Все дороги ведут сюда (ЛП)

Если мне так нравилось целовать его с закрытым ртом, насколько бы мне понравился его язык?
Мне нужно было успокоиться, вот что мне нужно было сделать.
Роудс отстранился, та же затяжная мягкая улыбка все еще играла на его губах, когда он сказал:
— Когда будешь готова, скажешь мне?
Я кивнула и прошептала:
— Я просто так никого не целую.
То, как он сказал «хорошо», вероятно, останется в моей душе на всю оставшуюся жизнь.
— Ора! — раздался крик из дома, удививший нас обоих.
Я заглянула через плечо Роудса и увидела Амоса, стоящего в дверном проеме, все еще в пижаме и выглядевшего еще более сонным.
— Ты в порядке? — спросил он, точно подтверждая, почему я пришла сюда.
Потому что это было место, где шестнадцатилетний и сорокадвухлетний, которых я знала всего около шести месяцев, беспокоились обо мне больше, чем люди, которых я знала больше десяти лет.
Это было мое место утешения. Место, где моя мама хотела, чтобы я была. Место, что поднимало и поддерживало меня, даже в самые паршивые дни.
— Я в порядке! — крикнула я. — А ты?
— Травма на всю жизнь, видя, как ты вот так хватаешь папу за зад, но я переживу это. Спасибо, что поинтересовалась! — саркастически закричал он, прежде чем покачал головой и закрыл дверь.
Мы с Роудсом замерли. Наши взгляды встретились, и мы оба начали смеяться.
Да, я была именно там, где хотела быть. Где я была счастлива. Спасибо, Мама.
Глава 27
Следующие две недели прошли в абсолютном тумане. В основном потому, что мы были так заняты в магазине. Лето было беспокойным, осень была медленной, пока не начался сезон охоты, но все резко пошло в гору, как только выпал снег и школы начали закрываться на каникулы.
Мы были завалены арендой и распродажами, и Клара провела для меня ускоренный курс помощи покупателям в выборе лыж и сноубордов в тот день, когда я взяла напрокат собственные лыжи и сноуборд. Все остальное, что мне нужно было знать — вопросы, которые покупатели могли или будут задавать, — я составила список и спросила у некоторых местных жителей, с которыми познакомилась за время работы в магазине. Амос, как ни странно, отвечал на многие из них в те вечера, когда мы вместе ужинали. К счастью, поблизости был только один курорт, поэтому у людей не было слишком много вопросов, кроме того, где они могли бы арендовать надувные ватрушки.
Поскольку работа была такой загруженной, я была благодарна за то, что купила все свои рождественские подарки заранее, во время обеденных перерывов, отправив большую часть прямо к своим тете и дяде, а несколько отправила на мой почтовый ящик в городе. Если бы не те подарки, которые я отправила в свой ящик, я могла бы совершенно забыть о билете на самолет, который я забронировала еще в октябре, чтобы поехать во Флориду на Рождество.
Я не хотела надолго оставлять Клару одну, поэтому зарезервировала билет, чтобы уехать рано утром в канун Рождества и вернуться 26-го числа.
Когда все начали говорить о сильном шторме, который должен был разразиться за день до Рождества, я не придала этому особого значения. Некоторое время у нас шел снегопад каждые несколько дней. Я стала увереннее ездить по снегу, хотя Роудс приходил в магазин каждый раз, когда мог, и следовал за мной до дома.
Одна только мысль о Роудсе заставила мою грудь наполниться самым забавным чувством.
Я не была уверена, было ли это из-за того, что меня воспитали люди, которые слишком сильно в меня верили, или просто не относились к гиперопекающему типу воспитания, но его чрезмерная защита просто что-то со мной сделала. По-крупному. Клянусь, он зажёг меня изнутри, как одна из тех светодиодных мозаик, которые были у меня, когда я была ребёнком.
Нам больше не доводилось проводить время наедине, и не было больше настоящих поцелуев с того дня, как я фактически бросилась на него после визита миссис Джонс, но это было в основном из-за того, как часто он работал допоздна. Были всевозможные проблемы, с которыми ему приходилось иметь дело, о которых я даже не подозревала. От проблем со снегоходами до проблем с подледной рыбалкой и нелегальной охотой. Однажды вечером, когда он пришел домой достаточно рано и принес с собой пиццу, объяснив, что после лета зима была его самым загруженным сезоном.
 
Справедливости ради, каждый раз, когда он возвращался домой достаточно рано — за исключением того вечера, когда он заходил к Джонни поиграть в покер, — Роудс приглашал меня к себе.
И я, конечно же, приходила.
Сидя как можно ближе к нему в те две ночи, когда мы смотрели фильм с Амосом, растянувшимся в кресле. В другой день мы улыбались друг другу через стол, когда после ужина мы играли в старую версию Скрабл, и никто не знал, откуда она взялась. Но самым особенным было то, как он провожал меня до квартиры в гараже каждую ночь, когда мы проводили время вместе, а потом долго и крепко обнимал меня. Один и только один раз он поцеловал меня в лоб так, что у меня задрожали колени.
Я не думала, что воображаю сексуальное напряжение каждый раз, когда моя грудь прижимается к его.
В общем, я была счастливее, чем когда-либо, во многих отношениях. Надежда, которую я так часто видела за последние несколько месяцев, с каждым днем становилась все больше и больше в моем сердце. Чувство семьи, правильности охватило почти каждую часть меня.
Но 23 декабря, когда мы с Кларой закрывали магазин, она серьезно повернулась ко мне и сказала:
— Я не думаю, что ты завтра улетишь отсюда.
Закутанная в свой старый пуховик, который явно не подходил под местную температуру, я вздрогнула и подняла брови, глядя на неё.
— Нет?
Она покачала головой, поворачивая замок на двери; мы уже поставили сигнализацию прямо перед выходом.
— Я видела радар. Надвигается большой шторм. Держу пари, они отменят твой рейс.
Я пожала плечами, но не хотела об этом беспокоиться. Выпало много снега, и туристы всё ещё приезжали в город. Кроме того, я не могла ничего с этим поделать. Мои сверхспособности не распространялись на управление погодой.
Опустив защитный роллет над дверью, Клара по-прежнему не смотрела на меня, когда сказала причудливым голосом:
— Я забыла сказать тебе… кто-то… какая-то… благотворительность, я думаю… оплатила медицинские счета моего отца на Рождество. — Темно-карие глаза поймали мои, прежде чем она снова посмотрела на роллет. — Разве это не чудо? — спросила она, звуча немного забавно.
— Вау, это чудо, Клара, — ответила я ей, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и правдоподобно. Обычно. Совершенно нормально. Даже моё лицо было пустым и невинным.
— Я тоже так думала, — сказала она, снова взглянув на меня. — Хотела бы я поблагодарить их.
Я решила кивнуть. — А может быть, им и не нужна благодарность, понимаешь?
— Нет, — согласилась она. — Может быть, и нет, но это все равно очень много значит для меня. Для нас.
Я снова кивнула, отводя глаза, пока она не заключила меня в объятия и не пожелала мне счастливого пути и Рождества. Вчера мы обменялись подарками. Я также послала подарок мистеру Незу и Джеки.
Но в этот вечер, после того, как я медленно доехала домой, я находилась наверху в квартире-студии, складывая одежду, чтобы не оставить это место как зону бедствия, которая вызвала бы у монстра-аккуратности Роудса мигрень, когда раздался стук внизу открылась скрипучая дверь, и «Ангел?».
Я улыбнулась. — Привет, Роудс.
Звук его шагов по лестнице заставил меня улыбнуться, но когда он преодолел вершину и остановился прямо на лестничной площадке, улыбка стала еще шире, настолько, насколько я могла это сделать.
Уголок рта Роудса скривился. Он был в униформе, но, должно быть, сначала зашел в дом, потому что вместо зимней рабочей куртки на нем была темно-синяя парка с флисовым капюшоном. На улице было довольно прохладно.
— Не удалось втиснуть скомканную одежду в чемодан, поэтому ты теперь решила складывать её?
Я одарила его ровным взглядом.