Гранатовые джунгли (ЛП)

Она поцеловала меня, долгим, мягким поцелуем. Она говорила серьезно. В такие моменты от интеллектуального анализа нет никакого толку, так что я забросила все мысли о последствиях и целовала ее шею, плечи, а потом возвращалась к губам. 
Остаток семестра мы провели в постели, вылезая только затем, чтобы сходить на занятия или поесть. Фэй стала исправлять оценки, потому что это было единственным способом остаться вместе, и забросила выпивку, потому что нашла кое-что повеселее. В «Хи-Омеге» начали думать, что Фэй умерла и попала на небеса. «Трем Дельтам» оставалось только одно - слать мне срочные сообщения по почте. Нам было восемнадцать, мы были влюблены, и не помнили, существует ли весь мир - но мир помнил, что мы существуем. 
До самого февраля я не замечала, что в коридоре никто с нами больше не разговаривает. Беседы прекращались, когда одна из нас или мы обе прогуливались по коричневым коридорам. Фэй пришла к выводу, что все они схватили хронический ларингит, и решила их вылечить. Она подключила запись «Клуба Микки-Мауса» {35} к уродливой кирпичной колокольне, с которой раздавались сигналы на перемены. Потом она объявила нашим соседкам по общежитию, что в три часа тридцать минут подлинная природа этого университета будет открыта во всеуслышание с колокольни. Как только запись разнеслась по университетскому городку, Дот и Карен выскочили из соседней двери, чтобы похихикать над успехом Фэй. Как только они повернулись, чтобы уходить, Фэй прямо спросила:
- Почему это вы с нами больше не разговариваете?
На лице Дот отразился ужас, и она сказала полуправду:
- Потому что вы все время сидите в своей комнате. 
- Враки, - возразила Фэй. 
- Должна быть другая причина, - добавила я. 
Карен, разозленная нашей бестактной прямотой, изволила процедить:
- Вы обе столько времени держитесь вместе, что похожи на лесбиянок. 
Я подумала, что Фэй собирается запустить в Карен учебником химии, так покраснело ее белое лицо. Я взглянула Карен прямо в лицо и спокойно сказала. 
- Это правда. 
Карен отшатнулась, как будто ее ударили по лицу грязной тряпкой. 
- Вы больные! Вам не место там, где кругом девушки. 
Теперь Фэй вскочила на ноги и двинулась к Карен, а Дот, образчик храбрости, уже возилась с дверной задвижкой. Фэй выехала на встречную и прибавила газу:
 - Что, Карен, боишься, что я пересплю с тобой? Боишься, приползу под покровом ночи и нападу на тебя? - Фэй непрерывно хохотала, а Карен застыла на месте. - Карен, если бы ты осталась последней женщиной на земле, я бы вернулась к мужчинам, ведь ты жеманная, прыщавая кретинка! - Карен выбежала из комнаты, и Фэй захохотала: - Ты ее видела? Вот же вялая задница!
- Фэй, мы, похоже, влопались. Она отправится прямо к институтскому психологу, и у нас могут быть проблемы. Нас могут даже вышвырнуть. 
- Ну и пусть. Кому охота гнить в этом малообразовательном заведении?
- Мне. Это мой единственный шанс выбраться из болота. Я должна получить диплом. 
- Можем пойти в частный колледж. 
- Это ты можешь пойти в частный колледж. Я, черт возьми, не могу заплатить даже за свою еду. 
- Слушай, мой старикан оплатит мое обучение, и часть времени мы можем работать, чтобы оплатить твое. Хотела бы я, чтобы он тебе отдал эти деньги! Мне этот диплом ни к черту не нужен. Но об этом и речи быть не может. В любом случае, он хочет, чтобы я оставалась в колледже, так что пошлет прибавку, чтобы у меня был стимул, и мы справимся, если будем работать. 
- Я думаю, это будет потруднее, Фэй, но надеюсь, что ты права. 
Через полчаса после того, как Фэй оскорбила якобы существующие сексуальные чувства Карен, ее вызвали в кабинет психолога, а меня послали к женскому декану, мисс Марни. Это создание было рыжей женщиной, похожей на телку, которая во второй мировой войне была майором в армейском корпусе. Она любила вспоминать свой военный опыт как доказательство, что женщины могут все. Я вошла в ее кабинет, как будто прямо со страниц журнала «Дом и сад» {36}, со всеми этими раскрашенными дощечками на стене. Одна из них, вероятно, была ей выдана в доказательство ее принадлежности к женскому полу. Она широко улыбнулась и энергично тряхнула мою руку. 
 
- Садитесь, пожалуйста, мисс Болт. Сигарету?
- Нет, спасибо, я не курю. 
- Мудро с вашей стороны. Теперь перейдем к делу. Я вызвала вас сюда из-за злополучного инцидента в вашем общежитии. Не будете ли любезны объяснить его мне?
- Нет. 
- Мисс Болт, это очень серьезное дело, и я хочу помочь вам. Будет гораздо легче, если вы будете сотрудничать со мной. - Она водила рукой по стеклянной поверхности кленового стола и ободряюще улыбалась. - Молли, можно вас так звать? - Я кивнула. Что мне за дело, как она меня называет? - Я просмотрела ваше личное дело, и вы одна из наших выдающихся студенток - отлично учитесь, занимаетесь в теннисной команде, представитель первокурсников, член общества «Три Дельты» - вы далеко пойдете, как у нас говорят. Ха-ха! Мне кажется, вы из тех молодых женщин, которые хотят справиться со своей проблемой, и я хочу помочь вам с ней справиться. Такой человек, как вы, может многого добиться в этом мире. - Она доверительно понизила голос. - Я  знаю, вам пришлось нелегко, обстоятельства вашего рождения, и прочее... ну, у вас просто не было таких преимуществ, как у других девушек. Вот почему я восхищаюсь тем, как вы смогли подняться над обстоятельствами. Теперь расскажите о тех трудностях, которые у вас возникли в отношениях с девушками и с вашей соседкой по комнате. 
- Декан Марни, у меня нет никаких трудностей в отношениях с девушками, и я влюблена в свою соседку по комнате. Я счастлива с ней. 
Ее всклокоченные рыжие брови, дорисованные коричневым карандашом, поднялись вверх. 
- Эти отношения с Фэй Рейдер, м-м-м... интимного характера?
- Мы трахаемся, если это вы хотите знать. 
По-моему, у нее в утробе что-то содрогнулось. Брызгая слюной, она пошла в атаку:
- Разве вы не находите в этом некоего отклонения? Разве это не тревожит вас, дорогая моя? В конце концов, это же ненормально. 
- Я знаю, что в этом мире вообще ненормально быть счастливым, но я счастлива. 
- Хм-м-м. Может быть, что-то скрыто в вашем прошлом, какие-то тайны в вашем подсознании, которые удерживают вас от здоровых отношений с противоположным полом. Я думаю, хорошо поработав со своим прошлым, с профессиональной помощью вы можете разбить эти блоки и найти путь к более глубоким, более значительным отношениям с мужчиной. - Она перевела дух и улыбнулась административной улыбкой. - Вы когда-нибудь думали о детях, Молли?
- Нет. 
На этот раз она не могла скрыть свою обескураженность. 
- Понятно. Что ж, дорогая моя, я договорилась, чтобы вы посещали одного из наших психиатров три раза в неделю, и, конечно же, вы будете раз в неделю встречаться со мной. Я хочу, чтобы вы знали, что я готова помочь вам пройти через этот этап. Хочу, чтобы вы знали, что я ваш друг. 
Если бы у меня был в руках факел, я ткнула бы им в ее улыбающееся лицо, пока оно не стало бы таким же красным, как ее волосы. Факела у меня не было, так что оставалось только одно. 
- Декан Марни, почему вы меня так упорно толкаете быть матерью и все тому подобное, если сами вы даже не замужем?
Она дернулась на стуле и отвела взгляд. Я нарушила социальный кодекс и привлекла внимание к ней. 
- Мы здесь обсуждаем вас, а не меня. У меня было много возможностей. Я решила, что карьера важнее для меня, чем домашнее хозяйство. Многие честолюбивые женщины в наши дни вынуждены сделать подобный выбор. 
- Знаете, что я думаю? Я думаю, что вы лесбиянка не хуже меня. Просто вы прячетесь по углам, вот и все. Ведь я знаю, что вы уже пятнадцать лет живете с мисс Стайлс с факультета английской филологии. Вы разыгрываете со мной этот номер, чтобы выглядеть прилично. Черт возьми, по крайней мере, я не скрываю, кто я есть на самом деле!