Возбуждение накатывает.
— Да успокойся ты. Я же не знал.
— Теперь знаешь! — запрыгиваю на байк, удерживая. Ты тут же оказываешься за спиной, прижимаясь ко мне. Чувствую горячие ладони, сплетенные на животе, и срываюсь с места.
Мчу нас в наступающую ночь. Как посмели тронуть мое? Посягнуть? Мой. Мой. Мой. Возбуждение лавой сжигает все. Здравый смысл отступает под напором животных инстинктов. Все внутри клокочет. Резко торможу, свернув на побережье. Сижу. Загнано дышу. Ты снимаешь шлем вслед за мной. Свежий ветер треплет волосы и морщинит водную гладь.
— Что случилось? — говоришь тихо, чувствуя мое сбившееся дыхание.
— Слезай, — голос срывается. Делаю глоток соленого морского бриза. Чувствую покинувшее тепло за спиной. Сам спрыгиваю. Байк на подножку, оборачиваюсь к тебе. Вижу растерянный взгляд. Чувствуешь свою вину? А я чувствую, как рвет ко всем ебеням мою башню.
— Ну, что с тобой? — ты подходишь и мягко обвиваешь руками талию. Рву на тебе футболку, кнопка на шортах, молния. Рука нагло врывается и сжимает мое. Ты дергаешься, но я уже понял. Ты тоже возбужден. Во мне все кипит… Мне нужно твое тело сейчас, немедленно!
Улыбка скользит по твоим губам, провоцирует. Взгляд бесовских глаз просто кричит: «Возьми! Я твой!»
Губы шепчут:
— Возьми, я твой… — Все… Похуй на все! Тяну тебя в полумрак раскидистого дерева.
Сдергиваю шорты. Плевать, увидят, не увидят… Мне все похуй! Ты рядом. Ты мой! Руки ощупывают тело, ласкают. Губы терзают твои, язык скользит по кромке зубов, сплетается с твоим. Но мне мало. Впиваюсь в шею. Всасываю тонкую кожу. Рычу. Мой. Твои руки торопливо освобождают меня от шорт, и те падают к ногам. Подхватываю тебя под колено и, чуть вздернув, скольжу пальцами по яичкам к сжатым мышцам. Сухо. Смотрю в твои глаза и, сложив пальцы, толкаю в приоткрытый рот, скольжу по твоему языку. Забирая слюну, возвращаюсь. Лоб в лоб, и наше сбившееся дыхание на двоих. Вкручиваю в тебя пальцы, растягивая. Нет нежности. Нет терпения. Хочу. Хочу тебя, и ты мой.
Подхватив под попку, вздергиваю на себя, прижав к шершавому стволу дерева. Ты обхватываешь меня ногами, руки смыкаются на шее. Горячее, быстрое дыхание прямо в ухо рассыпает по телу мурашки. Чувствую, как утыкаюсь тебе в анус. Вжимаюсь и, придерживая одной рукой, делаю резкий толчок, входя сразу чуть ли не до середины.
— С-с-с… — ты шипишь, упираясь затылком в ствол дерева, сжимая губы, глаза, анус… Ноги-руки клешнями обхватывают тело. Ты как струна.
— Смотри мне в глаза, — рычу тебе и втискиваюсь, давлю.
Ночь скрывает нас своей тьмой. Тьма в твоем затуманенном взоре с дьявольскими огоньками где-то там, в глубине. Стон срывается с губ, когда я вхожу до основания. Удерживаю тебя на весу, вбиваясь бедрами. Член движется в тебе по стеночкам, задевая бугорок, все быстрее.
— Я щас-с-с, — сжимаешь меня в себе до дрожи в объятом страстью теле.
— Давай, мой хороший, давай вместе… — трахаю, врываюсь, люблю. Твой член трется между нашими телами, мои бедра покачиваются, и член ходит в тебе. Все резче, все сильнее подвожу нас к грани, и мы срываемся с нее. — Люблю тебя. Люблю безумно! — ловлю твой оргазм. Чувствую эту волну. Она проходит стрелой, врывается из твоего тела в мое, прошивая нас в единое, сплетая нитями.
— Леша-а-а… м-м-м… — твоя рука передергивает ствол, и сперма летит на живот вместе со стоном блаженства с наших губ. Белые капли на тебе, на мне.
— Мой. Ал… М-м-м. Ты мой, — вжимаюсь бедрами и отпускаю себя. Горю, взрываюсь в тебе экстазом, кончая глубоко внутри. Сползаю вместе с тобой по стволу на прибрежные камни. Мой зверь довольно порыкивает тебе в ухо:
— Не отпущу. Не отдам. Скорее убью, но не отдам, — замираю, загнано дыша. Убираю мокрые пряди с лица, смотрю в глаза и губами прижимаюсь к твоим. Пью твой поцелуй, сминая губы.
Тихий шум прибоя и только зыбкая лунная дорожка серебром на черной глади.
— Леха, зараза ты… — стеная, мой затраханный Дракошка на карачках ползет к морю. — Опять без презика… — перед моими глазами в ночной темноте белеет, виляя бедрами, тощая задница. — Я задолбался уже… И так постоянно в животе крутит…
— Не ворчи, — ползу за тобой по нагретой за день песко-гальке. — Хочешь, я тебя помою? — из последних сил пытаюсь дотянуться дрожащей рукой до впереди ползущих ягодиц.
— ЩА-З-З-З!!! — орет мелкий бес, вспугнув летучих мышей, орущих неподалеку котов и, видимо, парочку таких же озабоченных долбоящеров. Бледный лик драконьей задницы приподнимается в высокий старт и срывается в морские пучины, от меня подальше. Знает, зараза, на глубину я не пойду. Впрочем, за тобой я шагну в любую пропасть.
Поглядываю на голую спину, на темные волосы по плечам и ягодицы, что скрываются в толще воды. Мой.
Комментарий к Глава 8 ( пов. Лет ) Музло к части
https://vk.com/videos141750117?z=video141750117_164512412
http://www.youtube.com/watch?v=nDyq9bppL2E
Картинки для настроения:
http://flamber.ru/files/photos/1163149743/1189520747_g.jpg
http://33.media.tumblr.com/tumblr_m8f0s8R83M1rniq2ho1_500.gif
https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/236x/eb/11/96/eb1196fa7377ecd90ba353e81b4fa39a.jpg
====== Глава 9 (пов. Ал) ======
Инструкция к применению:
Surprise!)) Не прошло и года, как из глубин нашего темного сознания и высот яркой, психоделического цвета жизни выползла новая глава. Так что:
1.Прекращаем дергать нервы, тянуть жилы, разглядывать в глазах бревна и сосать кровь родным и близким.
2. Убираем с кресла кнопку, из-под стола капкан на мышей. Принесенный ангельски улыбающейся тещей (свекровью) дымящийся чай выливаем в цветочный горшок.
3. Выдыхаем и садимся в позу лотоса, опунции, нарцисса, одуванчика (на выбор).
4. Включаем тишину ума, очищаем сознание, познаем философию Дзен, заглядываем за горизонт и посылаем весь мир в параллельный мир.
5. Залезаем в саркофаг... а не-е-е... в батискаф... Завинчиваем крышку (осторожно с резьбой). Погружаемся в бирюзовые глубины нашей жизни, ловим головастые глюки и заряжаемся бесовской энергетикой.
— Любимый, у меня для тебя сюрприз, — сидя на кровати в позе готического лотоса, бормочу себе под нос, репетируя, в какой именно интонации донести до тебя всю хуевость ситуации. Рыскаю по сайтам в поисках решения проблемы. И ладно бы по порно. За это ты меня только напополам бы перепилил. А я уже минут мнадцать ищу пути отступления с присоединившихся территорий на континент. И чем быстрее, тем скорее. Поэтому пароход — хорошо, паровоз — хорошо, но “Аэрофлот” — лучше. Бронирую билет на вечерний рейс, и, как это ни странно, резко начинает голова болеть. Даже удивился. Обычно я другим местом неприятности чувствую.