Мотылёк над хищной орхидеей (СИ, Слэш)

 «Ты рано повзрослел?»
 «Так же, как все».
 Конрад не спешил отвечать, лежал и прокручивал в голове те крохи информации, которые ему удалось наконец узнать — и на душе от них становилось тепло.
 «Конрад, хочешь увидеться со мной?»
 Конрад вздрогнул. Они почти никогда не называли друг друга по именам — это казалось глупым, тем более, что Охотник до сих пор так и не назвал ему своё.
 «Для начала ты мог бы просто зайти в скайп», — без особой надежды написал он в ответ.
 «Если хочешь — в пасхальные каникулы приезжай ко мне. Я пришлю билет».
 Конрад молчал. Боялся — сам не зная чего. Может быть, того, что Охотник окажется вовсе не таким, каким он себе его представлял. А может, того, что в жизни не таким окажется он сам.
 «Мы с друзьями планировали по южной Европе небольшой автостоп», — наконец ответил он.
 «Тебе решать».
 Конрад не мог знать точно, но догадался, что Охотник отключил телефон.
 ========== Глава 4. Для двоих. ==========
 «Ты никогда не думал отрастить волосы? Тебе бы очень пошло»
 Конрад хмыкнул. Вопрос возник после того, как он добавил с десяток дополнительных фоток — в том числе те, где у него руки не доходили постричься целый год.
 Задумка была проста: ему хотелось спровоцировать Охотника сделать то же самое, и фотографии, судя по всему, не остались без внимания — вот только реакция была не совсем та, которой он ожидал.
 Конрад убрал телефон.
 — Ты не собираешься вставать? — поинтересовался Лоуренс, который уже натянул джинсы и теперь искал в свитере рукава.
 — Меттис заболел. У меня полно времени до десяти часов.
 Лоуренс хмыкнул.
 — Везёт. Ладно, но на вечеринку-то ты придёшь?
 Конрад молча перевернулся на другой бок.
 Стояло четырнадцатое февраля, и весь курс скидывался, чтобы устроить вечеринку в общей гостиной второго этажа — самом большом помещении во всем здании. На взгляд Конрада идея была идиотской: День Святого Валентина — праздник для двоих. С другой стороны, его второй, если вообще и существовал, был сейчас очень, очень далеко.
 — Лори, когда я в прошлом году не стригся целый год — мне это шло?
 Лоуренс приподнял бровь, до него начинало доходить.
 — Ты влюбился, — констатировал он.
 
 — Ты не ответил на вопрос.
 — Как и ты на мой.
 Конрад вздохнул и повернулся на спину.
 — Нет, Лоуренс, я не пойду на вечеринку.
 — Почему?
 — Просто не хочу.
 — Будешь торчать в комнате один? Или собрался пригласить кого-то ещё?
 — Всё может быть, тебе-то что?
 Конрад сел, потому что ему было неуютно смотреть на Лоуренса снизу вверх.
 — Да ничего, — фыркнул тот и встал, почувствовав, что потерял приоритет, — как по мне — тебе сейчас очень хорошо.
 Он накинул куртку и вышел за дверь.
 — А я так и не получил ответ, — констатировал Конрад и пощупал шевелюру, которая уже немножко отросла с Рождества.
 «Начну отращивать, когда увижу тебя», — написал он, снова взяв в руки телефон.
 Ответ пришёл уже днём, и Конрад прочитал его не сразу, потому что Огилви снова его задержал.
 «Я тебя приглашал».
 — Профессор, — Конрад подошёл к кафедре, оставив макет незаконченной работы на столе.
 — Да, я хотел поговорить с тобой наедине.
 Конрад кивнул.
 — Есть какой-то заказ?
 — Не совсем, — Огилви порылся в портфеле и положил на стол конверт. — Вот. Мой друг, Уильям Доррет, работает в Лондонской Национальной Галерее. Кроме того, он практик и ему нужен помощник в апреле на несколько дней. Он готов подготовить запрос на практиканта от лица Национальной Галереи, но просит, чтобы я посоветовал ему кого-то, кто достаточно обязателен и не задирает нос. Я подумал о тебе.
 Сердце Конрада гулко стукнуло о рёбра.
 — Уильям Доррет? — уточнил он. — Я видел его работы, это действительно он? Но зачем ему студент?
 — Затем же, зачем и все. Подготавливать эскизы, делать первые слепки. Правда, есть одно, но — он не сможет оплатить жильё.
 Конрад молчал, почти что ощущая, как щёки заливает огонь.
 — Деньги у меня есть, — наконец сказал он, и после долгой паузы Огилви озвучил за него:
 — «Но»?
 — Но…