Испорченная корона

– Кирилл, где ближайший постоялый двор?
– В Корове, милорд.
– Отлично. Мы переночуем там.
Протестующие возгласы послышались от бо́льшего числа солдат, чем мне бы хотелось. Вдруг он передумает…
– Милорд, – жаловался один из них, – неужели вы, и правда, примете на веру слова женщины…
– Полно вам, – проговорил Эвандер. Послышалось и снисхождение, которого я ожидала. – Принцессе очевидно нужно… справить какие-то дамские надобности, о которых она стесняется сказать вслух.
Вместо протестов раздались неловкие смешки. Шея и щеки у меня запылали, но я не стала спорить. Как я могла, раз благодаря этому мы окажемся там, где нужно.
Эвандер некоторое время разглядывал мое покрасневшее лицо, потом отвернулся и пришпорил коня, заставляя мою лошадь поспевать за ним.
Он сказал это, чтобы меня унизить? Или чтобы сохранить лицо?
Едва ли это имело значение, раз мы сможем вовремя убраться с дороги. Во всяком случае, именно так я говорила себе, чтобы не поддаться соблазну и все-таки не расквасить ему физиономию.
 
Глава 11
 
Несмотря на мое предупреждение, мы не успели добраться до постоялого двора, как нас настигли холодный дождь и сотрясающий землю гром. Падающие с неба мелкие капельки становились все больше, пока ледяной дождь не превратился в мелкий град, колотивший по нам и по лошадям.
Я натянула на голову капюшон, приготовившись к атаке крошечной хлесткой пакости. Несчастные лошади жалобно ржали, но не сбавляли хода, пока мы не добрались до укрытия конюшен.
Хозяин провел нас в сарай, ругаясь вполголоса, когда в него попадали градины. Тарас руководил своими солдатами, которые помогали разводить животных по стойлам, а остальные помчались в гостиницу.
Пока мы бежали до дверей, то успели промокнуть до нитки. Через несколько минут подошел Тарас с остальными мужчинами. Едва они закрыли за собой дверь, как до нас донесся оглушительный рев, будто по крыше промчался табун лошадей.
Стекло разбилось, и я отскочила, когда ледяной шарик размером с мой кулак влетел в окно, за ним еще один, потом другой. Эвандер мельком посмотрел на градины, а затем перевел взгляд на меня. Он склонил голову набок, совсем как хищная птица в поисках очередной поживы.
– Смотрите-ка, – без всякого выражения проговорила я, округляя брови. – Силой моих дамских надобностей разбилось окно.
Хоть я и глумилась, но не могла сдержать вздоха облегчения от того, что самый разгар бури мы встречаем в укрытии. Особенно когда в дверь ввалились двое местных жителей, показывая раны от гигантских градин.
Буря колотила по домам и дороге, пока все за пределами разбитого окна не покрылось одеялом из белых глыб. Позже было разбито еще несколько окон и ранены жители деревни, и вот, наконец, настала передышка. Однако напряжение вдоль позвоночника говорило о том, что до рассвета нас ждет еще, по меньшей мере, один натиск.
Почувствовав чей-то взгляд, я обернулась и увидела, что Эвандер смотрит на меня с подозрением.
– Повышенный интерес к погоде? – с каменным лицом уточнил он.
– Именно, – отозвалась я и добавила, – не считая, конечно, срочной дамской надобности.
– Конечно! – Он нахмурился. – Пожалуй, от такой зверушки все-таки будет польза.
– Мечтать не вредно! – саркастически парировала я.
Эвандер тихонько усмехнулся и ушел поговорить с хозяином постоялого двора, оставив меня с Кириллом. Он почти сразу вернулся и вручил стражнику ключ, велев отвести меня в комнату номер двенадцать.
На этот раз кровать была только одна, она шаталась и занимала бо́льшую часть тесного пространства. Неужели сегодня я получу отдельную спальню?
От этого я занервничала не меньше, чем от ночевки вместе с Эвандером, наверное, потому что этот постоялый двор казался куда менее солидным, чем тот, где мы останавливались в прошлый раз. Я даже сомневалась, запирается ли дверь.
Не успела я об этом задуматься, как пришла служанка, чтобы помочь мне раздеться. Эта девушка принялась меня причесывать не со страхом, а скорее с твердой решимостью, которой оставалось только восхищаться. Она ушла столь же скоро, как и пришла, и у меня не было возможности спросить у нее об ужине.
 
В желудке урчало, и я уже собиралась выйти и спросить поставленного за порогом стражника о еде, когда дверь распахнулась. Я обернулась, ожидая увидеть вернувшуюся служанку, но вошел, конечно, Эвандер.
 
Глава 12
 
На этот раз лорд Засранец принес две миски и одну небрежно подал мне. Он переоделся в сухое, но волосы все еще свисали влажными, спутанными прядями на лоб.
Смятение, должно быть, отразилось у меня на лице, потому что Эвандер вздохнул.
– Повторю: комнат мало, и даже если бы их хватало, неужели вы рассчитываете, что я доверюсь вам или остальным в этой таверне настолько, что оставлю вас в комнате одну? – Он многозначительно посмотрел в окно.
– Да куда мне бежать? – вздохнула я, чувствуя себя уже скорее уставшей, чем расстроенной.
– При таком практическом складе ума, какой вы до сих пор демонстрировали, возможности безграничны. Может, вы отправитесь прямиком в медвежью берлогу или просто сдадитесь ближайшей шайке изгоев?
Я едва удержалась, чтобы не закатить глаза, и взяла протянутую мне миску.
– Полагаю, не стоит спорить, раз вы твердо решили спать на полу.
Между корявыми, покрытыми грязью половицами мелькало множество веретенообразных силуэтов. Эвандер с отвращением проследил за моим взглядом.
– Милости прошу вас располагаться на полу, если вам так угодно. Пожалуй, я даже могу раздобыть подушечку, на которой вы свернетесь, как кошка. Пусть не говорят, что я плохо отношусь к своим зверушкам.
Я открыла было рот, чтобы возразить, но он меня перебил.
– Нужно ли напоминать, что именно вы настаивали пораньше остановиться на ночлег? Мы-то планировали расположиться на солдатском постоялом дворе со множеством комнат на двоих. Но вы захотели остановиться здесь.
– Нужно ли напоминать вам, что мы бы уже погибли или… по меньшей мере, были бы серьезно ранены, если бы не я? – Я гордо подняла голову.
Эвандер пожал плечами.
– Удивлен, что это вас тревожит, учитывая отсутствие у вас навыков самосохранения.
– Что ж, как бы ни было забавно посмотреть на вас во власти бури, я была не готова рисковать Кириллом. – Я злобно улыбнулась, а в его глазах что-то промелькнуло так мимолетно, что я не успела понять. – К слову о нем, если вы укажете мне, где его комната, я с удовольствием переночую там. Или вообще в конюшне.
– Как быстро вы переходите от озабоченности правилами приличия к желанию запрыгнуть в постель к одному из моих солдат, – мрачно проговорил он. – Во всяком случае, сомневаюсь, что это понравится жене Кирилла.
Щеки у меня залились краской. Я имела в виду лишь то, что не хочу оставаться в комнате Эвандера.
– Я…
– К большому сожалению, – перебил он, – я не стану заставлять солдат терпеть ваше общество, о конюшне не может быть и речи. Так что, опять же, вот ваши варианты. – Он галантно провел рукой от кровати к полу.
В этот момент из дыры, прогрызенной в обшивке стены, показался толстый крысенок. Меня чуть не передернуло. Моя старшая сестра, возможно, и была дру́гом всех живых существ, но мне никогда не удавалось примириться с грызунами.
Взгляд скользнул на кровать, которая с каждой минутой казалась все просторнее. Как бы я раньше ни переживала по поводу ночевки в его комнате, он был одним из немногих, кто не вел себя похотливо во время танцев на Высшем Совете, и даже когда подсаживал меня в седло, держал ладони ровно там, где положено.
– Ладно, – отрезала я. – Только… не распускайте руки.
Эвандер насмешливо выгнул одну бровь.
– Ну, было бы проще, если бы вы надели что-то менее соблазнительное. – Он многозначительно взглянул на уродливый силуэт обшитой рюшами ночной сорочки. – Но я как-нибудь справлюсь.