Наложница генерала (СИ)
И столько боли было в этом ее «Отец…», что у меня ком встал в горле.
Мартина на мгновение прикрыла глаза, а потом решительно вытерла щеки и продолжила:
— …Не буду тебе рассказывать подробности и описывать свои метания, но я согласилась с ним сбежать и пожениться в храме в деревушке неподалеку. На закате мы все-таки поженились. Ночь провели в доме у старосты. Нам была отдана лучшая комната, — горько усмехнулась она, — а утром… рано утром я проснулась от шума и быстро поняла, что за стенкой беседуют на повышенных тонах.
Подруга снова вздохнула, а ее руки похолодели еще сильнее.
— …Так я без труда узнала, что та ночь была поворотной не только в моей жизни. Умер король, а к власти пришел его старший сын. Родители Венсана решили, что это самый благоприятный момент, чтобы вернуться в столицу и попробовать восстановить пошатнувшиеся позиции при дворе. Его, Венсана, в столице ждут блестящие красавицы и влиятельные невесты, которые помогут им укрепиться. Жена из захолустья в эти планы никак не вписывалась. Я слушала все эти высказывания и ждала, что он возразит, но Венсан молчал. Дальше разговор стал тихим, и я ничего не слышала, а потом Венсан вошел и сказал, что я уже взрослая женщина и должна все понимать, и что я ему нравлюсь, но не настолько, чтобы так бездарно загубить свое будущее. Сказал, что наш брак — это ошибка, а ошибки в их семье принято устранять кардинальным способом. Но он уговорил мать оставить меня в живых при условии, что я больше никогда не появлюсь в городе и никому не расскажу, что мы женаты. — Мартина вздохнула и потерла глаза. — Не буду тебе рассказывать, что я при этом испытала и в каком шоке была. Пожалуй, только шоком я и могу объяснить то, что не успела воспротивиться, когда Венсан резко приблизился, ухватил меня за подбородок и влил невеликое содержимое пузырька мне в рот. После чего заявил, что если я его не послушаюсь, мне будет очень плохо. И вышел. Зато следом вошла его мать и объяснила, что только что я выпила элексир бесплодия и теперь могу даже не пытаться ошиваться у ворот их дома с дитем на руках. Добавила, что если хочу жить, в родительский дом мне лучше не соваться — для всех я буду блудницей. Запись из храмовой книги они вымарают и позаботятся о том, чтобы жрец навсегда забыл, что соединял наши судьбы. Еще и мешочек с деньгами мне кинула и посоветовала отправиться в ближайший монастырь Лимы и навсегда забыть свое имя…
Мартина была опустошена своим откровением, но я видела, что она еще не закончила. И не ошиблась. Помолчав несколько минут, словно заново переживала произошедшее, она продолжила:
— Когда я немного пришла в себя, то решила не мириться с несправедливостью. Такого недомогания, как ты, после принятия той гадости я не испытывала — на обычных женщин она действует гораздо медленнее — и решила вернуться домой, чтобы вместе с родителями решить, что делать. Я была уверена, что отец обязательно что-то придумает. В тот момент я просто не могла оставаться в своем уме без такой уверенности. Только не учла, что угрозы этой семейки не были пустым звуком. Стоило мне договориться с возницей, чтобы меня довезли до города, и выехать за пределы деревни, как на нас напали. Меня избили до полусмерти и выкинули в канаву, думая, что я мертва. Но я выжила. А вот вознице так не повезло. По счастливой случайности нас нашла шедшая в деревню старая знахарка. Она меня и выходила, научила знахарским премудростям, а после передала свой дар. Потом я ушла из тех мест подальше, не желая даже случайно пересечься с теми, кого когда-то знала.
— Почему ты не вернулась к родителям, когда выздоровела? —спросила я.
— К тому моменты прошло уже больше месяца, Эмма. Что и кому я смогла бы объяснить спустя столько времени? Я сделала бы своей семье только хуже.
Я не была в этом так уверена, но не могла возразить. Сама недавно была в похожей ситуации.
— А ты уверена, что бесплодна? Может, есть шанс? Ты же стала колдуньей.
— Вот именно, что стала. Но уже после того, как все произошло. Поверь, я многое узнала по этой теме. Очень многое. Я ведь так сильно хотела большую семью и много детей. У меня самой был только младший брат, и я всегда завидовала своим сверстникам с большими семьями. — Мы снова замолчали, обнимаясь и думая о превратностях судьбы. — Знаешь, я рада, что хотя бы тебе смогла помочь. Не зря изучала тему, — с горечью произнесла она и вздохнула: — И все равно без помощи генерала и его матери запущенный процесс остановить было бы крайне сложно. У тебя все наложилось разом: и твоя колдовская сущность, и иномирная душа, еще не настолько сильно вросшая в это тело, чтобы удержаться в нем при таких сильных потрясениях. Так что полностью восстанавливаться ты будешь еще около года. Но восстановишься. Будь уверена.
— Спасибо, Мартина. Ты не представляешь, что сделала для меня! — воскликнула я и осеклась, горько улыбнувшись. — Хотя нет, ты как раз и представляешь. Только… Ты не думала, что ваша семья может стать полноценной и без кровных детей? У тебя уже есть малышка Ханна. Разве ты воспринимаешь ее как не родную? В мире хватает детей, потерявших родителей, которым тоже нужна любовь и забота. И еще… ненужно решать в таком вопросе за мужчину. У него тоже есть голова на плечах, а еще чувства и эмоции.
— Эмма, — несчастным голосом выдохнула знахарка.
— Прости меня, Мартина. Я скажу тебе это только один раз и больше не буду повторяться. За две свои не очень длинные жизни я поняла одну вещь: нужно ценить то, что у тебя есть сейчас и радоваться жизни сейчас, а не когда-нибудь потом, потому что этого «потом» может и не быть.
Глава 7
Глава 7
«О, Эмма, прекрасная жемчужина моего сердца, несравненная яркая звезда на ночном небосклоне, прекрасный цветок из садов самого бога Асама! Мне очень жаль, что я не могу сказать вам эти слова лично, но обстоятельства не дают мне этого сделать! И даже чтобы передать вам это письмо, мне приходится идти на ухищрения. Уверен, вам не рассказали всей правды и сделали меня главным виновником ваших бед. Но я бы никогда не причинил вред прекрасной жемчужине моего сердца — вам! Я, как и вы, стал жертвой манипуляции злобной черной твари. Ей нет прощения! Я не столь мягкотел, как ваш генерал, и позаботился о том, чтобы та, кто посмела меня обмануть и подвергнуть вас смертельной опасности, понесла достойное наказание.
Повторюсь, я не хотел причинить вам вреда! И если кто-то сказал вам иное — знайте: это навет! Эмма, я хотел бы подарить вам звезды и положить к вашим ногам свои богатства, укрыть ваши плечи самыми прекрасными тончайшими шелками и искупать в лучших благовониях Кахета, но судьба распорядилась иначе. И все же я еще надеюсь, что в один из дней она снова сведет нас вместе, и тогда все между нами сложится иначе.
Третий наследник Великого султана Кахета Измора Прекрасного и Непобедимого,
Принц Исмаил».
Я еще раз перечитала письмо, которое мне только что сунул в руку юркий уличный мальчишка, и нахмурилась.
— Эмма, все в порядке? — отвлекшийся на беседу с капитаном корабля Серж с беспокойством шагнул ко мне.
Стоявшие рядом и глядевшие по сторонам отец и мачеха тоже обратила на меня внимания.
Мы только что приехали в порт и стояли на пирсе в ожидании, когда нас пригласят на борт корабля. Конечно, отец с мачехой не собирались плыть с нами, но выразили желание осмотреть судно. Особенно такой возможности был рад мой маленький братишка — служанкам, приставленным к нему, приходилось прилагать немало усилий, чтобы удержать сорванца на месте.
В порту было шумно и людно, но на пирсе, где пришвартован наш корабль, почти не было посторонних людей. Еще два корабля, которые были частью нашей небольшой флотилии, уже вышли в море и ожидали нас. Путешествие обещало быть спокойным, приятным и не очень долгим.
Хотя насчет спокойствия я не уверена. Парусные суда средневековья никогда не внушали мне уверенности. Всегда смотрела на их макеты в музеях и на изображения на картинках и думала, что по сравнению с современными судами они кажутся очень ненадежными и маленькими, словно игрушечными.