Переплет 13 (ЛП)
Я хотел сделать ей лучше.
Я хотел все исправить.
Каким бы образом она ни нуждалась во мне, чтобы я это сделал.
Я просто не знал как.
Что бы ей ни было нужно от меня, я был более чем готов предоставить.
Это была отрезвляющая мысль.
Господи Иисусе, я подвергал себя опасности с этой девушкой.
— Я в порядке, — ответила Шэннон, устраиваясь на пассажирском сиденье моей машины.
Она вытащила свои длинные каштановые волосы из воротника моей толстовки и перекинула их через плечо.
— Еще раз спасибо, — добавила она застенчиво. — Я обещаю, что верну тебе её.
— Нет проблем. — Сжав челюсти, я заставил себя смотреть на дорогу, а не на то, как ее юбка была скрыта под подолом моей толстовки, и как высоко эта толстовка задирала ее голые бедра, когда она сидела. — Оставь это себе.
— Прости?
— Толстовка. — Прочистив горло, я крепче сжал руль, чтобы удержаться от чего-нибудь безрассудного. — Можешь оставить.
— Почему?
Я чувствовал на себе ее голубые глаза, я знал, что это звучит глупо, но я мог, и это ощущение заставило мои руки покрыться мурашками.
Я пожал плечами. — Потому что оно хорошо смотрится на тебе.
Джонни, ты чертов придурок!
— Ты чувствуешь себя лучше? — Я поспешил спросить — и отвлечь. — Помог ли ибупрофен?
Я взглянул на нее и подавил стон.
Она была так чертовски красива, что было больно, с этими большими голубыми глазами, смотревшими на меня невинно и полными неуверенности.
Мне не нужно было искушение, которое возникало, находясь так близко к ней.
Проблема была в том, что каждый раз, когда она убегала, я ловил себя на том, что гоняюсь за ней, отчаянно желая просто быть с ней.
— Я в порядке, Джонни, — ответила она тихим голосом. — Ты мне помог. — Она застенчиво улыбнулась. — Снова.
Я снова перевел взгляд на дорогу и попытался взять свое тело под контроль. — Это не проблема. — Я понятия не имел, что эта девушка делала со мной, но я горел до чертиков. — В любое время.
— Мне нравится твоя музыка, — сказала тогда Шэннон, давая мне желанное отвлечение от моих своенравных мыслей. — У тебя хороший вкус.
— Продолжай, — подбодрил я, когда ее пальцы потянулись к стереосистеме. Протянув руку, я схватил свой iPod, который был подключен к моей стереосистеме, с приборной панели и передал его ей. — Найди то, что тебе нравится.
— Ты уверен? — спросила она тихим и неуверенным голосом.
Я кивнул и улыбнулся, пытаясь успокоить ее.
Должно быть, это сработало, потому что она прошептала: — Я люблю их всех, когда начала просматривать трек за треком. — У тебя потрясающий вкус.
— Спасибо. — Я неловко поерзал, чувствуя странное покалывание внизу живота. — Я люблю хорошую музыку.
Бесчисленные часы тренировок в одиночестве дали мне возможность расширить свой вкус.
— Я тоже, — согласилась она. — И твоя музыка эпична.
Не то чтобы я не привык получать комплименты.
Просто они обычно вращались вокруг регби.
Шэннон явно не была впечатлена или обеспокоена моей ролью.
Это было и облегчением, и беспокойством.
Я не знал, как с этим справиться.
Она выбивала меня из колеи.
— Я бы не подумала, что ты фанат Битлз, — задумчиво произнес Шэннон, останавливаясь на старом номере. — «Here Comes the Sun»? — спросила она, выгнув бровь. — Тебе нравится этот?
— Это моя любимая из их книг, — сказал я ей, ладони вспотели под ее пристальным взглядом.
— Я тоже, — тихо сказала она. — Моя прабабушка Мерфи пела мне эту песню, когда я был маленьким.
Я взглянул на нее. — Да?
Шэннон кивнула в подтверждение. — Да, всякий раз, когда я пугался или нервничал, он всегда сажал меня к себе на колени и пел эти слова мне на ухо. — Она удовлетворенно вздохнула. — И это всегда срабатывало.
По какой-то неизвестной причине я сделал мысленную заметку об этой информации и сохранил ее для дальнейшего использования.
Шэннон замолчала, явно погруженная в песню.
Тем временем я держал руль мертвой хваткой, отчаянно пытаясь сосредоточиться на дороге впереди, а не на девушке, сидящей рядом со мной, разрушающей мои хорошо продуманные планы.
— У тебя есть айпод? — Спросил я, когда подъехал к ее дому — на этот раз к ее настоящему дому.
Я тянул время, не желая, чтобы она выходила из моей машины.
Боль разочарования, которую я испытывал, когда мы добрались до места назначения, была той же, что терзала меня каждый раз, когда она уходила, и это было невероятно неприятно.
— Я мог бы поставить на это что-нибудь из своей музыки для тебя? — Я предложил. — Если хочешь?
— Мне? — Шэннон покраснела и покачала головой. — Э-э, нет, я никогда не смогла бы себе такого позволить. — Она отстегнула ремень безопасности. — Я использую старый компакт-диск Джоуи, чтобы слушать музыку.
Я беспечно кивнул, мысленно выбивая из себя дерьмо за то, что был таким тупым.
— Тебе нравится классика? — Я выпалил, почувствовав панику, когда она потянулась к дверной ручке.
— Да, — ответила она, поворачиваясь ко мне лицом, глаза блестели от возбуждения. ‐ А ты?
— Мне многое нравится, — сказал я ей.
Ты, больше всего.
— «Shake it off baby?»
Мои брови взлетели вверх. ‐ Прошу прощения?
— «Shake it off baby». -Шэннон смотрела на меня так невинно и мило. — Тебе она нравится?
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что она не называла меня малышкой, а имела в виду песню. — Ты имеешь в виду Twist and Shout, , — грубо поправил я. — Да, мне нравится.
— Тебе нравится Reckless Kelly? — тогда она спросила.
Я покачал головой. — Не думаю, что я когда-либо слышал о них.
— У них вышла новая песня под названием WickedTwistedRoad, — объяснила она. — Ты уверен, что не слышал?
Мое сердце остановилось в груди.
Та песня из паба.
Тот, которая засела у меня в голове.
Иисус…
— Ты должен, — продолжала говорить Шэннон. — Послушать её, я имею в виду. — Ее щеки порозовели, когда она сказала: —Это напоминает мне о тебе.
Потрясенный.
Я был чертовски напуган этой девушкой.
Отчасти потому, что я пересказал слова этой песни, но в основном потому, что она пересказала слова песни мне.
Ее красные губы и розовые щеки были чертовски красивы, и мне пришлось потратить мгновение, прежде чем я смог сформировать связное предложение и не звучать как гребаный идиот.
— Я сделаю это, — это все, что я придумал.
— Что ж, спасибо, что спас меня, — прошептала она. Ее взгляд несколько раз метнулся от моих глаз к моему рту, прежде чем она наклонилась и прижалась губами к моей щеке. — Снова.
Это был самый маленький, короткий, несексуальный поцелуй, но он слетел с ее губ, и это все изменило.
Точно так же, как прошлая ночь все изменила.
Это усилило все, что я отчаянно пытался отрицать.
Знаки, от которых я прятался.
Они вспыхнули, как неоновые плакаты на стенах зданий.
Я был так чертовски сбит с толку этой девушкой.
Ошеломленный, я ничего не мог сделать, кроме как уставиться на нее и пробормотать слова: — Пожалуйста.
С пылающими красными щеками Шэннон открыла дверь машины и двинулась, чтобы выбраться.
— Подожди! — К сожалению, я крикнул, протягивая руку и хватая ее за запястье.
Шэннон посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.
Отпусти ее, придурок.
Отпусти девушку.
Ты не можешь поступить с ней правильно.
— Вот, — запустив руку в бардачок, я вытащила кожаный футляр и быстро пролистала кучу компакт-дисков со смешанными записями, остановившись, когда нашла нужный, — Послушай девятый трек. Я практически сунул диск ей в руку и пожал плечами: — Напоминает мне о тебе.
— О, хорошо, — ответила она, осторожно держа диск. ‐ Я буду.
— Хорошо.
— Спасибо.
— Не за что.
— Пока, Джонни, — прошептала она, прежде чем быстро закрыть дверь и поспешить прочь.