Мой инферно (СИ)

Сегодня полгода, наконец, истекли, и я, набравшись смелости, повторила ритуал. Было страшно и в то же время радостно. Хоть бы они не отказали. Хоть бы перенесли меня к нему.
  
Глава 17
 
Реус Асмодей
Моя рука сжимала меч так же крепко, как и много веков назад. Поле брани — вот мой истинный дом. Потому Владыка и хотел заполучить меня. Но сегодня, в Огненных полях, где тренируется войско перед грядущим вторжением в Средний мир, я не хотел ни меча, ни брани. И злился, что должен сражаться.
Под этим тёмным куполом, заменяющим небо, думалось лишь об одном. Как она там? Тоскует ли? Или уже забыла?
Лучше бы забыла. И только бы помнила. Два противоположных желания разрывали меня день ото дня. И никакой Ад, никое пламя Чистилища не смогли выжечь из меня эту благословенную и отравленную любовь. Я помнил. Я всё ещё помнил. И всё ещё желал. Больше всего на свете я желал быть рядом. И меньше всего надеялся, что это сбудется.
«Не в этой жизни, Дэй», — осаживал себя и возвращался к сражению. Давал себе волю и вплёскивал разочарования, рубя налево и направо.
— Внимательней! — кричал очередному демону, получившему удар. — И ты! Надо было пригнуться.
«Как же тошнит от всего этого», — мысли снова вернулись к Алисе. Я невольно скользнул взглядом по куполу, будто на нём могло появится солнце или звёзды. И ровно в этот миг среди черноты что-то блеснуло. Две точки, словно две звезды. Но в Преисподней нет звёзд. — «Сиер», — догадался я. — «И не один?»
Гонец Владыки с большой неохотой брал с собой «лишний груз», как он называл тех, кто просил у него об услуге перемещения. Себя переносить он мог легко, но на других демонов нужно было столько энергии, что проще было бы сжечь их человеческое тело, а потом создать им новое.
«Кого же он мог привести?» — в груди поселилась тревога. Он не стал бы тратить столько сил на каких-то демонов, уберегая их от очередной мучительной гибели в Среднем мире. Это мог быть только кто-то очень ценный. И хрупкий. И поистине созданный из плоти. Это мог быть только человек.
Ото осознания я похолодел и замер, едва не пропуская удар.
На Огненных полях кипело сражение, демоны в своих истинных обличиях рычали и размахивали оружием, не жалея ни себя, ни противников. А я стоял, как вкопанный. Время замедлилось.
«Они бы не стали», — попытался отбросить обуявший меня страх, но ноги сами направились туда, где должны были приземлиться две светящиеся точки. Они направлялись не к Харону и даже не к Владыке. Они падали в центр Огненных полей. — «Они бы не стали…»
Я ускорил шаг, расталкивая мешавшихся под ногами демонов.
— В сторону! — приказал, усиливая голос, чтобы они расступились.
Сумбурно и неслаженно, они начали отодвигаться с дороги, но всё равно мне то и дело попадался кто-то неповоротливый.
— Да отойди же ты! — толкнул ещё одного и зарычал, понимая, что опоздал. Две точки погасли. Одна вспыхнула вновь и исчезла. Кого бы Сиер ни привёл, он оставил его — её… — посреди Огненного поля.
— Проклятье!
Огонь вырвался из меня вихрем, перемещая туда, где должен был оказаться человек, которого привели. Но промахнулся. Оглядевшись, нашёл взглядом тех воинов, кто больше не занят битвой, они мычали, рычали и улюлюкали. Насмехаясь над кем-то и одновременно пятясь назад.
— Проклятье…
От кого ещё, если не от моей избранницы, они стали бы пятиться?
— Расступитесь! — приказал им и шагнул в окружённый демонами кусок поля. В центре которого, прикрывая обнажённое тело руками, стояла Алиса, с горящим узором моей избранницы, отпечатанным на коже. Она стояла босиком на обожжённой земле. Переминаясь, потому что почва здесь всегда была горячей. Она озиралась испуганно и замерла, увидев меня. А мне захотелось выругаться снова, потому что я по-прежнему был в своей истинной форме. Уродливый громадный зверь с мечом наперевес. Наверняка весь испачканный сажей и кровью. Да она меня даже не узнает.
— Дэй? — спросила Алиса неуверенно.
Шаг — и пламя расползлось от меня по всему полю, взмывая почти до купола и скрывая мою избранницу от глаз других демонов. Как он посмел оставить её обнажённой посреди Огненных полей⁈ В груди клокотал гнев. Пульсировал страх. И разливалось томное предвкушение.
 
Ещё шаг — и огонь сжался вокруг нас кольцом.
— Дэй, это ты… — прошептала она, всё ещё не опуская руки. Прикрываясь от меня.
— Боишься? — мой голос звучал по-звериному утробно и резко.
— Нет, — покачала она головой.
Я подошёл ближе и вдохнул, наслаждаясь знакомым запахом эмоций, человечности, любви — моего персонального рая. Её рука коснулась моей покрытой шерстью бычьей морды. Погладила, словно я был не заляпанный кровью зверь, а кто-то милый и родной её сердцу. Она не боялась меня даже в таком виде.
— Что же ты делаешь со мной?.. — прошептал подхватывая её на руки и снова вызывая огненный вихрь.
***
Алиса Леденёва
Мы снова утонули в огне. Но он не обжигал. Земля до этого была настолько горячей, что я с трудом могла стоять. Но это пламя — родное — желанное — не жгло. Оно ласкало, и мне хотелось плакать от счастья.
— Мой Дэй, — шептала я, гладя его по лицу, которое на глазах менялось, приобретая знакомые черты. Острые скулы, пронзительный взгляд янтарных глаз, хмурая морщинка меж бровями.
Когда из огня мы вышли в залу с высокими колоннами из чёрного камня или стекла, меня держал уже не зверь, а человек. Разве что с тёмными, загнутыми назад рогами. С тех пор, как мы виделись, его волосы отросли и теперь доходили до плеч. На щеках была небольшая щетина. Но в остальном это был всё тот же Дэй.
— С возвращением, господин, — поприветствовал нас кто-то невидимый.
— Никого ко мне не пускать, — приказал Дэй и понёс меня через залу к винтовой лестницу. Тоже сделанной из чёрного камня. На языке крутилось его название. Кажется, это был обсидиан.
— Да, — ответил Дэй, привычно читая мои мысли. — Дом сделан из вулканического стекла.
— Куда мы переместились? В Междумирье?
— Нет, сейчас мне нет туда дороги. Мы в моём особняке в демоническом городе Дис.
Поднявшись на второй этаж, он свернул в коридор и толкнул высокую дверь, ведущую в покои. Они выглядели ещё минималистичней, чем его квартира в нашем мире. Здесь были только тёмные стены да огромная кровать с балдахином из чёрного бархата. Постельное — такой же чёрный атлас. В этом мире было так мало света.
— Весь свет, что мне нужен, уже в этой комнате, — прошептал Дэй, опуская меня на кровать. Прохладная атласная ткань создавала контраст между горячими руками, державшими меня секундой ранее. И по телу побежали мурашки. А может, дело было не в холоде, а в разливавшемся по телу предвкушении?
Дэй нависал надо мной, пожирая взглядом.
— Я скучал, — обронил он и большим пальцем коснулся моих губ. — Думал, больше никогда не увижу.
И прежде чем я успела укорить его в побеге, смял меня в объятьях и обжёг поцелуем. От его прикосновений во мне просыпалось нечто незнакомое. Животное, дикое. Чему невозможно было сопротивляться. Хотелось, чтобы Дэй владел мной. Дышал мной. И больше никогда не смел отпускать.
По кровати скользнули первые языки пламени. Но они не сжигали ткань, лишь взвивались к балдахину, касались стен, неуклюже склонялись к полу. Вокруг полыхало почти так же ярко, как внутри нас. Почти — так же. И в тот миг я знала, что оно того стоило. Всё это ожидание. Весь этот страх. И весь этот мрак. Оно того стоило.
Когда пламя погасло, а мы, сбивчиво дыша, лежали в обнимку под атласным покрывалом, Дэй ласково поцеловал меня в макушку. И задал вопрос, которого я боялась больше всего:
— А вот теперь расскажи мне, Алиса, как же ты здесь оказалась?
Он не злился — ещё — но в его голосе я слышала укор.
Вздохнув, уткнулась носом в его шею, будто так могла бы спрятаться и избежать допроса.
— Я скучала.
— И?..
— И вызвала… Сиера.