Сон в летнюю ночь (СИ)

— Встаньте, ваше величество, — махнула рукой, — я выслушала вас и прошу сейчас же покинуть мои покои. Ответ мой один — забудьте, забудьте все, что сейчас здесь произошло. Я так же сделаю. Путь это останется между нами случайным эпизодом и легким воспоминанием о возможной любви. Вы и сами сказали, что между нами ничего не может быть. Так зачем тревожить свои сердца несбыточными надеждами?
Я обогнула поникшего Кира и прошла к окну.
— Путь свободен, мой господин, — махнула я рукой в воздухе, — мое сердце, увы, мне не принадлежит и я не являюсь его хозяйкой.
И столько в моем голосе было тоски и горечи, что Кир подскочил и бросился ко мне, вновь прихватив в объятия.
— Не могу оставить тебя, не смогу жить без тебя, — шептал он между поцелуями, куда попадали его горячие губы, пока я пыталась отстраниться и вывернуться из его рук, — умру без тебя. Спаси меня.
— Спаси себя сам, Кир, — взмолилась я со слезами, — и спаси меня. Уходи, улетай. Это мое последнее слово — забудь!
Он всё же поймал мой рот, и наши губы вновь страстно нашли друг друга. Наши поцелуи были жесткими, беспощадными, злыми, будто мы кому-то мстили за нашу несостоявшуюся любовь.
Потом он резко оттолкнул меня, впрыгнул на подоконник и выскочил за окно. Я ахнула и с ужасом перевесилась через него, поглядев вниз. Мне показалось, что он решился на смерть и разбился, но тут же огромная тень взметнулась перед глазами и резко пошла вверх. Я подняла голову и услышала сверху долгий и тяжелый стон.
— Мой дракон, — выдохнула я, — какое счастье — ты жив, моя любовь.
  
Глава 30
 
Вот уже целый месяц я не выходила из своего кабинета, подписывая указы, приказы, решения. Совет государства, созданный при первом же расширенном заседании представителей всех классов, рангов и рас, так похожий на английский Парламент, предлагал новые правила в империи: и моего правления и его участия. Как я поняла, сейчас уже вырисовывался макет конституционной монархии. И эту конституцию сейчас и принимали, в спорах, даже в драках, как мне рассказывал с улыбкой Гавр.
— Я никогда не мог даже подумать, что сойдутся степенные уважаемые люди на кулаках и будут с пеной у рта доказывать свои мысли.
Я слушала его равнодушно и кивала слегка.
— Неужели, Галана, тебе всё равно, что происходит в Совете? Ведь там решается и твоя судьба? — удивлялся маг.
— Ну, во-первых не моя, а Галанина, — уточнила я, хмурясь на его обращение, — а во-вторых когда же ты сможешь уделить мне время для возвращения обратно? Как и обещал, помнишь? Где твои маги, заклинания? Я уже выполнила вашу легенду и даже перевыполнила, — скривилась я.
Гавр медленно присел ко мне за стол.
— Видишь ли, дорогая, — начал он, смущаясь, — я был с тобой не вполне откровенен.
Он замолчал и задумался. На его лице читалось сомнение в правильности начавшегося объяснения.
— Тааак, — оперлась я на локти, пристально вглядываясь в лицо мага, — продолжай.
Гавр слегка занервничал, будто не знал, что сказать дальше.
— Это я сделал тогда с твоей, то есть Галаниной, лошадью! — выпалил он и как-то сдулся.
Я смотрела на него с удивлением. Красное от волнения лицо, в глазах почти слезы от стыда, но в то же время какое-то достоинство во всей его фигуре. Он встал и начал ходить по кабинету, а я слушать его странный и даже страшный рассказ.
Оказывается, это он подложил под седло Галаниной лошади тот шип. На что надеялся, не сказал, скорее на авось, ведь девушка могла и погибнуть, о чем я ему и сказала скривясь.
— Да, могла, — уже горячился он, — но это лучше, чем развитие по легенде. Итак, сама видела, во что могло вылиться состояние империи после взрыва императора. И до сих пор еще не всё спокойно, ещё высовывают голову противники мира. А тогда я решил — пан или пропал. Если не станет Галаны, то всё пойдет по другому плану и, возможно, я говорю возможно, империя будет всё же спасена. Но случилось то, что случилось, и легенда была продолжена с твоим появлением.
— И теперь выходит, что я остаюсь заложницей вашей легенды? — вскричала я.
 
— Да, так и получается, ибо назад дороги нет, — он встал передо мной с виноватым выражением лица, — Прости.
— Простить? — вновь вскрикнула я и с отчаянием сжала ладони, — А как же теперь Галана? Она не вернется в свое тело, а я в свой мир?
— Выходит так, — скривился Гавр, — и тебе придется с этим смириться. Иначе зачем-то ты попала сюда. Не я же тебя тянул. Творцам виднее.
— Опять Верховные, Творцы, — уже заламывала я руки, — хорошенькое дело сваливать на них все дела. Хотя ты тоже прав и мое появление здесь не зависело от тебя. Кроме шипа, конечно.
Я строго посмотрела на виноватого старика, и мне стало даже его жалко, ведь он хотел мира своей Родине. А это главное. Все остальное второстепенно. Вот так и сложились два и два, как говорил он вначале, теперь стало понятно, кто засунул шип, как это произошло и почему Кабор не смог найти виновного. Он просто был всегда рядом со мной.
— Ну, это я выяснила, а как быть с телом Галаны да и с моим положением здесь? Не оставаться же и не рожать наследника? — мелькало в голове.
— Этого еще не хватало! — воскликнула я вслух, и Гавр понял мои мысли.
— Ваше величество, — поклонился он мне в пояс, — прошу вас, пожалейте мою империю и мой народ. Что вас ждет дома? Одиночество, старость. А здесь вы молоды, вы императрица, перед вами самые лучшие мужчины мира и самое лучшее время отдыха и развлечений. Кстати, вскоре состоится большая королевская охота и мне не показалось ранее, что вы, как и бывшая хозяйка тела, увлечены этим действом.
Я обратила внимание, что Гавр не назвал Галану по имени, только «бывшей хозяйкой» и мне стало еще тоскливей.
— Ему-то хорошо, — думала я, отвернувшись к окну, — он получил всё, о чем мечтал и на что надеялся. А я? Неужели чтобы уйти из этого мира мне нужно умереть? То есть не мне, а Галане. Но это несправедливо. Бедная девочка! Она-то за что пострадала? Если только отдав свою жизнь за Родину, как говорится. Но тогда вновь начнутся волнения и вновь хаос.
Я уже почти бегала по кабинету, сжимая руки в кулаки.
— Назад дороги нет. Да и вперед тоже. Кругом меня обошли. Что же делать?
Сердитым махом руки, я выпроводила мага из кабинета и села в кресло, прикрыв глаза. Вызвав по кристаллу секретаря, приказала никого не принимать более, а сама пошла в свои покои.
— Надо всё обдумать основательно и принять решение.
Я сидела в кресле в гостиной, когда сообщили, что меня хочет видеть куратор по охоте. Он на время отвлек меня от кошмарных мыслей о своей судьбе и вовлек в решение проблем, связанных с построением увеселения. Все было как и прежде, когда я также это устраивала в герцогстве, только гости рангом повыше, и еще присутствовать должны были и послы других королевств. Они никогда не пропускали и охоты и потом бала. Я соглашалась со всеми доводами и выводами распорядителя. Мне было, честно говоря, все равно. Только при мысли о Кире дрогнуло сердце и забилось:
— Я смогу там его увидеть, — мелькнула шальная мысль, — хотя бы увидеть.
Я понимала, что погружаюсь в свои чувства всё больше, и вскоре смогу утонуть в них.
— Но что это даст? Только лишние слезы, — скуксилась я, и сами слезы потекли из глаз, уже потом, когда ушел довольный куратор, когда я вновь и вновь передумывала о своем теперешнем положении.
— Пустить все на самотек? Куда волна вывезет, или взять в свои руки и, скрипя зубами, стать той, какой они хотят меня видеть? А смогу ли?
Я в волнении заходила по гостиной.
— А так захотелось любви! И даже понравился мужчина, чего не испытывала очень давно. После гибели мужа постоянно одна и некогда было думать о себе: дом, работа, дочка — вот и вся моя жизнь. Нет, конечно, были ухажеры и даже предлагали руку и сердце, но как подумаю, что с ним надо спать, а дочке этого чужого дядю называть папой, то тут же проходило всякое желание. Но иной раз одиночество и тоска одолевали, и я курила в кухне ночами и плакала. Ведь и не старая еще, еще хочется свежих чувств и особенно сказалось молодое тело Галаны. Оно уже тосковало по ласке мужских рук, по объятиям и поцелуям. И в этом я убедилась и не раз. Особенно, когда была в руках дракона.