Мертвая вода (СИ)

— Может, есть и другие лавки? — вздохнул Лаэрт, осматривая их добычу.
Дани покачал головой.
— Гардйо — большой остров, но крупный рынок только здесь. Кистень говорит, если чего-то нет в главном порту, в остальных можно даже не искать. А ты что купил?
Бывший шпион посмотрел на небольшой мешочек в своей руке так, словно видел его в первый раз. Данатос — в который раз — увидел, как на его лице расцветают неровные красные пятна.
— Можешь не отвечать, — он хлопнул друга по плечу. — Что бы там ни лежало, Брис будет приятно.
— Или она скорее, как всегда, сделает вид, что ей приятно, — буркнул Лаэрт, пряча покупку в карман.
— Ты к ней несправедлив, — заступился за сестру оборотень. — Ей действительно приятно. Просто не так, как тебе хочется.
Лаэрт не стал отвечать. Этот разговор они вели уже не впервые, и еще ни разу друг не принял его сторону. Данатос всегда был участлив, всегда проявлял понимание и сочувствие, но при этом отказывался помочь Лаэрту наладить отношения с Брисигидой. Как-то раз они даже подрались из-за излишней любвеобильности Лаэрта. С тех пор оборотень лишь однажды позволил себе высказаться насчет равнодушия сестры. «С твоей репутацией я бы и не ждал другого. Большинство твоих знакомых считают тебя бабником, и у них есть на то некоторые основания, — сказал ему раздраженный Данатос, когда друг в очередной раз доконал его своим нытьем. — И тот факт, что твои чувства вполне искренни, на эту репутацию никак не влияет!»
Возле причалов им повезло. Несколько испуганных девушек жались к стенам портовых таверн, пытаясь хоть немного укрыться от пронизывающего ветра. Данатос смотрел на них с каменным лицом, а поймав на себе взгляд — отворачивался. Но на каждой позвякивало множество дешевых украшений, в том числе и браслеты из мелких гематитовых бусин, такие же ожерелья и талисманы.
Некоторое время они потратили, выбирая из взятых с собой ценностей похожие украшения, но с другими камнями. В основном — куда более ценными.
* * *
Кася уже неделю торчала возле таверны в порту с другими девочками. Каждое утро она стояла над кадкой с водой, глядя в маленькое дешевое зеркало из полированного металла, и убеждала себя, что иначе нельзя. Иначе не выжить.
— Каська! Тащи свою задницу!
Каждое утро она слышала голос М а грун. Касе, как и другим новым девушкам, не доверяли. Ждали, что сбегут. Поэтому первое время их сопровождали более опытные девушки. Магрун, с ее пышным телом, гортанным смехом и нежеланием застегиваться на все пуговицы в любое время года, казалась самой опытной на свете.
Всю неделю девушкам не особо везло с клиентами — их попросту не было. Невезением это считала Магрун. Кася же едва справлялась с тем, чтобы скрывать свое облегчение при виде полупустого порта. Вместе с тем, от голоса Магрун каждое утро ее трясло все сильнее.
Когда в порту причалили три шлюпки, девушки заметно оживились. Из каждой лодки вышло не меньше дюжины моряков. К досаде Магрун, все они разошлись, едва взглянув на них. Но двое вернулись, совсем под вечер, когда Кася уже благодарила богов за еще один спокойный день. Эти двое совсем не походили на остальных моряков, грубых, как дубленая кожа, обветренных и угрюмых. Один, светловолосый и ясноглазый, со смехом убирал со своих плеч руки девушек, шутил и делал комплименты, но сразу сказал, что пришел он не как клиент.
Кася набиралась смелости подойти ко второму, более молчаливому и оттого жутковатому. Она давно заготовила фразу, с которой будет подходить к мужчинам: «Хочешь быть моим первым?» Магрун считала, так ее дороже возьмут. Но когда она подошла к мужчине и увидела его глаза — хищные, золото и янтарь степных охотников, — выпалила совсем другое:
— Кто ты такой?
Золотоглазый не ответил. Он смотрел на ее левое запястье. Кася перехватила многозначительный взгляд Магрун и собралась, чтобы предложить ему то же, что другие девушки, но он наконец и сам обратил на нее внимание.
— У этой девушки есть хозяин?
 
Кася вспыхнула от этого вопроса и отшатнулась от незнакомца.
— Нам всем покровительствует капитан Блод Беор, — ответила Магрун. — Но за девушек отвечаю я. Что, понравилась? Каська тут одна такая. Нетронутая.
Касе казалось, что ее облили ледяными помоями. Захотелось разреветься и убежать, но в плечо вцепилась пухлая рука Магрун в тяжелых кольцах.
— Мой друг коллекционирует украшения, — золотоглазый невозмутимо кивнул в сторону второго мужчины. — Он обменяет ваши кулоны, браслеты и серьги с гематитом на более дорогие украшения. Разницы в цене должно хватить не меньше, чем на день с этой девушкой. Но мне нужно всего полчаса.
Магрун картинно вздохнула и подтолкнула Касю к нему, хлопнув пониже спины.
— Долго же вы плавали, раз тебе хватит всего полчаса! Не переживай, дорогой. Если передумаешь, будем не в обиде.
Золотоглазый кивнул ей, взял Касю за руку и повел в ближайшую таверну. От прикосновения сухой теплой ладони она сначала вздрогнула. Ей вдруг вспомнилось, что такие же сухие и теплые были руки у ее матери, и такие же длинные и густые волосы, и так же ровно и спокойно звучал ее голос… Кася даже не заметила, как они прошли мимо хозяина таверны, поднялись по лестнице и оказались в комнате.
Мужчина отпустил ее руку и сел на кровать, оперевшись локтями на колени и обхватив ладонями опущенную голову. Кася дрожащими руками потянулась к завязкам на рубашке.
— Стой! — сказал ей золотоглазый, не поднимая головы. — Я не затем тебя увел. Триединая, какой кошмар… Что за звери здесь живут? Как можно так жить? Как эту бесчувственную тварь земля только носит?!
Кася не поняла, о чем он, но с облегчением завязала обратно тесемки на рукавах.
— Как тебя зовут? — спросил мужчина. — «Каська» не звучит, как полное время.
— Я… — она замялась. Хотелось деть куда-нибудь руки, но у нее не было ни карманов, ни фартука, так что она сцепила их за спиной. — Мама назвала меня Кассандрой. Но Беор решил, что я не заслужила еще называться полным именем.
Золотоглазый совсем по-кошачьи фыркнул.
— Блод Беор, похоже, редкостная свинья и паскуда! — Он поднял голову, посмотрел на нее и скривил губы, отчего Касе стало совсем жутко. — Сколько они держали тебя в кандалах?
Кася вздрогнула и невольно потянулась к шее, где внезапно зачесался старый след от ошейника.
— Год, — выдохнула она. — Как ты понял? Мне всю шею завесили бусами, чтобы никто не увидел.
— У тебя следы на запястьях, — пояснил мужчина. — Браслетов на тебя, видимо, не хватило? Почему тебя так долго держали в оковах?
— Беор всех так держит, — пояснила Кася. — Всех, кому кандалы не мешают работать. Пока была маленькая, служила при трактирах судомойкой и уборщицей. Как закровила, он их снял. И отправил меня к Магрун, на улицы, в таверны… куда скажет.
— Закровила?..
Кася почувствовала, как щиплет в носу и глазах. Щеки моментально стали мокрыми и горячими.
— Повзрослела… — прошептала она, задыхаясь и глотая слезы.
У незнакомца вытянулось лицо.
— Я дурак. Прости. Сядь, пожалуйста.
Золотоглазый взял ее за руки и усадил на кровать. Касе снова стало тепло, и она перестала всхлипывать.
— Кто ты такой? — снова спросила она. Золотоглазый сидел на корточках и все так же держал ее за руки. В голове стало удивительно ясно.
— Меня зовут Данатос. Я бывший храмовый страж.
— И зачем ты забрал меня сюда, Данатос?
— Чтобы поговорить без своры портовых девок, — честно ответил тот. — Ты одна среди них со следами от кандалов. Могу себе представить, как они относятся к тебе.
 
Кассандра наконец поняла, что происходит, но поверить боялась. Она не была рабыней с рождения, но за пару лет привыкла к побоям, оскорблениям и требованиям подчиняться по первому слову.
— У кого тебя выкупить? — спросил Данатос. — Вряд ли Магрун может продать тебя насовсем. Должен быть кто-то, кто возьмет у меня деньги и отдаст тебя. А я помогу добраться тебе домой и отпущу.