Сон в летнюю ночь (СИ)

— С кем едешь, красавица? — спросил он, придерживая коня за удила.
— С семьей, — усмехнулась я его попытке знакомства.
— А меня Змеем зовут, — сказал он, щуря светлые глаза, — А тебя как величать?
Белокурые волосы его были завязаны шнурком, как обычно у всех наемников. Крепкое тело обтянуто кожаной курткой и видно было, как мышцы играли под одеждой при каждом движении молодца. Я просто залюбовалась им и тут же поняла, что он не отстанет.
— Мне запрещают знакомиться с посторонними, — сказала я, лукаво улыбнувшись, — Отец заругает.
Я понимала, что выгляжу не как герцогиня, ведь на мне простое платье и волосы, заплетенные в косу, покрыты платком. Но ведь этим не скрыть Галаниной молодости и красоты. Вот и понравилась она этому красавчику наемнику.
Тот, будто поняв меня, начал расспрашивать о семье и возможности более близкого знакомства. Я отшучивалась и, в конце концов, резко ответила ему на приставания, сославшись на характер строгого отца. Тот хмыкнул и, протянув мне сорванную ромашку, послал воздушный поцелуй и пообещал представиться семье и попросить моей руки.
— Вот так сразу? — ахнула я и тот, кивнув, вскочил на коня и скрылся меж кустами.
Я остановилась и зажмурилась от испуга вдруг накатившейся тоски по своим родным, оставшимся в другом мире.
— Как и тогда, — подумала я, вспомнив свою первую встречу с мужем.
Но потом очнулась и быстро пошла к костру.
  
Глава 18
 
Ужин мы готовили вместе с людьми впереди нас едущей повозки. Там тоже находилась семья из пяти человек: муж, жена и трое дочерей. Все мал, мала, меньше. Это были простые ремесленники, которые переезжали на другое место жительства, как рассказала мне молодая женщина, жена и мать малолетних детей. Они были погодками. Старшей семь, потом пять и четыре.
— Не боишься? — спросила я про трудную дорогу и разбойников.
— А что бояться-то, — усмехалась она, — Чего ж у нас брать-то. Золота нету, денег мало. Ну, отымут кое-что из добра. Наживем. Лишь бы в живых оставили.
Я не переставала удивляться какому-то странному равнодушию соседки, не понимала ее спокойствия. Всё же дети, при том девочки. Мало ли что случится.
Всё вспоминала наши бывшие кровавые разборки и маньяков, которых развелось в то время. Наша жизнь полнилась слухами пропажей людей, насилием и даже над несовершеннолетними. Поэтому заказывали и ставили бронированные двери и окна, запирались на все замки, заводили больших и свирепых собак. Но всё оказывалось напрасным: разбой, грабеж, убийства становились уже постоянными новостями во всех средствах информации. Люди начали привыкать и даже пожимали плечами на очередное преступление. Я же не могла к этому относиться спокойно, и меня бесило от такой холодности населения.
— О чем речь! — иногда взрывалась я, слушая очередную новость о пассивности в оказании помощи милиции, — Люди свыкались в прошлом и с лагерями смерти. Чего уж говорить об их пофигизме сегодня.
Хотя в это время мне пришлось столкнуться не только с безучастием простых людей, но и с таким же равнодушием и органов власти.
В конечном итоге, я была готова к людскому безразличию, но здесь почему-то это виделось более выпукло, что ли, более грозно. Тем более, что я должна была отвечать не только за этот мир, но за тело самой Галаны, которое мне не принадлежало и которое обязалась хранить. И я заботилась, как могла. А сейчас это было на грани, поэтому и приглядывалась не только к наемникам, но и к ближним своим соседям. И разговор наш с женщиной, меня встревожил и смутил.
— Если что случись, она не помощница, — думала я, разглядывая молодую бабу, ловко действующую у костра с похлебкой, нежели придется в сражении.
Это тоже нервировало меня, и я уже готова была спать в пол глаза.
— Осторожность не помешает.
А у костра уже разворачивалось другое событие: кормежка десяти мужиков.
— Ежели они также владеют и оружием, то мы можем быть спокойными, — усмехалась я.
Их аппетит вызывал восхищение, как ловко они двигали ложками и челюстями. Большой котел, который переходил вместе с ними, быстро опустел, едва мы успели наполнить свои миски. Горячий чай на травах также и перед нами остались только грязная посуда, да натоптанная площадка от ног наемников. Нашу готовку и обслуживание приняли как должное. Правда, мы удовлетворены остались их приветливыми улыбками в наш адрес, то есть мне и жене соседа. Все же молодые обе. Вот и слушали неуклюжие комплементы и благодарность за вкусную готовку. Потом мыли миски с котлом, а Ник с соседом перевезли его другим, которые должны были готовить для них завтрак.
 
Мы уже устраивались спать, как мое внимание привлек всадник, остановившийся у нашего костра. Спрыгнув с коня, он привязал его к дереву и подошел ближе. В отсветах пламени, узнала в нем Змея, с которым познакомилась ранее. Поднявшись, прошла к огню, где расположились Гавр с соседом и Ник. Присев рядом, сломала ветку и подкинула в огонь. Та затрещала, выбрасывая сноп искр.
— Завтра будем проезжать самый трудный участок пути, — услышала я слова парня, — будьте внимательны.
— Каким образом? — спросил взволнованно Гавр.
— Смотрите по сторонам и если что, останавливайтесь тотчас и прячьтесь под телегу. И сидите тихо, даже если будут шарить по повозке. Не думайте даже вступаться за свое добро. Его еще можно добыть, а вот жизнь потерять быстро.
Вскинув глаза на едва освещенное лицо молодца, увидела направленный на меня его взор. Я поняла, что он боялся за меня и хотел предупредить. Тихонько хмыкнув, обняла колени и опустила на них голову. Я смотрела на огонь и молчала. Молчали и мои спутники. Каждый думал о своем. Через некоторое время парень поднялся и, пожелав всем спокойной ночи, ушел в темноту. Сосед также ушел вслед за ним к своим в кибитку, а мы остались возле костра.
— Что будем делать, если и правда нападут? — спросила я тихо.
— То, что сказал этот наемник, — отозвался Гавр, подбрасывая в огонь ветку, — И не вздумайте вступать в драку, Галана. Опыта у вас мало, да и поосторожнее надо быть. Если что, бегите в лес. Вы должны добраться до замка. Его стены защитят вас.
— А как же вы и Ник? Будите сражаться?
— Да какой из меня воин, — усмехнулся маг, — я хоть и проходил практику магического боя в академии, но уже все забыл. Если только защиту. Помните, и вас учил. Сможет помочь, если от стрелы. От ближнего боя не всегда срабатывает. Об этом не забывайте.
Я кивнула и вздохнула. Посидев немного, прошла в повозку и, стараясь не разбудить Серину, прилегла с краю. Глаза закрылись тотчас, и я упала в сон.
Проснулась от отчаянных криков и свалилась на землю, едва открыв глаза. Приподнявшись на локте, поняла, что в лагере творится ерунда: все кричат, бегут, хватают отвязанных лошадей и впрягают их в повозки. Те фыркают, ржут, встают на дыбы. Сумятица и суматоха с воплями и ором.
Вскочив на ноги, увидела, как из-за кустов на нас несутся двое мужиков с раззявленными ртами и саблями наголо. По их озверелым лицам, поняла, что это и есть те самые разбойники, о которых предупреждал Змей и тут сработала моя Галана: ловким и быстрым жестом выхватила арбалет и тут же послала болт в первого мужика. Схватившись за оперение, тот резко остановился и упал мне под ноги. Другой же, направлявшийся к телеге соседей, также упал, но со стрелой в спине. Проследив взглядом, я поняла, что стрелял хмурый и злой Змей. Он показался из-за деревьев и помахал мне рукой, мол, прятаться под кибитку. Я отрицательно качнула головой. Тут же Гавр и Серина, лежавшие под повозкой, в один голос потребовали, чтобы я лезла к ним.
— Нет, не могу оставить соседей одних, — махнула я рукой в их сторону, — Там дети. Я помогу мужчинам.
И под возмущенные голоса моих спутников, бросилась к повозке, где под днищем затаились соседи. Змей и сосед отбивались от насевших на них троих мужиков с дубинами. Вилы одного и пика другого, еле отбивала атаки озверевших разбойников. Я вставила стрелу и выстрелила в спину третьего, который уж больно досаждал Змею. Тот упал и в этот момент парень нанес удар пикой в грудь своему оппоненту. Оттолкнув обмягшее тело, он выхватил меч и кинжал.