Наложница генерала (СИ)
И все же, стоя на пирсе и глядя на представшее перед нами судно, я предвкушала путешествие. Корабль был не очень большим: длиной метров двадцать пять – тридцать, имел две палубы и был таким… основательным, что ли.
Увидев эту каракку — тип судна мне сообщил Серж, — в первые мгновения я по-настоящему впечатлилась. Все-таки это был первый корабль в этом мире, который я видела так близко и на котором собралась плыть. Наверное, поэтому не сразу сообразила, что кто-то тянет меня за рукав, а стоило опустить голову и увидеть лохматую черную макушку какого-то чумазого мальчишки, как он, сверкнув глазами, всучил мне бумажный треугольник и под угрожающее улюлюканье матросов, наблюдавших, чтобы никто лишний не проник на пирс, унесся прочь.
Вот это письмо я и прочла и протянула генералу. Он быстро пробежался по строчкам, нахмурился и испытующе глянул на меня. Видимо, хотел понять мою реакцию на прочитанное. А какая у меня может быть реакция? Я не верила принцу Исмаилу ни на грош. Может, он и не хотел меня отравить именно так, как получилось, но точно задумывал что-то нехорошее. Для меня нехорошее, конечно, и для генерала. Так что писать он может что угодно. Единственное, что действительно меня задело — это судьба Азиры. Я уже знала, что по ходатайству ее мужа в храме со дня на день проведут обряд их развода, а до нашего отъезда женщину посадили в камеру. Но теперь я подозревала, что с ней случилось что-то совсем уж нехорошее, вплоть до ее смерти. А ее смерти я не хотела. Нет, я не считала себя доброй самаритянкой и прощать ничего не собиралась, но убивать…
Генерал продолжал вглядываться мне в глаза, и я вместо ответа взяла его под руку и спросила:
— Корабль уже готов? Мы можем подниматься на палубу?
— Да, уже все готово. — Он положил ладонь поверх моей и зашагал вперед.
И лишь позже, когда мы отплыли и стояли на палубе, провожая удалявшийся берег, я его спросила:
— Серж, так что случилось с Азирой?
Некоторое время он молчал, глядя на меня с высоты своего немаленького роста, а потом обнял за плечи, прижал к груди и тихо ответил:
— Азира жива, но больше никогда не увидит свет. Вообще ничего не увидит…
Я вздрогнула и вжалась в своего генерала сильнее.
Но пусть история с Азирой и принцем останется там, на прошлом берегу. И пусть другой берег встретит нас удачей!
Добраться бы только до него без происшествий…
Глава 8
Глава 8
Наш первый ужин на корабле был очень красочным. Я бы даже сказала — сказочным. Солнце кренилось к закату, вокруг куда ни глянь серебрилось и отблескивало алыми искорками заката море, а легкий ветерок надувал паруса и внушал уверенность в завтрашнем дне.
Ужин нам накрыли на полуюте. Я плохо разбиралась во всех этих корабельных терминах и обозвала его для себя «задняя наиболее приподнятая часть». На носу корабля тоже была подобная площадка, но там располагался штурвал.
На ужине присутствовали мы с генералом, капитан корабля, седовласый мужчина с вислыми усами и побелевшей бородкой, Мартина с Матео, который все-таки решил пойти на службу к моему мужу и теперь занимал пост главы охраны, и еще один мужчина в годах, который занимался бухгалтерскими делами рода эн Даркен. Серж забрал его с собой, чтобы наладить жизнь в будущем замке. Со стариком ехал молодой парень — ученик, но его к столу не позвали.
Прислуживал нам расторопный юношаНильс — слуга генерала. Он вовремя подливал, воду, соки и вино и мухой летал на камбуз за очередным блюдом. Честно говоря, я не ожидала, что наша трапеза в море будет такой разнообразной и даже изысканной. Читая книги о морских путешествиях, я всегда встречала там описания солонины, сухарей и прочей долгохранящейся пищи и ожидала чего-то подобного и на нашем столе.
— Эмма, мы же только сегодня утром вышли в море. Наши трюмы полны свежих овощей и фруктов, а повар может сварить вкуснейшее блюда даже из горстки овса и той самой солонины, — чуть снисходительно объяснил мне капитан.
А я покраснела, понимая, какую глупость сморозила. И меня не извиняло даже то, что я никогда раньше на кораблях не плавала, поэтому сейчас стала жертвой стереотипов. Голову-то нужно включать!
Наверное, именно из-за своего смущения я не сразу заметила, что поставившего перед генералом тарелку с ароматным мясом и овощами Нильса как-то странно повело. А когда заметила это, он уже спиной вниз падал с лестницы и из последних сил цеплялся за перила. И если на все это я смотрела с недоумением, то в следующее мгновение ощутила ужас, потому что тело парня затрясло, а из его рта полезла пена.
Никто не ожидал подобного.
— Ч-что с ним?! — вырвалось у меня сквозь стиснутое спазмом горло.
Мои слова стали неким спусковым крючком.
Мартина бросилась к Нильсу и начала раздавать указания:
— Матео, помоги мне перевернуть его на бок, чтобы не захлебнулся! Воды! Мне нужна вода!
И завертелось.
Пена изо рта парня лезть перестала, но его продолжало потряхивать. Нильса отпаивали водой и вызывали рвоту прямо там, где он упал. Я сбегала в каюту Мартины, которую она делила с Ханной и служанкой, помогавшей приглядывать за малышкой, и принесла саквояж с настойками и порошками. В бедолагу Нильса после этого влили несколько отвратно пахнущих настоев и, совершенно обессиленного и посеревшего, наконец собрались отнесли с палубы в каюту Матео, который предложил расположить парня именно там, а не в общем трюме.
— Под… Подожди…те, — он ухватил Мартину за руку. — Еда ген…генерала отравлена. Я поп… попробовал чуть-чуть… Совсем чуть…
Нильса унесли, заверив, что со всем разберутся, а мы остались на палубе. Все уже давно поняли, что стало причиной такого состояния парня, но его слова словно сгустили над палубой воздух, оставив понимание, что самое сложное еще впереди, ведь с нами на судне плывет отравитель.
Глава 9
Глава 9
Если я думала, что расследование случившегося будет походить на нечто в духе английских детективов, когда кто-то крайне умный вежливо опросит всех на борту, попутно соберет парочку трупов и к концу плавания все же найдет преступника, то сильно ошиблась. Вернее, мне казалось, что будет как-то так, но в реальности все оказалась совсем иначе.
Такое происшествие, как покушение на генерала, скрыть на небольшом корабле нереально. Да что там, о нем в первые же минуты узнали все вплоть до крыс, которые наверняка водились где-то глубоко в трюме.
Совершивший преступление допустил сразу несколько ошибок. Во-первых, он забыл, что команда корабля — это сплоченное сообщество, не раз ходившее под одними парусами. Во-вторых, на таком небольшом пространстве, где собралось немалое количество людей, провернуть такое незаметно очень проблематично. И даже если ты делаешь что-либо нарочито открыто, это тоже отметят. Ну и в-третьих, злоумышленник не просто совершил какое-то мелкое нарушение или пусть даже кражу, а покушался на жизнь не абы кого, а генерала! Думаю, существовало еще множество причин, почему преступник обязательно был бы обнаружен, но хватит и этих.
Не успели Нильса унести и обсудить свои дальнейшие действия, как к капитану подошел боцман и что-то шепнул на ухо.
— Веди его сюда. Пусть рассказывает, — ответил капитал, и боцман махнул рукой, подзывая к себе мявшегося в нерешительности юнгу. — Рассказывай, — приказал он мальчишке, и тот что-то принялся бубнить себе под нос.
Боцман покачал головой и положил свою широкую мозолистую ладонь ему на плечо:
— Говори громко, Шкирт, для всех и с самого начала.
Юнга под взглядами столь высоких особ поначалу еще больше стушевался, но с заиканиями заговорил:
— Я ж того… я видел, как…
Мальчишка рассказал, что Авая — моя служанка, которая сама выразила желание отправиться со мной в это путешествие — с самого утра оказывала Нильсу знаки внимания. Вечером она все время крутилась рядом, мешая парню выполнять свои обязанности. Ужин тоже не стал исключением, и из-за нее Нильс чуть не опрокинул поднос с блюдом. Юнга даже практически дословно вспомнил и передал их диалог в тот момент: