"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
Серпы Ветра проходят сквозь хаотика, разрывая стену за его спиной. Водяные струи отражаются, как свет отражается от зеркала, уходя в разные стороны, пробивая стены и потолок, разрушая все на своем пути. На применение Каменной Шрапнели не остается времени, Дориан вынужден уходить в защиту, попросту не ожидая таких быстрых ответных мер от противника.
Хаотик атакует, а не защищается.
Атакует так, как умеют только они.
Он начинает отрицать порядок вещей. Пропадает притяжение, ноги Дориана отрываются от пола, отправляя в невесомый полет. Воздух идет искажениями, будто между ними кто-то выбрасывает множество зеркал. Камень больше не камень, вода больше не вода, воздух больше не воздух. Возникает предательское чувство, словно сама магия отказывает старому магу. Будто привычная сила, на которую он опирался всю сознательную жизнь, ему больше не подчиняется. Обманчивое чувство. Секундное замешательство, но секунды порой решают слишком многое.
В их дуэль врывается поток пламени, пробивающий стену и обрушивающийся на хаотика. Не убивающий, даже не ранящий, но прерывающий атаку, вынуждая защищаться от огненной стихии.
Натали приходит на помощь. Она не столь искусна и опытна, как Дориан, но компенсирует это мощностью атак и комбинацией двух самых разрушительных аспектов.
Пляска пламени и смерти заставляет хаотика уходить в оборону.
Дориан освобождается от пут странного заклинания, действующего не на тело, на разум, понимая, что только что никакой невесомости не было, и он попал в иллюзию засбоивших ощущений. Мужчина тут же готовит свою атаку. Противник ошибся. Не смог победить старого мага до подхода подкрепления. Теперь убийце некуда будет деться.
Вот только на смену уверенности приходит выработанная годами интуиция, кричащая об опасности.
Хаотик был не один.
Дориану так и не суждено было узнать, кто и откуда нанес удар. Старый маг умер мгновенно, когда его голову разорвано тяжелой винтовочной пулей.
А хаотик, удовлетворенный результатом, отступил, заставляя Натали поливать место, где он только что был огнем. Волшебница, введенная в заблуждение еще одни заклинанием на основе аспекта Хаоса, видела совершенно иную картину и даже подумать не могла, что попалась в ловушку.
Сегодня неизвестный нападающий достиг своей цели и даже сделал чуть больше, чем планировал.
Глава 2
После пройденной в семье подготовки мне было бы по меньшей мере странно жаловаться на ночные кошмары. Среди королевских палачей сны не в ходу, как и любые другие виды измененного сознания. Состояния, в которых мы не можем себя полностью контролировать, слишком опасны для владеющих подобным аспектом силы.
Методики контроля собственного рассудка разрабатывались и совершенствовались поколениями, что с учетом инициации источником Хаоса вообще жизненно необходимо. Хаос слишком непредсказуемый аспект, чтобы давать ему возможность воздействовать на мир через его использующего мага.
А теперь этот проклятый сон, что преследует меня со дня смерти Барнсара.
Парень умер глупо. У него единственного быстро сработали рефлексы, заложенные постоянными тренировками. Возможно, из Барнсара в дальнейшем вышел бы сильный военный маг.
Нападения никто не ожидал… А еще мы облажались. Я, Аннэль, Илара. Мы все облажались.
Это просто надо признать, а не скрываться за иллюзиями, будто что-то можно было изменить.
По коридорам особняка, погруженного в траур, мрачными тенями ходили слуги. Гнетущую тишину нарушал лишь неуемный плач матери, потерявшей сына и так не сумевшей это принять. Слышать это было тяжело. Именно поэтому крыло, где находилась Орриса, избегали практически все, лишь слуги были вынуждены появляться там для выполнения своих обязанностей.
Келдрин каждый вечер запирался в кабинете. Предположу, что пил и пил много. Его, человека с сильным характером, умеющего принимать удары судьбы, смерть наследника надломила, сделала засечку на сердце, разрушила душу.
Оставалось только надеяться, что со временем он найдет в себе силы и восстановится. Я часто видел, как битые жизнью мужчины, без особого содрогания смотревшие на смерть своих товарищей или подчиненных, но не могли прийти в себя после того, как погибали их собственные дети. Наверное, нет ничего страшнее для родителя, чем гибель ребенка, особенно если это происходит на твоих руках, когда, казалось бы, у тебя имелась возможность этому помешать.
И именно в этот момент, пока им нужно время на принятие горя, необходимо действовать мне. Я взял на себя определенные обязательства перед Эвверанами и не в моих правилах отступать. Стоящие перед родом проблемы никуда не делись, лишь снизилась их острота, мы выиграли немного времени. Рада обмолвилась, что им удалось договориться с Атарисами, но не сказала ни слова о содержании сделки.
Илара тоже не обрадовала. В нападении меня не обвиняли, и на том спасибо. Но находился кто-то «умный», который все равно считал (несмотря на все остальные факты и доказательства), что я как-то связан со всей этой историей, и если не знаю тех, кто все это провернул, то догадываюсь, а значит наблюдение снимать не стоит. И в результате я все еще нахожусь под пристальным надзором ордена. Хорошо еще, что этим надзором занята сама Илара, а она считает, что из меня умышленно делают козла отпущения. Вот только кто в их ордене может быть настолько влиятельным, чтобы оказывать воздействие на результаты расследования, не знает.
А ведь еще нельзя исключать сценарий, при котором меня снова схватят и уже не выпустят.
Аннэль просто исчезла.
Понимаю, что у нее свои дела, свои обязательства и ответственность. И все же неприятно. Она говорила, как хотела вытащить меня из-за решетки, но так и не вытащила. И сейчас, когда мне как никогда нужна ее помощь, без объяснения исчезала.
Зак обнадежил, что будет помогать по возможности… И в то же время просил не втягивать себя в столь же безумные авантюры. Он как минимум привел вполне весомые доводы в виде больницы и пациентов, за которых нес персональную ответственность, как маг Жизни четвертого круга. Он был единственным магом, который мог делать определенный вид сложных операций и значительно повышал шансы обреченных на благоприятный исход.
Это дело всей его жизни. И я стану противным самому себе подонком, если разрушу это дело. Тем более в этом случае я косвенно буду виноват еще в смертях людей, которых Зак мог вытащить из-за черты невозврата. Война, несмотря на все ужасы, дала возможность моему знакомому стать сильнее и опытнее, чего при иных обстоятельствах он добивался бы десятилетиями.
Утреннюю разминку я проводил механически, выполняя уже давно выученный наизусть комплекс движений. Мысли мои находились в другом месте, но это не мешало телу делать свою работу.
У Эвверанов по-прежнему нет собственного источника, а ведь еще нужно провести ритуал прощания с Барнсаром. Я составил полный доклад о произошедшем и, после подписи Келдрина (который тот даже не прочитал, погруженный в свои мысли об опустевшей бутылке), отослал его в резиденцию наместника.
Ответ так и не пришел.
Если я правильно понимал работу имперской бюрократической машины, наместник должен подтвердить права Эвверанов на долину, включая находящийся на ней источник (или источники, если вдруг появится еще один). Но генерал-губернатор Антал хранил молчание. И теперь представителю рода предстояло появиться перед ним, дабы узнать причины столь долгого ответа на запрос от главы рода и получить новое распоряжение или что-то еще. Вот только подходящего представителя пока не находилось, а сам Келдрин был не в состоянии управиться даже с собой, не говоря уже о возвращении к делам рода.
Закончив с упражнениями, я вышел на завтрак, который накрывали как раз к этому времени.
— Доброе утро, Солрэн, — в столовой со мной поздоровалась Нола. Женщина, как всегда, была обворожительна и собрана. — Хорошо отдохнул?
В ее вопросе не чувствовалось фальши. У меня не возникало ощущения, что спрашивает она по привычке, из необходимости поддерживать образ светской леди. Ее забота обо мне казалась вполне искренней. Нола открыто улыбалась, хотя и скрывала печаль. Женщине смерть наследника рода также далась нелегко, как я понимаю, именно она занималась его воспитанием, но все же Нола приняла этот удар куда легче, чем родители Барнсара.