Фальшивый брак. Невольная жена императора (СИ)

— Ты сумасшедший… — выдохнула я, смаргивая слёзы с глаз. 
Доминик развернул меня к себе. Пылающее в глубине его глаз пламя обжигало торжеством. 
— Я лишь доказал то, что ты отрицала, — он склонил своё лицо к моему. — Ты принадлежишь мне, Виолет. Тебе нравится мне принадлежать. 
Мне даже не удалось разозлиться, потому что Доминик снова меня поцеловал. 
  
Глава 14
 
/Валери де Лакруа/    
Кое-как выкарабкавшись из-под тяжёлой руки Доминика, я подползла к краю кровати. Почудилось, размеренное дыхание мужчины сбилось. Застыв статуей, я подозрительно присмотрелась к спящему, но он не шевелился, продолжал мирно сопеть. Это когда меня внутренне трясло от разочарования в себе и злости на Доминика. Тоже мне ловелас-манипулятор… Захотелось его стукнуть, но я лишь лучше укрыла мужчину одеялом и выбралась из кровати. Огляделась в поисках одежды, но сразу же махнула рукой на эту затею и на цыпочках побрела к смежной двери. Темно, да и помнится, раздевал он меня в гостиной, очень медленно и чувственно. Хотя нет, о таком позорном падении бастионов лучше не вспоминать… 
Ланцелот ждал меня прямо у двери. Стоило мне войти, как малыш принялся тереться о мои ноги и громко мурлыкать. 
— Я тоже соскучилась, — заверила, подхватывая котёнка на руки. 
Впрочем, уже почти кота, ведь он значительно подрос с момента нашей первой встречи. Время несётся, идёт третий месяц моей жизни в новом мире в роли сестры, и пока не видно ни одного просвета. Король временами звонит, интересуется делами, рассказывает о состоянии Клода. Жаклис бдит, её хоть и не видно, но она всегда рядом, о чём не забывает упомянуть в наши редкие занятия, посвящённые разным дисциплинам. Правда, несмотря на нашу взаимную неприязнь, учитель она отличный. Доминик в союзе с друзьями мне абсолютно не доверяет, потому контролирует каждый мой шаг. Рядом лишь немногочисленные расположенные ко мне лица, ни одного союзника и уж тем более, настоящего друга. Только кот. Даже магии нет. Как-то всё паршиво, но, само собой, не катастрофично. А главное, временно. Вечно так продолжаться не может. По крайней мере, отношения с Домиником совершили очередной кульбит. Мы снова оказались в одной постели, он даже заснул со мной, оставил в своих покоях. Странно… 
— Давай спать, — уложив котёнка на подушку, я нырнула под одеяло. 
Но не успела даже толком устроиться, как поняла, что в комнате Доминик. Будто почувствовала его появление. Он действительно пересёк смежный проход и направился к моей кровати. 
— Почему ушла? — спросил он сонно. 
— В смысле? Я всегда сплю в своей кровати. 
Он как ни в чём не бывало забрался под одеяло и притянул меня к своей груди. 
— Ладно, поспим у тебя, — зевнул он, уткнувшись носом мне в районе уха. По телу побежали мурашки от его горячего дыхания. — У меня к тебе просьба. 
— Какая? 
— Через десять дней прибывает посольская делегация Клоуфаста. Ты же в курсе ситуации с оборотнями в подвалах дворца? 
— Не совсем. 
— Ничего, объясню. Ты будешь участвовать в переговорах. 
— Я?! Что?! 
— Да, ты уже продемонстрировала своё желание помочь, спасла посла Бертрана. И здесь будешь незаменима, учитывая сложности предстоящих переговоров. 
— Доминик… Ты серьёзно? — я была в полнейшем шоке. 
— Конечно, — он обнял меня ещё крепче. — Завтра в обед передам тебе материалы для изучения. 
— Но… 
— Спи, Ви, завтра много дел, — усмехнулся он. — Точнее, уже сегодня. Постарайся выспаться. 
Выспаться, конечно… Да я часа два после этого разговора просто лежала и пыхтела, когда Доминик почти сразу же мирно засопел мне на ухо. Так что ничего удивительно, что проснулась я ближе к обеду. А там успела лишь привести себя в порядок, как принёсся весьма свежий на вид Доминик, выдал мне кучу папок с материалами и вновь убежал, сославшись на дела. Но пообещал мне совместный ужин с обсуждением того, что я успела изучить. Моё недоумение росло… 
Последующие десять дней ничем примечательным не отметились. Я зубрила выданные материалы, снова проводила ночи с Домиником, причём до самого утра. Мелькала мысль отказаться, снова попробовать выстроить стены, но останавливал здравый смысл, подкреплённый его намёками. Император давал мне возможность исправиться и наладить отношения, глупо было бы ей не воспользоваться. 
 
Вот только всё складывалось слишком хорошо, и потому опасно для моего сердца. Доминик включил режим соблазнителя на полную катушку: был вежлив, внимателен, терпелив, обходителен. Он постоянно дарил подарки, проводил со мной как можно больше времени. Буквально выстраивал мою жизнь вокруг него. Общение с Жаном мне запретили, теперь меня тренировал Доминик. Мы вместе трапезничали, гуляли, он даже принялся учить меня верховой езде. Соблазнял всеми возможными способами. И как я не сопротивлялась, но поддавалась всё больше, проникалась к нему чувствами. Но всё равно не могла избавиться от мысли, что он сам продолжает держать дистанцию, только теперь невидимую для меня. 
*** 
Стражники распахнули передо мной двойные арочные двери, позволяя войти в зал заседаний. Комнату, выполненную в сдержанной коричнево-синей гамме с преобладанием в оформлении тёмного дерева, освещал солнечный свет. Делегации обеих стран успели занять свои места за овальным столом. Взгляды всех присутствующих обратились ко мне: озадаченные, удивлённые, оценивающие. Лишь Доминик знал, что я появлюсь последней, сам об этом попросил, чтобы изменить эмоциональный фон делегации Клоуфаста и, возможно, суметь уловить что-нибудь полезное. Но меня не покидало ощущение, что это проверка и для меня, чтобы посмотреть, как я буду себя чувствовать под прицелом стольких взглядов перед важными переговорами. 
Нервозность присутствовала, но в последнее время моя жизнь постоянно проходила по лезвию ножа, потому это испытание не воспринималось таким уж серьёзным. В конце концов, оно не угрожает жизни моего отца или моей. Это лишь шаг на пути к налаживанию отношений с Домиником. Кроме того, я действительно хотела ему помочь. Эти переговоры важны для Тринаты. Для жителей страны и оборотней, что томятся в темнице. Мне несложно помочь, я сделаю это с радостью. Пугало другое — сближение с чужим мужем. 
— Виолет, вот и ты. Присоединяйся, — Доминик с улыбкой поднялся и отодвинул для меня кресло. 
На миг я приостановилась, залюбовавшись им. Волосы он отвёл от лица, из-за чего ярче обозначились скулы и разлёт густых тёмных бровей. Чёрная форма подчёркивала развитость фигуры, но отсутствие цветных элементов в одежде придавало его образу строгость, даже отстранённость, учитывая пугающую репутацию Доминика. Но даже после всего случившегося между нами мне было сложно его бояться, ведь только утром я отбивалась от его шутливых подначек подушкой, когда проснулась с ним в одной постели. Изменения в его поведении обескураживали. Я совершенно запуталась в своих чувствах к этому мужчине. 
— Садись, — Доминик взял меня за руку, чтобы помочь сесть. 
И именно в этот миг пришло новое видение. Не о переговорах или действиях послов, а о нём. 
Темнота, сырая прохлада подвала, камера с белой волчицей внутри и двое мужчин в темноте. Доминик и Матео. 
— Не представляю, что делать с Виолет. 
— Всё в твоих руках, Доминик. Виолет не выглядит равнодушной к тебе. Влюблённой женщиной легче управлять, — прогремел в голове пугающий обрывок разговора. 
— Ты прав. Нужно перетянуть её на нашу сторону. 
Видение рассеялось, передо мной вновь появилось улыбающееся лицо Доминика. Разочаровывающее осознание разлеталось в груди ледяным крошевом. Мне так хотелось докопаться до сути, что удалось пробиться в прошлое. Теперь понятно, в чём дело. Меня пытались убедить в сказке. И самое ужасное, я поддалась.
  
Глава 14.2
 
— Виолет? — тихо позвал Доминик, чуть нахмурив лоб. 
Опомнившись, я попыталась улыбнуться и опустилась в кресло. Переговоры, точно. Нужно держать лицо, даже если очень хочется придушить одного демона.