Без следа

— Я уже говорил, что у меня нет времени нянчиться с тобой.
— А я сказала, что могу сама о себе позаботиться. — Она положила руку, еще хранившую тепло его прикосновений, к себе на колени и обернулась к Эддисону: — Я играла роль женщины Кабо. Поэтому ни у кого не возникнет вопросов, если я отправлюсь с ним в Сефру. Если мне придется ждать там, я согласна. Надеюсь, вы не станете силой задерживать меня, в противном случае ваши действия получат огласку. Я поеду с агентом О’Харли.
Эддисон не ожидал такого упорного сопротивления. В сведениях о Джиллиан говорилось, что она — вдохновенный ученый, законопослушная и тихая женщина.
— Я вовсе не собираюсь применять к вам силу, доктор Фитцпатрик, но позвольте спросить, что произойдет, если ваш обман раскроют и отправят вас к Хусаду?
— Тогда я найду способ убить его. — Она произнесла эти слова совершенно бесстрастно. Это решение она приняла на рассвете, всю ночь напролет пытаясь разобраться в себе. И именно ее невозмутимость и простота заставили Трейса обернуться и во все глаза уставиться на нее. — Я никогда не позволю ему воспользоваться моими знаниями и умениями, над которыми я работала всю жизнь, не позволю ему обернуть их против других людей. Проект «Горизонт» разрабатывался не для таких, как он. Один из нас умрет, прежде чем он получит результаты.
Эддисон стянул с носа очки и принялся протирать их белоснежным носовым платком.
— Я восхищаюсь вашей преданностью, доктор, и уважаю ваши чувства. Однако у агента О’Харли скоро будет дел невпроворот.
— Она не уступит, — откликнулся Трейс.
Эддисон снова нацепил очки.
— Она — гражданское лицо и их цель.
— Она не уступит, — повторил Трейс, и их с Джиллиан взгляды встретились. — Я могу использовать ее. Кабо путешествует с женщиной. Как обычно.
— В таком случае мы привлечем еще одного агента.
— Джиллиан уже видели со мной. И она пойдет, даже если МСБ не даст разрешения, так что лучше нам использовать ее желание себе во благо.
Дело было не в численном превосходстве. Эддисон и раньше оказывался в ситуации, когда оппонентов было больше. Здесь существовала опасность провала операции, если хоть немного изменить уже существующую картину. Джиллиан Фитцпатрик не принадлежала к числу его людей, но, если она настаивала на том, чтобы рисковать своей жизнью, МСБ использует ее.
— Отлично. Я не могу остановить вас, но и не одобряю ваше решение. Надеюсь, вы не пожалеете об этом, доктор.
— Не пожалею.
— А теперь о ваших записях. Поскольку вы отказываетесь вернуться со мной в Мадрид, я должен настоять, чтобы вы передали мне записи результатов по проекту «Горизонт», чтобы я смог сохранить их.
— Конечно. Я написала их…
— Она записала их техническими символами, — прервал ее Трейс. Он метнул на нее холодный, пронзительный взгляд, заставив умолкнуть. — Скорее всего, вы ничего не сможете понять.
— Не сомневаюсь, что наши ученые смогут их расшифровать. Вы отдадите мне их?
— Конечно.
— Теперь вы несете за нее ответственность, — вполголоса произнес Эддисон, когда Джиллиан вышла из комнаты. — Мне не нужны потери среди гражданского населения.
— Я позабочусь о ней.
— Посмотрим, что у вас получится. — Эддисон встал и пригладил ладонью остатки волос. — По крайней мере, без этих записей она не сможет все испортить окончательно.
Джиллиан вернулась в комнату с аккуратно сложенными бумагами.
— Это все записи по моим разработкам.
— Благодарю вас. — Эддисон взял бумаги и засунул в свой портфель. Он щелкнул кодовым замком и выпрямился. — Если передумаете, просто попросите О’Харли связаться с нами.
— Я не передумаю.
— Тогда прощайте, доктор. — Он покачал головой. — Надеюсь, когда все это закончится, вы спокойно сможете работать вместе с братом над проектом «Горизонт». — Он коротко кивнул Трейсу: — Связывайтесь со мной через каждые шесть часов.
Джиллиан дождалась, когда за ним закроется дверь, а затем уселась на край кровати.
— Совершенно неподходящий начальник. Ты часто имеешь с ним дело?
— К счастью, нет. — Он отхлебнул из своей чашки, но кофе уже остыл. — Не все начальство в МСБ похоже на него.
 
— Это хорошая новость для свободного мира. — Она подождала, пока он два раза обошел комнату, и заговорила снова: — У меня есть вопросы.
— Я должен удивиться?
— Не мог бы ты сесть? — Она указала на стул, то ли взволнованно, то ли весело. — Вон туда. На таком расстоянии ты не сможешь случайно до меня дотронуться.
Трейс смерил ее пристальным взглядом.
— Я не дотрагиваюсь случайно.
— Что ж, тогда все понятно. — Джиллиан помолчала. Сгорая от нетерпения, он сел на стул. — Почему ты передумал?
— Насчет чего?
— Насчет меня.
— Просто не мог согласиться с Эддисоном.
Джиллиан скрестила руки и проговорила с терпением учительницы из воскресной школы:
— Думаю, я имею право на искренний ответ.
— Я говорю искренне. — Он прикурил сигарету. — И я именно это и имел в виду. Думаю, ты неплохо справишься.
— Твоя лесть лишает меня дара речи.
— Послушай, я считаю, что ты больше других поставила на карту. Возможно, ты заслужила право участвовать в операции. — Он наблюдал ее сквозь клубы сигаретного дыма. — Вот, пожалуй, и все.
Или все, что ей положено знать, подумала Джиллиан. И пока решила с этим смириться.
— Хорошо. А теперь объясни, почему ты не хочешь, чтобы Эддисон узнал о том, что я немного изменила записи.
— Потому что настоящие результаты хранятся в твоей памяти. И, думаю, там они и должны оставаться.
— Он твой начальник. Разве ты не обязан быть с ним честным?
— Прежде всего — смелость, потом уже правила.
Джиллиан немного помолчала. Она с уважением отнеслась к его словам, восхищаясь им, потому что он действительно сказал правду. Разве не поэтому она доверилась ему?
— Ты как-то раз обмолвилась, что, кажется, поняла, почему мистер Форрестер не связался сразу же с МСБ. Думаю, пришло время рассказать мне.
Трейс стряхнул сигаретный пепел. Солнце клонилось к закату. Сгущались сумерки. Он вспомнил, как любовался другим закатом перед тем, как впервые встретил ее. Наверное, он был обречен думать о ней, едва ночь спускалась на землю.
— Почему ты не хочешь, чтобы «Хаммер» получил формулу?
— Это просто нелепо. «Хаммер» — компания фанатиков, во главе с безумцем. Если они завладеют сывороткой, ядерную войну можно считать неизбежной. — Джиллиан умолкла, в то время как он просто сидел и смотрел на нее. — Ты ведь не сравниваешь МСБ с одной из наиболее радикально настроенных организаций мира? МСБ поддерживает международный закон и порядок, спасает жизни, защищает демократию. — Настала ее очередь возбужденно мерить шагами комнату. — Да мне и не надо перечислять тебе всего, чем они занимаются. Ты — один из них.
— Да, я один из них. Но разве не ты говорила, что в этой организации есть не только хорошие, но и плохие люди?
— Да. — Джиллиан не могла понять, почему у нее вдруг начали сдавать нервы. В комнате стало темнее, свет был неярким и теплым. — И все же я по-прежнему считаю, что если бы я обратилась к ним в самом начале, то проект вышел бы на первое место, а мои брат и племянница оказались бы на втором. И встреча с капитаном Эддисоном лишь еще больше меня в этом убедила. Проект проводился под их покровительством, и после завершения результаты должны были оказаться в руках власти. Мой отец верил в систему.
Трейс затянулся в последний раз.
— А ты?
— Моя семья для меня важнее всего на свете. Когда мы освободим их, сразу же уедем отсюда.
— Для того чтобы закончить работу над проектом и передать его МСБ?
— Да, конечно. — Джиллиан обернулась к нему, и Трейс увидел, что она слегка побледнела. — Именно к этому стремился мой отец. Что ты хочешь сказать, Трейс?
— Только то, что намерения МСБ — это одно, а полученные результаты — совсем другое. Подумай, Джиллиан, эта сыворотка защищает человека от негативных последствий ядерного взрыва. Это чудо, волшебный щит, невероятное научное достижение, называй как хочешь. И как только оно пройдет испытание, возможно, для кого-то будет намного проще принять решение и нажать на красную кнопку.