Все дороги ведут сюда (ЛП)

Но все мои отношения с Каденом — необходимость иметь дело с Антихристом — были подготовкой к этому. И в другой жизни я бы посчитала, что мои отношения с этой женщиной были тренировкой, чтобы иметь дело не только с мистером Рэндаллом, но и с каждым трудным человеком, с которым я когда-либо сталкивалась.
Неудивительно, почему Амос и Роудс не сказали мне уйти, когда я прибежала.
Жалобы и критика начались еще до того, как мы сели в «Бронко» Роудса, а мистер Рэндалл фыркнул и предложил:
— Мы можем взять мой «Мерседес», чтобы было удобнее.
Я держала рот на замке, но Роудс, который, готова поспорить, слышал этот аргумент раньше, сказал:
— «Бронко» в порядке.
Это было только начало.
Я наблюдала за мистером Рэндаллом краем глаза, когда он садился на переднее сиденье, а я забралась на заднее вместе с Амосом. Пять минут спустя все началось снова, и он сказал:
— Я не думаю, что кто-то из нас будет жаловаться, если ты немного превысишь скорость.
Роудс даже не оглянулся.
— Я не превышаю скорость. Я блюститель порядка. Как бы это выглядело, если бы я получил штраф?
— Офицер по поддержанию мира? — он издевался таким образом, будто говоря, что он не очень высокого мнения о профессии своего сына. — Ты охотинспектор.
На мой взгляд, пришло время отметить себя, поэтому я сказала сзади:
— Отличный охотинспектор. Однажды мы с Амосом были в гараже, и вы никогда не догадаетесь, что к нам пришло.
Тишина. И эта тишина продолжалась даже после того, как я зажала рот ладонью и скосила взгляд на Амоса, который поднял глаза к потолку и сжал губы, чтобы не расхохотаться.
— Ладно, не нужно гадать. Я вам скажу. Мы думали, что это ястреб, но это не так.
А потом я болтала добрых пять минут, рассказывая ему о беркуте и Роудсе, смеющемся надо мной, и о том, что орел все еще находится на реабилитации, но, надеюсь, скоро его выпустят.
Я просто спросила о моем величественном друге, и он все узнал для меня.
В конце концов Роудс припарковался параллельно главной улице, и мы вышли, следуя за ним в мексиканский ресторан с видом на реку, в котором я встречалась с Джонни. Рэндалл Роудс вздохнул, когда нам пришлось ждать целых две минуты, чтобы получить столик, пока я расспрашивала Амоса о школе — осторожно, чтобы не упоминать его музыку, потому что я не хотела, чтобы старик критиковал его за это. Я могла бы быть той, кто похоронил бы его тело где-нибудь, если бы это было так. Двое мужчин просто стояли там, каждый намеренно оглядывался и не разговаривал друг с другом, напряжение удушало.
По пути к столу я заметила нескольких покупателей из магазина и поприветствовала их, Амос держался позади меня. К тому времени, как мы добрались до него, Роудс и его отец уже стояли там. И я знаю, что точно не могла предположить того, что Ам подтолкнёт меня к своему отцу, прежде чем сам неохотно скользнёт на место, ближайшее к дедушке, и заработает:
— Леди садится первой, Амос. Как Билли тебя этому не научил?
— Мои двоюродные братья не сказали бы, что я леди, — попыталась пошутить я, остановившись рядом с Роудсом, поскольку именно туда меня направил его сын. Я улыбнулась ему, неуверенная, что поступила правильно.
Он выдвинул мой стул.
Тогда все в порядке. Я приму это.
Пока мы смотрели меню, никто из них не сказал ни слова. Я украдкой взглянула на Роудса, и он, должно быть, почувствовал это, потому что его взгляд метнулся ко мне. Его рот чуть изогнулся.
Я восприняла это как знак. Чем больше я говорила, тем меньше шансов, что мистер Рэндалл будет груб.
И это то, что я делала в течение следующего часа.
Я рассказывала им одну историю за другой о том, что произошло в магазине. Амос был единственным, кто посмеивался, но я заметила, как рот Роудса дернулся раз или два. Его отец, с другой стороны, сосредоточился на чипсах и сальсе и смотрел на меня так, будто не знал, что и думать. Я не думала, что он хотел, чтобы я его поймала за этим, но его взгляд слишком часто метался между сыном и мной, как будто он не был уверен, что между нами.
 
Мистер Рэндалл встал, чтобы «найти уборную», но на самом деле я поймала его на оплате счета, когда тоже встала, чтобы также отлучиться. Чтобы избежать споров с Роудсом? Я не знала, но поблагодарила его по пути к машине, и он просто кивнул.
Дорога до дома проходила в тишине, и я чувствовала, что достаточно выговорилась за этот вечер, поэтому также молчала. Амос все время разговаривал по телефону, так как вышка сотовой связи находилась рядом с главной магистралью, и я воспользовалась случаем, чтобы, наконец, проверить свой мобильный в первый раз за весь вечер. Были сообщения от Нори и моей тёти. Сперва я открыла переписку со своей подругой.
Нори: Получилось [картинка испанского риса в пуэрториканском стиле]
Я: [смайлик, пускающий слюни] Пожалуйста, приходи и приготовь для меня.
Она сразу же ответила мне.
Нори: Сначала ты ко мне приди. Ю все еще говорит о том, как ей было весело.
Это заставило меня улыбнуться, и я открыла сообщения от тети.
Тетя Каролина: Антихрист только что прислала мне электронное письмо, в котором просит твой номер телефона. Она предложила заплатить за это!
Тетя Каролина: [изображение скриншота из ее электронного письма]
Я моментально открыла его и прочитала. И да, миссис Джонс сошла с ума. Она предлагала заплатить моей тете за мой номер телефона. Ух ты. Эта женщина буквально годами не слышала слова «нет». Было приятно знать, что она в отчаянии, ведь я заблокировала её и на Фейсбуке.
Я: Я никогда не чувствовала себя такой польщенной. Целых 500$! Ваууу.
Миссис Джонс только за обед тратила пятьсот долларов. Действительно? Для нее это ничего не значило.
Я думала об этом всю обратную дорогу. О том, как один человек может бросить кого-то другого, а потом решить, что все-таки хочет его вернуть. В корыстных целях. Не потому, что она так любила меня или думала, что я могу сделать ее сына счастливым.
Как они могли подумать, что я когда-нибудь прощу и забуду? Это были не фильм «50 первых поцелуев». Я не забуду, что они сделали.
И они действительно так мелочно думали обо мне? О моей семье? Что они сдадут меня за пять сотен? За десять тысяч они бы точно согласились.
Но потом они заставили бы меня поменять номер, и мы бы пошли куда-нибудь поесть и посмеяться.
Я слишком долго варилась в этом дерьме, пока Роудс вел вниз по подъездной дорожке внедорожник, который был действительно хорошо отреставрирован теперь, когда я наконец-то увидела его изнутри. Мы все вышли, и Ам побрел к входной двери, волоча ноги. Роудс завис возле машины, а мистер Рэндалл направился к своему внедорожнику, бормоча о чем-то, что оставил в нем.
И я просто стояла там, прежде чем сказать:
— Пока, Амос. Пока, Роудс. Увидимся завтра, ребята. Спасибо за приглашение!
Я не была уверена в их планах, но могла желать им только всего наилучшего.
Роудс, однако, повернулся и пригвоздил меня своим серьезным выражением лица. Он был так близко и понизил голос, чтобы только я могла его слышать.
— Спасибо, что пошла с нами.
Я чувствовала тепло, исходящее от его тела.
— Пожалуйста. — Я послала ему сияющую улыбку.
— Я твой должник.
Я покачала головой.
— Ты ничего мне не должен, но если ты хочешь дать мне какие-нибудь советы по катанию на лыжах или снегоступах, я приму их.
Эти невероятные серые глаза скользнули по моему лицу, и настала его очередь кивать.
— Ты получишь их.
Мы оба стояли и смотрели друг на друга, между нами стояла густая и тяжелая тишина.
Опустив взгляд, я заметила его сжатые в кулаки руки по бокам.
Я заставила себя сделать шаг назад.
— Спокойной ночи. Удачи. — Затем я сделала ещё один шаг. — Доброй ночи, мистер Рэндалл. Ещё раз спасибо за ужин.
Пожилой мужчина уже был у своей машины с открытой дверью со стороны водителя. Казалось, он выпрямился, но не обернулся, прежде чем ответил: