Сердце пламени (СИ)

Но Фрейя не смотрела на него. Ее взгляд устремился в точку где-то позади, а губы сложились в беззвучную «О».
Рюрик повернул шею. Там, вдали, над южными ледниками вился небольшой серебристый дракон, которого он видел той ночью в Акурейри.
Прямо на границе его территории, практически давая ему повод для мести.
— Иди домой, — прорычал Рюрик, вонзаясь когтями в камень и расправляясь в полный рост.
— Подожди! — окликнула Фрейя.
Но Рюрик не слушал. Он протанцевал по краю тропы, аккуратно минуя ее хрупкое смертное тело, и мощным взмахом крыльев отправил себя ввысь.
— Иди домой, мышка, а я позабочусь о незваном госте.
— Будь осторожен! — закричала Фрейя вдогонку.
— Непременно, — отозвался Рюрик. — В конце концов, ты все еще должна мне ответ на последний вопрос.
* * *
Это определенно была ловушка.
Рюрик все понимал, но полетел, ибо не обращать внимания на нарушение границ было против натуры дреки. Его. Это его земля. Заработанная и оплаченная кровью и смертью. Он не мог допустить вторжения, как и не мог перевернуться вверх животом и подчиниться.
Вопя боевой клич, Рюрик несся по небу. Сила земли струилась сквозь тело, и в конце концов ему показалось, что его несет буря, а в животе бьют молнии. Впереди кружился серебряный дреки, крылья раздувались на поворотах. Мелькнул белый живот и след от когтей на щеке, и серебряный дреки заложил вираж, обращаясь в бегство.
— Андри. — От неожиданности Рюрик пропустил взмах.
Все его подозрения оправдались. Ну разумеется, мать и дядя отправили юнца, которого он когда-то считал младшим братом.
Рюрик взмахнул крыльями и бросился вслед за кузеном. Андри был подростком, ему исполнилось почти два цикла, когда Рюрика изгнали. Теперь Андри стал взрослым дреки, хотя и не таким большим, как он сам. Молодой воин, на лице которого навсегда останется след бешеного нрава отца.
— Возвращайся домой, — крикнул Рюрик кузену, — и я забуду об этом вторжении.
Андри зашипел, когда брат поравнялся с ним. Маленький дреки был шустрым, но сила и мастерство Рюрика означали, что оторваться от преследователя не удастся.
— Отец шлет тебе привет.
— Привет? Или сына на заклание? — Рюрик описал большой круг около Андри. Они начали опасный танец. Воздушные битвы были жестокими, падение могло сокрушить крылья и кости, но Рюрик словно был рожден для боя. — Стеллану так наплевать на сыновей, что он даже отправил одного на чужую битву?
Андри смолчал. Рюрик засомневался. Возможно, Андри прибыл не по наущению отца, а хотел увидеть того, кому когда-то доверял?
— Я не убью тебя, — сказал Рюрик своему бывшему оруженосцу, принимая решение. — В отличие от других, я дал клятву защищать тебя и намерен ее выполнить. Ты не должен быть здесь. Это не твоя битва.
— Я должен исполнить приказание, — ответил его двоюродный брат.
— Если ты восстанешь против меня и я буду вынужден защищаться, то сброшу тебя с небес, но не убью, — предупредил Рюрик.
Андри взвился высоко над Краблой.
— Ну и дурак! Ты — враг моего клана.
— Ты — мой кузен, — выпалил Рюрик. — И всегда был скорее моим родичем, чем Стеллана. Ты — его единственное доброе дело, и в тебе больше чести, чем в любом из твоего рода.
 
Андри разорвал мысленную нить, уклоняясь и убегая. Рюрик следовал за ним по пятам, не обращая внимания на потуги юнца. Было лишь две возможные причины, по которым Андри мог разыскивать его сегодня. Либо хотел заманить в ловушку, либо чувствовал вину.
— А где второй дреки? — Рюрик быстро догнал оруженосца. — Кого послал твой отец? Варгура? Гримольда? Магнуса? Т…
Передавшийся по связи шок выдал мысли Андри и заставил сердце Рюрика заколотиться.
— Магнус, — повторил он. — Конечно, Стеллан послал своего наследника.
Они с Магнусом были ровесниками. Росли вместе, но никогда не дружили. Никогда не были союзниками.
Магнус был воплощением мечты Стеллана. Дреки с сердцем черным, как его шкура. Когда Стеллан и Амадея вступили в брак в исландском клане Зини, то принесли с собой все предубеждения норвежского клана. Предполагалось, что этот брак станет договором между Зини и Зилитту, установит мир, но все сыновья Стеллана — кроме Андри — считали себя больше Зилитту, чем Зини. А когда Амадея заняла трон, на котором когда-то восседал ее муж Рейнар, всем показалось, что договор был скорее заговором, а не честным примирением.
Как старший сын Амадеи и Рейнара, Рюрик являлся единственным дреки, который мог помешать их амбициям управлять обоими кланами. Его брат Мардук был слишком молод, чтобы представлять угрозу, и хоть считался взрослым, сражаться с Магнусом не мог. А хватит ли сил у самого Рюрика?
— Передай брату, я принимаю вызов, — медленно выговорил Рюрик, размышляя о родичах. Магнус хотел беспрепятственно добраться до трона и не переживать, побьет ли его Мардук. И потом Андри… — Мы можем все уладить между нами. Не влезай.
— Он не бросает вызов.
Конечно, нет. Магнус считал себя самым сильным дреки и, следовательно, законным наследником, а значит, вызов должен был бросить Рюрик. А он скорее дал бы своему холодному мертвому телу утонуть в глубинах моря, чем снизошел до тех, кто подготовил заговор против его отца, а затем обвинил Рюрика в смерти короля.
— Даже если ты бросишь вызов, он не примет, — выпалил Андри.
Итак, честной дуэли не будет.
— Тогда зачем ты здесь? Твой брат знает, где ты?
— Хотел предупредить тебя, — после долгого колебания ответил Андри. — И он не знает, нет.
Это было похоже на его верного оруженосца: честь Андри не допускала возможности засады.
— Я знал, что ты здесь, — ответил Рюрик, — но спасибо. Я надеялся, что им не удалось до конца развратить тебя.
Небеса сверкали голубым, когда Андри вторично разорвал ментальную связь. Несмотря на это, Рюрик уловил слабый привкус скорби в эмоциях младшего дреки. Юнцу пришлось нелегко. В отрочестве Андри неотвязно следовал за Рюриком по двору, словно влюбленная девушка.
Тот день, когда Рюрик взял Андри в оруженосцы, был самым радостным для обоих. А тот, когда юный дреки солгал и объявил, что видел принца в покоях короля в ночь убийства владыки, стал худшим.
 
— Я не считаю тебя виновным в моем изгнании, — отправил мысль Рюрик. Он почти ощутил, как чувство вины Андри летит назад по связующей нити. — Ты никогда не поддерживал коварные замыслы своего отца и был неподкупен. Я знаю, он грозами вынудил тебя меня предать. — Андри попытался увильнуть, но Рюрик не позволил разорвать нить. — Я прощаю тебя, — сказал он юнцу, — но ты должен был прийти ко мне за помощью, когда Стеллан начал шантаж. Я бы защитил.