Мой инферно (СИ)

Дэй напрягся и его руки сжали меня сильнее.
— И?..
— И… попросила…
— Ты явилась сюда сама⁈ — перебил он, с трудом скрывая ярость. — Ты хоть понимаешь, что ты наделала?
— А что я наделала⁈ — вспылила я, отодвигаясь и вглядываясь в его горящие огнём глаза. — Ты исчез. Но не как раньше, я сгорел и превратился в горстку пепла. Пропал навсегда!
— Только так я мог тебя защитить.
— А ты спросил, нужна ли мне такая защита? Спросил?
Взгляд Дэя стал тяжёлым и грустным.
— Я не мог забрать твою жизнь снова.
— Что значит снова?
— Когда-то, когда тебя звали Божаной, мы уже любили друг друга. Когда-то очень давно.
Он замолк, и я тоже притихла. Это проклятое имя Божана. Теперь и Дэй называл меня именем той, кого я не помнила и не знала.
— И что случилось с нашей любовью?
— Она сгорела в огне. Моём огне, — он замолчал ненадолго, потом вздохнул и продолжил. — Тогда ты была так же красиво, как сейчас. И я полюбил тебя с первого взгляда. Как сейчас.
Я недоверчиво хмыкнула.
— Кажется, ты забыл, что в нашу первую встречу пытался меня убить.
— Но не смог.
— Потому что я попросила.
— Потому что не смог. Если б ты только знала, сколько людей меня о таком просило. Как думаешь, скольким я не отказал?
— И скольким?
Он нахмурился и вздохнул снова.
— Только одной очень вспыльчивой и наивной девушке. Только ей.
— Да-а?.. — протянула я с нарочитой озадаченностью. — И кто же эта девушка? Я её знаю? — но увидев укор в его взгляде, замолкла и попыталась сдержать улыбку.
— Я рассказываю тебе трагедию всей моей жизни. Ты можешь хотя бы не перебивать?
— Могу, — пообещала я. — Итак, демон влюбился в девушку, почти такую же красивую, как и я.
— Тогда я не был демоном. Я был сначала воином, потом воеводой. А потом встретил тебя. И сосватал.
— И я даже согласилась? — не удержалась от вопроса.
— И даже обрадовалась, — ответил Дэй, немного расслабляясь и уже не сгущая мрак над событиями прошлого. — Мы условились о дне свадьбы и всё подготовили. Но в тот день, когда должен был состояться обряд, мне доложили, что ты выходишь за другого.
— Не может такого быть, — я приподнялась на локте и взглянула на Дэя скептически. — Даже в прошлой жизни я не могла променять тебя ни на кого другого.
— А ты и не променяла. Тебе продал твой отец. За исполнение желания. Он продал тебя Амуну. В избранницы.
Его слова полоснули ножом. Оказывается, даже в прошлой жизни мне не повезло с родителями.
— Но Амун сказал, что я сама согласилась.
— Соврал. Он демон. К тому же совсем беспринципный. Когда я узнал, что тебя отдали против воли, взял меч и отправился в подворье, где остановился Амун. Но что может сделать человек, против демона? Я был так зол и так жалок. Молил Небеса, чтобы помогли мне. Но они молчали. И тогда я воззвал к Преисподней. К тем, кто только и ждал, чтобы откликнуться. Они пообещали мне такую же силу, как у Амуна, но взамен…
— Потребовали душу?
— Хуже — служение. Вечную службу Владыке.
— И ты согласился? — спросила я в ужасе.
— Даже не раздумывал. Едва получил силу, ворвался в подворье и начал громить всё в поисках тебя. А когда столкнулся с Амуном, между нами завязалась битва. Мечом я владел в совершенстве, а огнём, увы, нет. Он вырывался и бушевал бесконтрольно, сжигая постройки. Когда я, наконец, совладал со своей яростью, от подворья остались одни головешки. Сгорели дома, скотина и слуги. Все, кто там жил. Включая тебя. Но мне даже погоревать не дали времени. Кинули в огни Чистилища, чтобы побыстрее выжечь из меня скверну человеческих чувств и память о тебе. А я, к их сожалению, никак не поддавался. Они истязали меня годами, прежде чем я сдался. Сначала я позабыл своё имя, потом семью и только в самом конце тебя.
Я лежала, боясь шелохнуться. Ощущая на себе всю тяжесть прошлых событий. Они придавили меня валунами к кровати. И казалось, стоило сделать вдох, окончательно сломают моё тело и душу. Я не помнила того, о чём рассказывал Дэй. Но он похоже вспомнил все до единого события.
 
— Ты не виноват, — прошептала я, гладя его по руке и пытаясь утешить.
— Конечно, виноват, — возразил он. — Я был слаб, поэтому с тобой случилось подобное. И я по-прежнему слаб, если снова не смог тебя защитить.
— Но я жива. И здорова. В этом раз я жива, — приподнялась, демонстрируя свою живость во всей красе. Но Дэй неодобрительно покачал головой.
— Зачем ты сюда явилась?
— Потому что скучала, — ответила я с обидой. — Потому что не хочу оставаться там без тебя. Если подумать, здесь не так уж и плохо. Темно, конечно, — я взглянула на прорезь окна, из которой виднелся лишь полумрак да огни факелов на стенах чёрного города. — Но я смогу это пережить.
— Не сможешь, — ответил Дэй, отодвигаясь. — В том-то и дело, что не сможешь. Людям нельзя жить в Преисподней. Ваши тела слишком слабые для этого. Ты протянешь здесь от силы год-два. И то лишь потому, что на тебе моя метка.
Я опустила взгляд на горевшие огнём узоры рисунка.
— Но… я же избранница демона. Разве я не должна жить с тем, кто меня выбрал?
Дэй горько усмехнулся.
— Ты рассуждаешь, как человек. Демоны — народ практичный. Для них избранница — не равно возлюбленная. Избранница — это та, кто выносит и родит им ребёнка. А дальше… она вольна умереть, как делают те, кто слаб. Наследник — вот ради чего приводят в Преисподнюю избранниц. Я оставил тебя в Среднем мире, чтобы ты жила. А ты явилась сюда, снова ища смерти.
— Я искала не смерти, а тебя.
— Увы, но это одно и то же. Сиер, конечно, не стал об этом рассказывать, так ведь?
Я покачала головой.
— Тогда Амун… когда предлагал мне свободу от пари и говорил, что я должна провести с ним ночь и побыть какое-то время здесь…
Дэй нахмурился. Упоминание Амуна разозлило его.
— Он имел в виду, что ты должна родить ему наследника, растратив на это почти все свои жизненные силы.
— Но он же сказал, что через год вернёт меня в Средний мир и позволит дожить жизнь, как захочу. Он соврал? — хотя я и не собиралась тогда принимать его предложение, всё равно чувствовала себя обманутой.
— Не соврал, а утаил. Года достаточно, чтобы родить. По законам Преисподней до этого момента ты не можешь вернуться домой. Но после — да. Есть только один нюанс — жить тебе даже в Среднем мире останется лишь несколько месяцев. Преисподняя отравляет человеческое тело. Амун — коварный демон. Он умеет обещать так, чтобы не соврав, обмануть. Поэтому я говорил тебе не соглашаться.
— А я и не соглашалась. Он похитил меня и утащил в Междумирье. Сказал, что ему не нужно моё согласие. Что надо лишь установить между нами телесную связь, — я невольно поморщилась, а к горлу подступила тошнота, стоило лишь вспомнить его мерзкие прикосновения.
— К сожалению, так и есть. Чтобы стать избранницей демона, нужен лишь устный договор, связывающий твою душу обязательством и подчиняющий ему твоё тело. Физическая близость — и есть то самое обязательство. Но ваш с Амуном уговор случился тогда, когда у тебя было другое тело. Чтобы связать тебя в новом теле, он должен был потребовать вернуть долг через него. Сложно. И в то же время просто. Я рад, что успел вовремя.
— Я тоже рада. Но тебе обязательно было сгорать?
— Кто-то из нас должен был. И уж лучше я, чем ты. Пари случилось раньше, чем ты стала моей избранницей. Нам было никак от него не освободиться. А отдать тебя Амуну. Позволить ему… убить тебя мучительно и медленно. Ну уж нет.
Он приобнял меня и притянул к себе, будто боясь, что кто-то ворвётся в его покои и снова попытается меня отнять.
— Но в итоге я всё равно здесь, — подметила, немного поразмыслив об услышанном. — Избранница демона в Преисподней. Получается, дальше я должна родить тебе наследника?
Дэй взглянул на меня с укором.
— Исключено! — отрезал он. — Никакой Преисподней. И никаких наследников. Я попрошу Владыку вернуть тебя в Средний мир. И соглашусь на любую цену, какую он потребует.