"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

С этого момента время словно замедлило свой ход и тянулось подобно жевательной резинке.
Флин этим вечером не вернулся.
Как я и предполагала, Реджинальд, который не смог воспользоваться переходом, на следующее утро завалил мою почту письмами с требованием пропустить его. Я бы, может, и пропустила, да вот мужчины запретили строго-настрого. Мало ли кто с ним сюда придет? Так что ссылаясь на приказ теневой службы я порекомендовала добираться к нам своим ходом либо же отменить занятия на ближайшие пару дней.
Письма перестали поступать и я было подумала, что мужчина прислушался-таки и решил, что от пары пропущенных занятий не убудет, но, как оказалось, Реджинальд, отменяющий уроки — нечто неслыханное. И ближе к обеду мы встречали раздраженного мужчину во дворе дома. Перепрыгнув порталом в ближайший город, учитель нанял повозку и добрался до Яблоневки. И сейчас пребывал в прескверном настроении.
В то время как старшие с юмором обсуждали то тут, то там, упертость молодого мужчины, его ученики готовы были разбежаться в разные углы, лишь бы не идти на занятия — спрашивать будет по полной.
Зря, что ли, сюда добирался?
Вопрос в том, как он планировал отсюда уехать? На телеге старосты? Подозреваю, что движимый целью попасть в поместье Оберон, он не особо задумывался о путях отступления.
Дежурства и уроки в доме возобновились, разве что на ферму никому хода не было. Лиена с Диего справлялись самостоятельно, но с удовольствием приняли защитные амулеты для всей своей семьи. Мало ли что.
Вечером я получила от Флина эхо-послание, что у них всё в порядке и под контролем. В гости к нам так никто и не наведался, несмотря на сработавшие сигналки — разведка? Или их спугнули?
В доме царила атмосфера спокойствия, всё было как обычно. Я успокаивала себя тем, что Тени — сильные маги и опытные бойцы, а вкупе с нашими амулетами они так и вовсе не уязвимы. И вся моя паника — не более, чем паранойя.
Повторяла это, как мантру, но беспокойство не покидало.
На третьи сутки, в разгар дня, в груди сильно кольнуло. Да так, что дышать стало сложно. Трясущимися руками распахнула настежь кабинетное окно, облокотилась на подоконник, жадно вдыхая свежий воздух. Только ничего не помогало. Воздух плохо проходил в спазмированные легкие, но страха за себя не было. Было недоумение, ведь видимых причин для состояния панической атаки не было.
Ну, не настолько же я себя накрутила! Глупость какая!
Голова кружилась, в глазах начинали плясать темные круги, и чувство такое, что я вот-вот хлопнусь в обморок.
Испугавшись отключиться прямо в кабинете, куда очень долго никто не сунется, из последних сил двинулась на выход, сердясь на слабость и приказывая себе держать равновесие.
Облокотившись на перила, с трудом разглядела Гевина. Обрадовалась ему как родному. Если начну спускаться — точно навернусь и сломаю себе шею.
— Гевин! — окликаю мужчину, оттягивая ворот платья, который вдруг стал подобен удавке.
— Да?
Почти сорвавшуюся с губ просьбу о помощи прервал Флин, передавший сообщение по эхо-связи.
 
«Лизка! Собирайся по-походному, живо! Сейчас я тебя заберу, ты нужна Медведю. Не вытащишь, так хоть попрощаешься!»
 
Темные круги затмили все перед глазами, в ушах зазвенело и я поняла, что окончательно теряю связь с реальностью.
Последнее, что я услышала, был мужской крик:
— Ловите её!
  
Рыжая Ехидна
 
МАМА ИЗ ДРУГОГО МИРА. ДЕЛА СЕМЕЙНЫЕ И НЕ ТОЛЬКО
   
Глава 1
 
По моим извилинам, как по металлическому желобку детской игрушки туда-сюда каталась одна-единственная мысль: почему мокро? Затем в сознание, словно из-под толщи воды, начали проникать отдельные фразы:
— Вроде в себя приходит…
— Не брызгай больше…
— Да что же это с нашей голубкой? — узнала я голос Василы, — Уж не беременная ли часом?
Я беременная? Ну, насмешили…
— Не беременная она. Лизка, выныривай из своей мути.
Меня слегка встряхнули. Пришлось открыть глаза, чтобы понять, кому руки поотрывать.
 
Взгляд Флина был обеспокоенным, как и всех остальных домочадцев, столпившихся вокруг. Кровожадность испарилась.
— Прости, что так на тебя все обрушил, но тебе некогда разлеживаться. Вставай, а то опять оболью водой! Я знаю, что ты уже соображаешь. Ричард в беде.
Вот с этого и надо было начинать. Я сделала попытку приподняться и все вспомнила: боль в груди, паническая атака, падение с лестницы, которое, судя по всему, не состоялось благодаря молниеносному Гевину. Вон как переволновался, аж глаза запали. Васила тихо охала, прикрыв рот ладошкой, Димка был встревожен, но крепился. Флин придерживал за талию и по эхо-связи поторапливал. Неужели с Ричардом все такплохо, что братец не дает мне в себя прийти? А почему собственно, я так резко сомлела?
— Мне тоже интересно, что тут с тобой уже успело произойти за время моего отсутствия. Как раз в госпитале и узнаем, — недовольно бурчит родственник, помогая мне одеться. — Ричард очень плох, нам следует поторопиться.
Путь до столицы был бесконечным. Так мне показалось. Флин и Веррес, присоединившийся по пути, провели меня через два служебных портала, прежде, чем мы оказались в госпитале. Нос уловил едва различимый дух зелий — так пахло в избушке Рады. Потом были долгие бесконечные коридоры, снующие туда-сюда целители и пациенты. Хотелось сорваться на бег, но я не знала, в каком направлении двигаться, поэтому изо всех сил сдерживалась, радуясь широкой юбке платья и отсутствию необходимости сдерживать шаг. Наконец, Веррес распахнул передо мной дверь. Краем сознания я отметила, что мы прошли весь коридор до упора — дальше дверей не было.
Бегло осмотрела большую палату, выискивая глазами мужчину. Ослепленная полуденным солнцем, машинально отметила наличие аж трех окон. В косом столбе солнечного света я разглядела одинокую больничную кровать и разметавшиеся по белоснежной подушке темные волосы.
Ричард.
Он был странно бледен. Бледность его была не болезненной, а какой-то… обесцвеченной, как будто он несколько растворился в пространстве.
Теперь я поняла, почему Флин говорил, что Ричард может недотянуть. Присев на край кровати, я вглядывалась в родные черты и не понимала, почему выражение любимого лица столь безмятежно-счастливое, когда как у меня все органы скручивает судорогами страха. Я даже прикоснуться к нему боялась, потому что руки тряслись как в припадке болезни Паркинсона.
— Он ничего не чувствует, Лиза, хоть за это не бойся. Он в своих грезах, ему там хорошо, очень хорошо. Поэтому целители не могут его дозваться.
— Тогда почему он так немыслимо бледен?
— Что-то нарушилось в его балансе жизненных и магических сил, — отрывисто произнес стремительно вошедший целитель, — а что именно, мы понять не можем, вот эта штуковина не дает, — щегольская бородка целителя, мучительно похожего на Антона Павловича Чехова без пенсне, указала на грудь пациента. — Мы не можем снять амулет, он нас не подпускает, но именно в нем причина этого странного состояния.
— Не подпускает? — Страшная догадка пронзила меня кислотным жжением. Наш с Димкой амулет! — Его надо снять? — интересуюсь торопливо и, дождавшись утвердительного кивка, разрезала кожаный шнурок ножом, протянутым потрясенно молчащим Флином. Вот только… силы в амулете я больше не ощущала. Словно он совсем пустой… но как такое может быть?
— Шутка темного Румара! — воскликнул расстроенный Веррес. — Почему вы раньше не сказали? Мы могли его снять давно!
— Не поминайте тут бога смерти! Ну да, мы не смогли, а вы бы… — недоговорив, целитель уставился на идентичные амулеты в руках моих родных. — Что это?
— Защита, — Флин был раздосадован не меньше Верреса. — Знали бы, давно сами сняли этот демонов амулет. Перестаньте пялиться, Курт, и займитесь моим другом!
Целитель потеснил меня у кровати и начал какие-то манипуляции при помощи кристалла, болтающегося на тонкой ажурной цепочке.