Маленький мир (СИ)

— Если какие-то слова она все ещё понимает и ваших кукол атакует не всех, то динамика будет положительной! Для оборотней легкое помешательство на почве лютого бешенства почти столь же привычно, как для людей насморк! — Попытался убедить себя Олег, с большим трудом вновь подавляя желание оторвать одному упырю его чересчур умную голову. Эксперименты ему…Над Святославом…Себя пусть лучше попробует в человеческий вид привести! Или на кровавых богов войной пойдет, а то этим пиявкам кровососущим последние годы подозрительно спокойно живется в своей Южной Америки, как бы не удумали они ещё чего… — Благодарю за то, что помогли нам!
— Не за что благодарить, это был достаточно интересный опыт, да вдобавок сполна оплаченный. — Покачал головой Баломохан, чем чуть не заставил Олега в драку кинуться. И дело было даже не в переполняющим его вены адреналине, просто движение уродливой клыкастой морды упыря в такой близости от тела вызывало у прошедшего множество битв боевого мага инстинктивную реакцию агрессии. — К тому же…Пусть я и не такой альтруист как Манидер, но вы явно собираетесь бороться с демоническим нашествием вместе с этим чокнутым йогом, а превращение нашего мира в часть нижних планов не отвечает моим интересам. Солнечный свет тогда конечно переносить станет намного легче, но слишком уж большая часть алхимических ингредиентов растительного и животного происхождения вымрет полностью или как минимум изрядно мутирует, изменив свои свойства…Заново переписывать все справочники и таблицы, а также пересчитывать рецепты с учетом изменившихся реалией и нового состояния энергетического фона планеты — это слишком много мороки!
— Прошу прощения⁈ — Взвыл во весь голос Олег. — За то время пока я в ванне отмокал, демоническое вторжение пополнилось новыми армиями нижних миров и теперь грозит захлестнуть собою весь мир⁈
— Да нет, подкреплений к уже вторгшимся в наш мир тварям пока не было…- Пожал плечами древний упырь-архимаг, которого в катаклизме планетарного масштаба видимо больше волновала необходимость перерасчета алхимических формул, чем всякие иные мелочи. — А зачем? Они и так вроде неплохо справляются…Вы этого, наверное не знаете, поскольку ритуальной магией не занимаетесь, да и должной чувствительностью не обладаете, но бойни, устроенные демонами в Стамбуле, Дрездене и Александрии, случились не просто так. Большую часть погибших в этих мегаполисах простолюдинов, аристократов и могущественных магов не просто убили, а сделали своеобразным топливом для магического действия воистину глобального масштаба, компенсировав количеством жертв грубость исполнения.
— И⁈ — С невольным замиранием сердца спросил Олег, который от услышанной информации не ждал ничего хорошего. Информацией про подобную деятельность тварей он ранее не располагал, но не видел повода ей не верить. — Что этот демонический мега-ритуал делает⁈
— Ну, пока вроде бы ничего или почти ничего… — Почесал когтистыми пальцами основание костяной пластины на подбородке древний архимаг, что был ближайшим известным родственником кровавых богов. Во всяком случае, из тех, кто атлантом не являлся. — Все-таки я уверен, что битва при Дрездене стала технической ничьей, а не сокрушительным поражением демонов, отнюдь не просто так…Просто так вызванное католическими священниками небесное воинство своих извечных врагов бы не отпустило…Однако по большому счету пока появившиеся в магическом фоне планеты отметины действительно заметного влияния не оказывают, ибо работа даже и близко не закончена. Трех опор для воздействия глобальных масштабов будет все-таки слишком мало, но вот если их станет пять… Или семь… В совсем паршивом случае — тринадцать…Вот тогда наш маленький мир действительно содрогнется!
  
Абсолютно провальный эпилог
 
Абсолютно провальный эпилог.
— Самое главное сейчас для нас — осваивать как можно скорее свои новые возможности и по возможности лишний раз не высовываться и никуда не лезть. Пусть мы и получили силу, которую с полным на то правом можно назвать великой силой, и которой хватит на то, чтобы разинувшим на нас пасть магистрам, если только тех не толпа собралась, их собственные выбитые зубы поглубже в глотку затолкать, но лишний раз лучше не нарываться. Ибо разделку под орех одаренных шестого ранга в честной драке провести куда легче, если они будут нас недооценивать. — Раздраженно произнес Олег, поглядывая на спокойного как слон под антидепрессантами Святослава, с аппетитом и хрустом трескавшего огромный зеленый огурец, взятый из лежащей перед ним глубокой миски, до краев заполненной свежими овощами. Бывший крестьянин погружение в купель перенес настолько идеально, что даже на малость гниловатой морде упыря-архимага удивление читалось крупными буквами. Доброслава до сих пор сидела в клетке, и с периодичностью в четыре-пять часов превращалась в одержимое яростью чудовище, когда похожее на человековолка, а когда словно бы вышедшее из кошмаров слишком плотно общавшихся с демонами безумных культистов, ибо её способности к изменению собственной плоти скакнули на качественно новый уровень, сделав кащенитку изгнанницу полноценным метаморфом. Талантливым и изрядно стукнутым, ибо обладателю здоровой психики вряд ли придет в голову идея вырастить зубы на глазах, а сами эти глаза распихать по таким местам, которые не при каждом медосмотре проверяют. — Однако даже и такие победы хоть и однозначно лучше поражений, но все же их следовало бы избегать, как и публичной демонстрации своей ауры. Ведь такой резкий рывок в силах неизбежно привлечет внимание иных высших магов к внезапно объявившимся коллегам, а я бы не стал ставить нас на одну планку к истинным мастодонтам вроде того же Саввы. Мы с ними примерно в том же положении, что и тощий слабый новобранец, которому предстоит выступить против мускулистого ветерана с горой боевого опыта за спиной. Формально стороны конфликта более-менее равны, но на деле у противника имеется колоссальных размеров преимущество. У нас нет их опыта в деле сражений или применения своих талантов в мирных целях, у нас нет нарабатываемых веками рефлексов и полезных привычек, знаний…
 
— Знания, дык, у нас есть, — счел нужным заметить Святослав, проглатывая остатки огурца и берясь за следующий. Его тело хоть и осталось в принципе примерно таким, каким было раньше, но в то же время и потихоньку перестраивалось, подгоняя материальную оболочку под перекаченную силой энергетику, а потому бывший крестьянин практически постоянно испытывал чувство легкого голода. — Кое-чего, стал быть, даже с собой, в Индии…А дома, того-этого, больше и я думаю, их с гиперборейского ужо перевели…
— Все равно лучше выучить язык, чтобы читать в оригинале, — еще больше нахмурился Олег, с неудовольствием отмечая, что его почти трясет от бешенства при безобидной, в общем-то, картине того, как его друг хрумкает огурцами. Внутри пространственной складки, как оказалось, существовала своя сельскохозяйственная инфраструктура, помогающая обитателям сего места как можно меньше взаимодействовать с внешним миром. В принципе сотворить из магической энергии металлические слитки или алхимические ингредиенты ради абсолютной автономии тут бы тоже могли попытаться, но слишком уж трудозатратным и долгим вышел бы процесс. — Но это неважно! Важно, чтобы наш резкий рост в силах был незамечен окружающими или же был замечен, но не сочтен чрезмерным, иначе жить мы будем плохо, но недолго.
— Дык, факт, — важно согласился бывший крестьянин, который хоть и стал лишь на низшую планку одаренных седьмого ранга, но всё равно сейчас по грубой силе стоял выше девяноста девяти представителей магической аристократии свой родины. И еще несколько девяток после запятой, пожалуй, добавить можно было. Олег не был уверен, сколько конкретно архимагистров сейчас имеется на территории Возрожденной Российской Империи, но их число определенно измерялось десятками. И многие из них свое звание получили по совокупности заслуг, а не благодаря собственной мощи. — Гавнюков алчных до силы, того-этого, много, а мы итъ одни…И всем, стал быть, скотинякам до усрачки захочется также усилиться. Али не так же, а хотя бы исчо чуть-чуть…Для гарантии же получения правдивых, дык, ответов они привыкли задавать вопросы тем, кто, ну, к дыбе привязан. Ну, ежели позатейливее чаво не придумаютъ.