Сон в летнюю ночь (СИ)

— Почему встали? Сейчас их же догонят! — мелькнула отчаянная мысль.
И тут же поняла, зачем они так стоят. Вытянув вперед руки, они сотворяли магию. На кончиках пальцев появились огни, которые задымились, и вот уже плотное облако окутало их фигуры. Когда подбежали стражники, дым рассеялся, и тех уже не было на месте. Они исчезли.
— Вот это да! — чуть ли не вскрикнула я, забывшись, и тут же отпрянула от окна, услышав голос за спиной.
— Не стоит так близко стоять, Галана, — сказал в полголоса Гавр, — А то, что вы сейчас увидели, то это сильная магия. Видимо ищут тех самых магов, которые и сотворили взрыв во дворце. Кроме того могут искать и вас.
— Но я совсем не маг, — усмехнулась я грустно, — Зачем я им.
— Вас ищет Аквил и дядя и это еще опаснее, нежели тайная канцелярия. Поэтому соблюдайте осторожность. Ваш образ уже появился в кристалле информации.
— Даже так! — ахнула я, — И что же делать?
— Пока сидим тихо.
Гавр прошел в глубину комнаты и показал на кресло напротив.
— Присядьте.
Я села и приготовилась слушать.
— Уже несколько дней ищут вас. Обещают вознаграждение. А люди жадны, несмотря на непорядки, могут нас выдать. Надо бы посидеть еще пару дней, и потом мы попробуем исчезнуть из столицы.
Я поежилась от такого известия.
— Ник ищет нам средство передвижения и возможность проезда в обозе. Так будет спокойнее. Там всегда присутствует охрана из наемников. Мы будем не так уязвимы, пока до нас доберется отряд Кабора из замка.
— А что творится в городе? — задала я вопрос.
— Хаос, — скривился Гавр и угрюмо замолчал.
Я тоже притихла. Я не знала, во что мне всё это обернется.
— Буду плыть по течению, — решила я.
Через два дня, как и обещал маг, Ник сообщил нам, что нашел обоз и мы можем присоединиться к нему. Гавр с Сериной приобрели кибитку с одной лошадью, загрузили наш небольшой багаж и мы сели в него, закрывшись пологом. На облучок пристроились Гавр и Ник. Выехали рано утром, еще только серело, и небо было затянуто низкими тучами.
— Будет дождь, — с тоской подумала я и, закутавшись в теплое одеяло, прилегла на дно повозки, закрыв глаза.
Рядом также прилегла и Серина. Под мерное покачивание и понукивание я задремала. Очнулась резко от крика и громкого разговора. Выглянула из-под полога и увидела площадку с повозками, бричками, телегами и такими же кибитками. Раздавались окрики, ругня и свист. Это строился обоз. По всей территории разъезжали конные распорядители и наемники, как поняла по их оружию и злым лицам. Они сердились и орали на неумех, и ругались с хозяевами транспорта. Эта кутерьма длилась достаточно долго и, наконец, мы двинулись. Гавр постоянно сообщал мне что и как происходит и советовал не высовываться лишний раз. Серина тоже придерживала и остужала мой пыл. Только перед самым отъездом мы выбрались в туалет, чтобы потом не мучиться в поездке. Так советовал Ник, который узнал и маршрут, и время первой остановки.
— Это будет нескоро, моя госпожа, поэтому сделайте милость, сходите по надобности.
Я кивнула и спустилась с повозки. Кроме всего немного размялась, осмотрелась: кругом были взволнованные люди, которые сновали по площади, между повозками, кричали и ругались. Гомон и шум стоял над всей оравой, но уже виделась и картина самого обоза: выстроились в ряд и приготовились к движению.
Вскоре мы покинули столицу, проехав воротами, и уже спокойно двигались друг за другом. Наша кибитка оказалась в самом центре. Мои спутники молчали, а я рассматривала окрестности.
Уже накрапывал дождь, и небо было в темных тучах тяжелых от воды. Тут и там слышались лишь окрики возчиков и возгласы всадников, проезжавших по всей длине обоза. Это были наемники, то есть нанятая охрана. На двадцать подвод их было всего десять. Я очень боялась разбойников, о которых говорил Гавр, ссылаясь на информацию кристаллов. Там говорилось об участившихся разбоях и грабежах на дорогах империи. Особенно сейчас, когда и в столице было неспокойно. Поэтому я попросила еще ранее купить мне арбалет и шпагу.
 
— Уж защитить себя я постараюсь, — грустно усмехалась я, пробуя свое оружие.
Арбалет лежал под рукой, как и шпага. Это придавало мне уверенности и некоторого спокойствия. И всё равно было тревожно. Но вскоре поездка укачала меня, и я задремала под тихий разговор Гавра и Ника и под стук дождя по крыше кибитки.
Очнулась от руки Серины.
— Проснитесь, Галана, — трепала она меня за плечо, — Остановка. Давайте прогуляемся и разомнемся.
Я кивнула, и мы вылезли из-под полога повозки. Дождя уже не было, но день был серым и тусклым, как и настроение. Гавр прошел вперед к началу обоза, узнать новости, а мы, в сопровождении Ника двинулись в кустики. Там сделали свои дела и вернулись к подводе. Присев на задок, Серина развернула провизию, которую везла в корзине. Подошел Гавр и сообщил, что следующая остановка будет более длительной.
— Предстоит развести костры и приготовить обед. Как узнал, кормить охрану мы тоже будем по очереди, то есть готовить на них. Наша будет завтра. Это будет ужин.
— То есть мы одни обязаны обслужить этих мужчин! — ахнула я.
— Нет, не только мы, — ответил Гавр, — еще одна семья. Вместе.
— И в чем это выражается? — спросила удивленно.
— Развести костер, приготовить пищу, вымыть посуду. Так мне сказал хозяин обоза, — развел он руками, — Это обязанность всех. А продукты дает сам хозяин. Так что готовьтесь.
Я кивнула и принялась доедать наш перекус.
— Значит и в этом лУчше здесь быть мне, чем Галане, — усмехнулась я про себя, — Представляю ее вытянутое лицо — герцогиня готовит наемникам и потом моет за ними миски!
И так мне явно привиделась эта картинка, что я прыснула со смеху. Все посмотрели на меня с удивлением, но я покачала головой и дала понять, что это всё моё.
Пока ехали, вспомнилась моя комсомольская юность и костер с гитарой ночью и портвейн в граненых стаканах. Иногда мы выходили походом на несколько дней всем курсом института. Комитет комсомола, где я была одним из его членов, организовывал такие загородные прогулки. Туризм и в мои молодые годы тоже был в чести, и пользовался популярностью, но мы могли организовывать только культпоходы за город, благо было куда. Вокруг Москвы полно мест с лесами, озерами и реками. Красивая природа и возможность развлечься купанием, ловлей рыбы, сбором ягод и грибов. И конечно вечерними посиделками с гитарой и вином. Здесь знакомились, целовались и даже уединялись парочки, что не приветствовалось, но, в общем, всем было весело и интересно. Как сейчас помню ночное звездное небо, искры костра и бардовские песни о любви, о силе страсти, о свободе. Потом эта свобода пришла в виде кровавых разборок, челночников и реклам по телевизору с прокладками, водкой всех сортов и знаменитого МММ.
— «А я купил на эти деньги жене сапоги!» — вспомнила я картинку разухабистого мужика с улыбкой во всю физиономию.
Вздохнув от своих воспоминаниях молодости, выглянула за занавеску. Всё было по-прежнему — мы двигались по развезенной от воды дороге. Повозки ухали в грязь и лошади еле вывозили телеги, вздрагивая под ударами вожжей уставших возниц. Впереди послышался крик, который передавался с воза на воз:
— Приехали. Остановка и отдых с обедом.
Въехав на небольшую площадку, где остановились еще пару подвод, я спрыгнула с повозки и огляделась. Весь обоз устраивался на проплешинах леса. Некоторые немного углубились в кусты, росшие вдоль дороги, образовав круг из телег. Серина с Гавром и Ником принялись организовывать костерок и ставить котелки для готовки горячей похлебки и чая. Я как могла, помогала: принесла хворост, пошла за водой из речки, что протекала рядом. Там же увидела, как наемники поят лошадей и отмывают грязь, налипшую на брюхо животных и свои сапоги. При движении по мокрой земле, этой жижей забрызгивались лошади по самые спины, и с ними и всадники. Так что, выбрав подальше место, зачерпнула ведром чистой воды и двинулась в обратный путь. Тут из кустов на меня вышел мужчина. Он был молод и улыбался, глядя на меня.