"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

— Рада сказала — три дня выворачивать будет.
— Это для человека, а я полукровка и маг. Приступов больше не будет, я знаю.
— Уверен в этом?
— Да, иди.
— Если будет плохо, тут рядом Влас. Буди, не геройствуй.
Вышла и чуть не споткнулась. Под дверью сидел сонный Мир, тут же вскочивший на ноги.
— Извините меня, пожалуйста! — чуть ли не скороговоркой прошептал.
— Не передо мной нужно извиняться, ведь не я пострадала от твоего бездумного поступка, — и не развивая тему двинулась прочь. Выяснять отношения с подростком не было ни сил ни желания.
Вместо того чтобы отправиться спать, я на автопилоте прошла в ванную. Оказавшись в горячей воде осознала, насколько я оказывается замерзла и одеревенела. Горячая вода расслабляла тело, а с расслаблением уходил железобетонный самоконтроль, которым я взнуздывала себя пока ловили змей, пока возвращались домой и спасали Ричарда. Повторная волна ужаса, окрашенная страхом за Ричарда накатывала медленно и неотвратимо. Пришло осознание собственной идиотской импульсивности, едва не стоившей жизни хорошему человеку. Непросто человеку, а моему человеку. Тому, что исподволь стал так важен и, зачем врать самой себе, необходим. Что я там говорила Миру про необдуманность поступков? А сама-то! Ручки к змеюке протянула, героиня фигова. Ни о ком не подумала, никого не пожалела. Ни сына, ни брата, ни мужчину, который вкладывал в меня душу. Самопожертвовала уже разок и Димку сгубила, опять те же грабли. Мало меня дед Ульх носом тыкал! Мира просмотрела — радовалась, какой лидер подрастает, а что у лидера нарыв в душе, это мимо. Сколько раз порывалась с деревней разобраться, все недосуг, доски были важнее. Не плакала, я тихонько подвывала, давясь своим бессилием и долго объясняла себе на родном русском матерном, какая я дура. В чувство меня привела остывшая вода. Надо брать в себя в руки и согреваться.
«Вода смывает все печали», так вроде говорили издревле. Жаль, что стыд не смывает. Слава милосердному Арису, в сон я провалилась словно в черный омут.
Проснулась поздним утром как от толчка и в состоянии «зомби обыкновенное» привела себя в божеский вид. Ричард спал глубоким целебным сном, вызвав у меня вздох облегчения. Власа в комнате к тому моменту уже не было. А на первом этаже творилась какая-то неразбериха. Надо разогнать этих крикунов, разбудят ведь пациента. Десяток парней спорили с Флином, Власом и Троем. Тема спора ввергла меня в очередной шок. Эти паршивцы не оставили идею ловли змей, а «слава» о приключениях Мира быстро разошлась и живо обсуждалась.
— Мир смог и мы сможем!
— Мы уже взрослые!
— Да-да! Нам надо собрать денег на будущее и леди надо помочь, мы знаем что она на свои деньги всех тянет! Мы не слабаки!
Мое появление прекратило поток высказываний. Я смотрела в глаза ребятам и все отчетливей понимала, что время упущено. Они закусили удила и контроль над ситуацией потерян безвозвратно.
— Перестаньте шуметь, Ричард спит, — гвалт прекратился.
— Как он? — интересуются сразу несколько голосов.
— Получше, рвоты больше нет. Ребят, ступайте работать, а? — как-то жалобно прошу я, и мне становится самой от себя тошно. — Вечером обсудим, организуйте собрание после ужина. А то я вам такого сейчас наговорю, что рады не будете.
Пока Васила готовила бульон, я пила животворящий кофе и слушала Флина.
— Прости Лиза, но ситуация вышла из берегов. Я слышал, что мысли ребят не покидает идея о змеиной охоте, но никаких решительных действий не было, потому что вроде все заняты и увлечены новой забавой. А в то время, как я сосредоточился на рьяных бунтарях, упустил из виду нашего образцового парня. Видимо поступок Мира их вдохновил. По логике подростков, раз для Мира угрозы нет, то и для них тоже. Даже ранение Ричарда они воспринимают извращенно. Считают, что это доказательство того, что взрослые преувеличивают опасность. Я, конечно, могу подчистить каждому память, но это будет незаконно и может тебе аукнуться.
— Это какой-то кошмар, — застонала, спрятав лицо в ладонях. — Не вини себя, тебя здесь вообще и быть-то не должно. Меня сейчас больше интересует то, о чем говорил Мир, там, на дороге. Что значит скинули с обрыва в болото? Это же не может быть правдой?
 
— К сожалению, Лиз, к сожалению. Из воспоминаний Мира следует, что была драка как раз недалеко от оврага. То ли кто кого толкнул неудачно, то ли деревенские намеренно хотели навредить из-за обидных слов, но в овраг свалились кубарем и Мир, и один из драчунов. Тот мальчик погиб — наступил случайно на змею и она укусила, а когда стал метаться в испуге, его укусили повторно. От такой дозы яда загнулся бы и крупный мужчина. А у ребенка тело маленькое, яд разносится быстро.
Я хотела спросить, как Флин мог упустить такой яркий эпизод из жизни мальчика, как Мир выжил и почему эти твари его не кусают? Я ведь видела, он их собирал в мешок как грибы по осени! Но на кухне появилась одна из воспитанниц Василы, с весьма испуганным видом.
— Леди управляющая, там деревенские… много. И какая-то проверка.
  
Глава 18
 
Усталое раздражение полыхнуло по нервам. Ну, что же, я готова принять и этот бой. Вчерашний самоанализ — вернее будет сказать, самоедство — только утвердил меня в желании разобраться с местными раз и навсегда. В болото с гадюками, говорите? Пацаненка засечь до смерти?
— Ли-за, Ли-за, — по слогам протянул Флин с явной целью меня успокоить, — не горячись, не вступай в перепалку и не забывай, что я рядом. Дай им высказаться. Хорошо?
В каком бы бешенстве я ни прибывала, окружающие этого не увидят. А вот Флин… ощутил всю мощь моего желания защитить свою территорию, свой дом и его обитателей.
— Я абсолютно спокойна, ты же видишь, — на это утверждение брат лишь качнул головой, но от комментариев воздержался.
На том самом месте, где когда-то устроили балаган коты-оборотни, стояла разношерстная толпа деревенских, заполнив весь наш внешний двор. В основном бабы, но и мужики мелькали в толпе довольно часто. Человек двадцать, а то и больше. Слава Арису, без вил и других средств устрашения, а то это уже, вообще, было бы похоже на бред. Хотя, я бы такому повороту не особо удивилась, вспоминая реалии своего мира. Я знала, что такое толпа, объединенная агрессией. Сейчас эта толпу сплачивал общий объект ненависти, для меня совершенно необоснованной.
Деревенских возглавлял староста, одетый значительно добротнее остальных жителей. С ним я уже имела сомнительную честь встречаться, когда выкупала у Фрола — сына бабушки Аглаи — ферму. В тот период он на меня произвел не самое благоприятное впечатление, а уж сейчас и подавно. На обрюзгшем лице выделялись умные, цепкие, злые глаза. За разглядыванием старосты я едва не упустила еще двух персонажей. Один из них был в серебристой мантии — представитель городского управления — ничего примечательного в своей внешности не имеющего. Обычный. А вот второй — явно птица столичная. Крепкого телосложения, высокого роста, с прямой осанкой и широкими плечами, на которых развивалась ярко-изумрудного оттенка накидка с золотой окантовкой по краям, скрепленная фибулой в виде змеи, свернувшейся кольцом. Черты лица острые, короткие черные вьющиеся волосы зачесаны назад и едва достают до шеи, а во взгляде легко считывается зрелость и рассудительность.
— Здравствуйте, господа. Я баронесса фон Риштар, управляющая домом отказников. Что побудило вас ворваться в частные владения?
Староста дернулся, как от пощечины. То ли ещё будет!
— Мы пришли судить вашего парня, который вчера змей в деревню приволок. Отдавайте мерзавца добром. А то мы на вас всех управу найдем… — на меня, что называется, наехали. Считает, что за ним сила? Иначе, откуда такая наглость?
— А вы, любезный, и есть староста, как я помню? Нам давно пора возобновить знакомство, — перебиваю его приказным тоном, не давая впасть в обвинительный раж. В конце концов, я выше по положению. — Напомните мне, как вас зовут?