Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 1 (СИ)

Я неспешно двинулся в сторону своей комнаты. Может Фила найти и с ним посоветоваться?
Вовсе не ходить было вдвойне глупо, потому что, во-первых, меня могли найти и приволочь в этот зал силком, что автоматически делало меня виноватым и развязывало руки любому выступлению против меня, а, во-вторых, мне нужно было услышать, что эти стражники наплетут отцу. 
Идти было нужно, но как мне остаться неузнанным, вот вопрос. Уж больно приметная и смазливая рожа у меня была. 
Я остановился посредине коридора в раздумьях. И тут почуял чей-то взгляд. Поднял башку, а это доспехи стоят шеренгой, а из-под забрала как будто кто-то палит. Я поежился, не любил я этот коридор. 
Я поспешил пройти мимо этих железных чучел. Как вдруг меня озарила гениальная идея как стать неузнаваемым для стражников. Однако для этого мне требовалась помощь и как раз кстати, перепуганная помощь, словно моя личная сивка бурка, как раз ковыляла мне навстречу. 
– Эрик, что же теперь будет?! – на полпути взволнованно спросил Фил. – Мы попались! 
Как всегда рыжий был уже в курсе всего. 
Меня подкупило это его «мы».
– Ничего не будет! – махнул я рукой, останавливая его словесный понос. – У меня есть идея! Мне нужна твоя помощь!
Надеть доспехи оказалось той еще задачкой. Мы с Филом прошли все круги ада, водружая на меня эти железяки. 
Когда я был собран, возникла новая проблема. В этой тяжеленной херне я даже стоять то толком не мог, что говорить, о том, чтобы в них ходить. Каждый шаг отдавался дрожью в моих бедных чреслах. Кроме того, из-за чертова забрала я очень плохо видел. 
Филу, который вначале помогал мне идти, вскоре пришлось отвалиться, чтобы не привлекать внимание еще и к себе. 
С горем пополам я, как долбанная погремушка, грохоча и кряхтя на каждом шагу, потому что доспехи мы закрепили неправильно, ввалился в зал. 
При виде меня лица у присутствующих слегка вытянулись. Я же, продолжая кряхтеть и греметь, пробирался к постаменту, где восседал отец. 
Однако жизнь злодейка – судьба копейка. Из-за ограниченной видимости я не заметил одну из колонн и с чудовищным лязгом зацепился за нее, родимую. От столкновения у меня над головой зазвенели звездочки, как рисуют в мультяшках. В глазах потемнело, но равновесие я чудом сохранил. Кажется, кто-то не сдержался и громко захохотал. 
Я же, обливаясь потом и превозмогая боль и унижение, продолжал свое громогласное шествие. Наконец-то, я дошел до назначенного пункта и встал по правую сторону от отца. 
– Эрик, ты издеваешься?! – разъяренно прорычал отец, старательно при этом глуша голос, чтобы его никто кроме меня не слышал. – Какого черта ты так вырядился?!
– Не хочу, чтобы простолюдины, видели мое лицо! – прогрохотал я из доспехов, старательно искажая голос под Дарт Вейдера. 
Получилось слишком громко, но видимо не очень разборчиво. Отец тем не менее сердито шикнул на меня.
– Заткнись, Эрик! Твои причуды сведут меня в могилу!
Я подумал, что лучше прослыть чудаком, чем быть обвиненным в убийстве, которого не совершал. И переступил с ноги на ногу, раздался грохот. 
– Еще один звук, Эрик, – тихо сказал отец. – И пусть Триликий будет свидетелем, я стяну с тебя эти проклятые доспехи и выпорю прямо здесь!
Я не на секунду не усомнился, что так оно и будет, поэтому застыл, стараясь не дышать. 
– Итак, господа, – обратился отец к стражникам. – Прошу, расскажите нам во всех подробностях и без утайки, о том, что случилось. 
Вперед вышел толстяк с подкрученными усами, похожий на Карабаса-Барабаса – глава стражи. Прокхекался и начал.
– Ваша светлость, сегодня мои стражники обнаружили тело женщины. Даю им слово. 
Двое из ларца вышли и робко поклонились. От их былой бравады здесь не осталось и следа. У белобрысого опухла челюсть от моего удара, поэтому говорить вызвался чернявый. 
– Ну, вот значит, ваша светлость, стоим мы на посту, несем дозор и разбудил… ну то есть окликнул нас господин один благообразной наружности. Но мы его в потемках не рассмотрели толком, ну вот, значит, и говорит он нам такой, мол, в доме рыжухи чет творится, порешили ее и убивцы там еще, мол, поспешите и будет вам дело раскрытое. Мы опомниться не успели, а свидетель исчез. Мы, конечно, сразу пошли разбираться. 
 
Я подметил, что, судя по всему не сразу, так как стражников мы встретили, когда уже светало, а разбудили их, когда еще темно было. 
– Ну и мы такие прибегаем в дом. А там двое – с виду безобидные пацанята, в вещах ее роются. Ну, мы им: кто будете и зачем женщину убили? А они гнусно так рассмеялись и как давай в нас огненные шары метать. Мы глядь, а это вообще не пацанята, а маги уровня пятого не меньше, которые личины мальчишечьи на себя напялили, а у самих бороды за ними проглядываются. Ну, мы, конечно, все равно не сдались, сражались до последнего. Одного мы почти поймали, но те маги хлоп клац, и мы оба потеряли сознание. Очнулись, а их уже и след простыл, – самозабвенно брехал чернявый, а белобрысый ему подмыкивал. 
Стыдно видимо им было, что они упустили пацанов, да еще и не сразу отреагировали на вызов, вот и брехали, как дышали. Но вполне могло статься и что-то посерьезнее стыда. 
– Вы проявили себя храбро, – величественно кивнул отец. – За проявленную отвагу я объявляю вам благодарность. 
Стражники не очень-то и обрадовались, видимо рассчитывая за свое вранье что-то более материальное получить, чем благодарность.
– Для нас честь служить дому Гербертов, – все же почтительно поклонились они. 
– Вы можете подождать за дверью, мы обсудим сказанное вами с главой стражи. 
Стоило за стражниками закрыться воротам, как лицо отца застыла в холодную гримасу. 
– Ваши люди врут, – с презрением заключил отец.
Я даже от такой проницательности слегка забывшись пошевелился, опять издавая грохот на весь зал. 
– Зачем им это, ваша светлость? – испуганно спросил толстяк. – Они честные ребята!
– Причины могут быть самые разнообразные, – пожал плечами отец. – Их могли подкупить или угрожать их семьям, а возможно они просто стыдятся своей трусости. 
– Но с чего вы взяли, ваша светлость?
– Ну, хотя бы из того, – рявкнул отец, – Что у меня шестой уровень силы и, чтобы мне сотворить один огненный шар – нужно задействовать столько ресурсов, что я потом неделю буду отлеживаться! А эти, якобы маги, ими как камушками швырялись и при этом меняли личины на права и налево и прочие байки, которые ходят в народе об избранных Треликим! Включайте голову! Расколите их и завтра ко мне с доносом! Если я не услышу правды, я найду себе другого начальника городской стражи!
– Завтра правда будет установлена, ваша светлость, – испугано пообещал толстяк, растянувшись по стойке смирно. – Можно идти? 
– Нет. Распорядитесь, чтобы женщину похоронили со всеми положенными почестями за счет городской казны. И найдите ее дочь!
– Дочь? – удивился глава стражи. 
– У убитой была дочь, – сердито процедил отец. – Вам как главе городской стражи об этом должно было быть давно известно! Идите, пока должность при вас! Иначе я вас разжалую сию же минуту! 
Толстяк, едва помня себя от страха, пятясь спиной, откланялся. 
Отец развернулся в мою сторону. Теперь подошла моя очередь для разноса.
– Эрик! Какого лешего ты опять устроил здесь цирк?! Ты что не мог хотя бы попросить Роджера правильно закрепить эти чертовы доспехи?! 
– Вот еще этого урода просить о чем-то, – прогремел я в шлем.
– Сними этот чертов шлем, когда я с тобой говорю! 
Я послушно стянул с себя шлем. Дышать стало немного легче. Отец скрестил руки и вдруг требовательно поинтересовался. 
– Что ты думаешь по поводу того, что здесь услышал? 
– Что тебе давно пора поменять этого толстяка на нормального главу городской стражи, – не растерявшись, нагло заметил я.
– Верно, – согласился отец. – Но сейчас не время. Пока новый войдет в курс дел, преступники ускользнут.