По дороге могущества. Книга четвёртая: Роган (СИ)

Несколько долгих мгновений Флодигарт молча смотрел мне в глаза, но, в конце концов, отвёл взгляд. Так он и стоял, спокойный и недвижимый, погруженный в безрадостные размышления, сжав лапой висящий на цепочке кабаний клык.
— Ты прав, — вдруг негромко сказал он, разжав ладонь и с тоской в глазах посмотрев на клык друга. — Я виновен в его смерти, потому что это я предложил ему охоту на гуатов. Однако, — Флодигарт опустил руку и поднял взгляд на меня, — несмотря ни на что, убил его именно ты, Саргон — лимрак, выбравший сторону гуатов в этой войне. И даже если рассказанное о Кальмуаре действительно является правдой, ты всё равно виновен в смерти Легратоса, Владыки силзверов, Царя Храстранхолма.
Мы долго смотрели друг на друга сквозь падающий между нами снег, два врага, ставших таковыми по воле Древних. А ведь реши тогда Знамиир отправить меня не в Рэйтерфол, а в Храстранхолм, то, быть может, всё бы сложилось иначе, и мы бы даже стали лучшими друзьями.
И тогда это была бы совершенно новая история…
Флодигарт повернул голову и устремил свой взгляд на скованную зимним сумраком деревню.
— Что бы ты знал — я не трогаю мирянские деревни. И обычных женщин и детей тоже не убиваю. А сейчас, — он вновь посмотрел на меня, — я собираюсь уйти отсюда. Вернуться обратно в Рэйтерфол. Если, конечно, ты меня отпустишь, — на его морде появилась кривая ухмылка. — Я ведь не наивен, и прекрасно понимаю, что сейчас ты намного сильнее меня, а значит, и мои шансы убить тебя не очень-то и высоки.
Я хмыкнул.
— Признаюсь честно, твой соплеменник волколак внутри меня сейчас был бы очень не прочь разорвать тебя в клочья. — Я пристально взглянул ему в глаза. — Уходи. У нас ещё будет возможность сойтись в битве. — Я вернулся к созерцанию деревенских огней, едва пробивающихся сквозь пелену постепенно усиливающегося снегопада. — А на сегодня уже хватит крови.
Постояв несколько мгновений, Флодигарт развернулся, сделал несколько шагов в сторону леса и неожиданно замер. А затем его голова чуть повернулась и он негромко произнёс:
— По твоему следу идут другие, и они уже близко. И они, уж можешь мне поверить, не пожалеют никого. — Секундное молчание. — Даже если ты уйдешь отсюда до их прихода.
Не сказав более ни слова, Флодигарт отправился дальше и вскоре растворился в зимней ночи. Я же задумчиво подался вперёд, облокотившись о колени и свесив между ног сцепленные в замок руки.
Может, и не стоило его отпускать… Однако влиятельный враг, в котором посеяны семена сомнения, может оказаться намного полезнее хладного трупа. К тому же, принятое решение уже дало свои плоды в виде новой информации.
Я тяжело вздохнул.
Значит, силзверы уже совсем рядом… И не только они — если верить словам Горзата, сюда скоро прибудет некий афилемский капитан… Н-да. Это может стать проблемой. Особенно в моём нынешнем состоянии…
Я опустил взгляд на свою звериную лапу.
Трансформацию необходимо ускорить, чтобы завершить слияние до появления здесь незваных гостей. И, помниться, сестричка упоминала об одном действенном способе.
Я вспомнил слова Скайдэн и моё ухо словно вновь опалило её горячее дыхание:
Нужно лишь выпустить инстинкты на волю и дать ему то, чего он хочет…
Моя когтистая лапа сжалась в кулак.
Дать ему то, чего он хочет?
Губы медленно растянулись в ухмылке.
Что ж, так тому и быть.
* * *
Когда за спиной Скайдэн скрипнула входная дверь, она обернулась.
Несколько кратких мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а затем я решительно подошел к ней, грубо прижал к стене и впился в губы. Спустя миг девушка страстно подалась вперёд, прижавшись ко мне разгоряченным телом, и моя ладонь жадно скользнула по узкой талии на выгнувшуюся спину. Звериные когти прошлись вдоль позвоночника, царапая нежную кожу, и вместе с опалившим моё лицо жарким дыханием с губ Скайдэн сорвался сладострастный стон. Её зрачки внезапно хищно сузились, превратившись в две вертикальные, горящие огоньком щелки, и она с рычанием запустила пальцы мне в волосы и вонзила заострившиеся клыки в пульсирующую шею.
 
Лядь, до чего же приятное чувство боли!
Оскалившись, я с плотоядным рыком разорвал платье на её груди и, тяжело дыша, припал к окаменевшим от возбуждения соскам. Но неожиданно Скайдэн железной хваткой сжала мою шею ладонью и заглянула прямо в глаза. Облизнув язычком алые губы, она двинулась вперёд, вынуждая меня пятиться назад, и швырнула спиной на кровать. Сбросив с себя порванную одежду и оголив идеальное тело, лимра села на меня сверху, наклонилась и страстно поцеловала, с яростью кусая губы.
Мелькнувший мысленный приказ скрыл всю мою одежду и я, чувствуя быстрое биение её сердца и жадно вдыхая дурманящий, сводящий с ума запах дрожащего от нетерпения тела, через мгновение стал с ней частью одного целого, и мы слились в экстазе удовольствия нашими видоизменяющимися, лимрачными телами…
* * *
Отблески пылающих в камине языков пламени пляшут в замысловатом танце по бревенчатому потолку, лунный свет едва пробивается сквозь падающее полотно снега и просачивается через стекло открытого окна, а потрескивание дров ласкает слух, сливаясь с тихим дыханием лежащей у меня на груди девушки. Поглаживая кончиками пальцев её голое плечо, я невольно как можно глубже вдыхал дурманящий запах тёмных, чуть вьющихся волос и разгоряченного тела, при этом с лёгкой улыбкой наблюдая за тем, как её острые ноготки скользят по моему торсу.
— Долго же ты собирался, — вдруг сказала Скайдэн, опалив мою кожу своим дыханием.
Я усмехнулся.
— Ну, от Хайзена было не так просто улизнуть, знаешь ли. Пришлось сильно постараться.
— О, нисколько не сомневаюсь. — Она закусила губку. — Первый выживший ученик Хайзена… Как тебе это удалось?
Лимра посмотрела мне в глаза и я пожал плечами, впервые задумавшись над этим вопросом.
— Я просто понимал, чему он хочет меня научить. И, думаю, выбранный им способ хоть и чрезмерно жесток, однако именно он являлся единственно верным. — Мой взгляд упал на медленно пожирающий поленья огонь. — Только на грани смерти мы раскрываем свой истинный потенциал и получаем возможность достичь предела собственных способностей, дабы стать истинным силпатом.
Скайдэн хохотнула.
— А ты, я смотрю, проникся жаброидским учением, и даже стал говорить прям как он.
Её рука вдруг скользнула по торсу, животу и ниже.
— Ммм, ты бы знал, как долго я этого желала…
Я не смог сдержать усмешку.
— Неужели во всей деревне не нашлось нормального мужика?
Девушка хмыкнула.
— Мужики-то как раз находились, но не лимраки. — Её взгляд скользнул по звериной стороне моего трансформирующегося тела. — Просто, в отличии от гуатов, мы так устроены, что лишь с себе подобным удаётся достичь такого уровня единения, которое возносит на вершины блаженства. — Она посмотрела мне в глаза. — Согласись, на фоне нашего экстаза, удовольствие от поднятия ступеней смотрится довольно блекло.
В памяти тут же вспыхнули яркие воспоминания и вдоль позвоночника к затылку прошла сладостная волна, словно бы по коже провели острым коготком. Действительно, с её словами было сложно не согласиться. Это и вправду было очень схоже с эмоциями, которые накрывают при возвышении на новую ступень могущества.
— Да уж, это было приятным удивлением. — На моём лице появилась улыбка. — Лимраки вообще умеют удивлять.
— О, уж в этом мы те ещё мастера, — вытянувшись, она поцеловала меня в губы и слегка прикусила их клыками, а затем вновь положила голову мне на грудь.
 
— Кстати, раз уж об этом зашел разговор, то не расскажешь мне о нашей расе? Откуда мы произошли, где наша родина, какова первородная форма, история войны с гуатами? Я же “колыбельный”, вообще ничего не знаю, — я насмешливо покосился на неё, — а то вдруг наша братия тайно правит миром, а я и не в курсе?
Скайдэн как-то странно улыбнулась.
— Нуу, вообще-то, косвенно именно так и есть.