Все дороги ведут сюда (ЛП)

Двое мужчин посмотрели на меня в ужасе, но Роудс заговорил тем же голосом:
— Ты снова плачешь?
Откуда он знал?
— Может быть. — Я всхлипнула и переключила свое внимание на Амоса, который выглядел так, будто не знал, утешить ли меня или уйти. — Вот о такой любви нужно писать.
Это заставило его изобразить то же скептическое выражение лица, что и тогда, когда я впервые предложила ему написание песни о его маме.
— Тебе не кажется это странным?
— Ты шутишь, что ли? Нет. Что в этом может быть странного? У тебя два отца, которые хотели тебя, но не могли иметь. Три человека, которые любят тебя до смерти, не считая твоего дяди и бог знает кого еще. Остальные из нас рады, что ты есть в нашей жизни.
— Последняя девушка папы подумала, что это странно.
Последняя девушка? Итак, он встречался. Я сохранила ровное выражение лица.
Но Роудс проворчал:
— Да ладно, Ам, это было десять лет назад. Я не знал, насколько она религиозна, и даже то, насколько она против разводов. — Я услышала звук движущейся посуды. — Я расстался с ней сразу после этого. И сказал, что сожалею.
Амос закатил глаза.
— Это было восемь лет назад. И она тоже раздражала.
Я поджала губы, впитывая это взаимодействие и информацию.
— Ты не видел больше других женщин, с которыми я встречался с тех пор, Ам.
— Да, потому что мама говорит, что тебе нужно покрасить волосы, чтобы завести девушку, а ты не будешь этого делать.
— Ты говоришь много дерьма, учитывая, что ты можешь стать таким же, как я, и начать седеть, когда тебе будет за двадцать, чувак, — ответил Роудс, звуча довольно скептически.
Амос фыркнул.
И прежде чем я успела сказать себе не вмешиваться, я вмешалась.
— Не уверена на счёт этого, Ам. Мне нравится вся эта седина в волосах твоего отца. Выглядит действительно хорошо. — Что правда. Хотя я не должна была этого говорить, поэтому я отступила, чтобы скрыть свои шаги, выдав: — И я не знаю, как у кого-то ещё, но я думаю, что то, что сделали твои родители, прекрасно. В бескорыстии и любви нет ничего уродливого.
Он клюнул на мои слова, хотя все еще не верил мне.
— Где твой папа? — внезапно спросил подросток, пытаясь, наверное, сменить тему. — Ты никогда не говоришь о нем.
Он подловил меня.
— Я вижу его каждые несколько лет. Мы разговариваем каждые несколько месяцев. Он живет в Пуэрто-Рико. Он и моя мама недолго были вместе, и он не был готов остепениться, когда у них появилась я. На самом деле они едва знали друг друга. Я думаю, он любит меня, но не так, как тебя любят твои отцы.
Амос все еще морщил нос.
— Почему ты не стала жить с ним после того, как твоя мама…?
— Его нет в моем свидетельстве о рождении, и я уже была со своими дядей и тетей, когда он узнал, что произошло. Мне было лучше остаться с ними.
— Такой беспорядок.
— У меня было так много других грустных вещей, что это даже не в первой десятке, Ам, — сказала я ему, пожав плечами.
И я знала, что сделала это неловким, когда после этого стрекотали воображаемые сверчки.
Поэтому я была очень удивлена, когда рука протянулась и похлопала меня по предплечью.
Это был Амос.
Я улыбнулась ему и случайно заглянула на кухню, увидев ещё одну пару глаз, смотрящую в нашу сторону.
Слабая улыбка была на лице Роудса.
Глава 17
Я знала, что у Джеки что-то было на уме, когда я словила её — уже в третий раз — на том, что она смотрела на меня, а затем сразу же отводила взгляд, когда понимала, что её поймали.
Мы все еще не говорили о ситуации с Каденом. Мы просто продолжали притворяться, будто все было по-прежнему, как технически и должно было быть. Она знала это с самого начала.
Теперь, когда у меня было время подумать об этом, у меня возникло ощущение, что она никому ничего не сказала, потому что тогда Клара узнала бы, что она просматривала ее учетную запись. И я тоже не хотела бросать ее под автобус и навлекать на неприятности. На самом деле это не имело для меня большого значения.
Так что я была немного удивлена, когда она в конце концов подошла и спросила медленно и очень мило:
 
— Аврора?
— В чем дело? — спросила я, пролистывая один из рыболовных журналов, которые мы продавали в магазине. Была статья о радужной форели, с которой я хотела ознакомиться. Чем больше я узнавала о них, тем больше я понимала, что рыбы, честно говоря, довольно интересны.
— Приближается день рождения Амоса.
Что?
— Действительно? Когда?
— В среду.
— Сколько ему лет исполняется? Шестнадцать?
— Да… и я тут подумала…
Я посмотрела на нее и улыбнулась, надеясь подбодрить ее.
Она улыбнулась в ответ.
— Можно я воспользуюсь твоей духовкой, чтобы испечь ему торт на день рождения? Я хочу сделать ему сюрприз. Он говорит, что не любит и не хочет их, но это будет его первый раз без мамы, и я не хочу, чтобы он грустил. Или злился на меня. И я бы заказала в пекарне, но они дорогие, — выпалила она, заламывая руки. — Я думала, что смогу сделать это накануне, а затем отдать ему после того, как приеду, так что он этого не ожидает.
Мне даже не пришлось об этом думать.
— Конечно, Джеки. Звучит неплохо. — Я подумала о том, чтобы предложить купить ему торт, но она, казалось, очень хотела его испечь, а я не хотела его портить.
— Ага?
— Ага, — согласилась я. — Приходи во вторник. Я положу его в холодильник, пока ты не будешь готова его забрать.
Она завизжала. — Да! Спасибо, Аврора!
— Пожалуйста.
Она коротко улыбнулась, прежде чем отвести взгляд.
Я подумала, что с этим надо покончить раз и навсегда. Клара была сзади.
— Ты же знаешь, что у нас все хорошо, да?
Ее глаза скользнули назад, улыбка стала маленькой и натянутой.
Я коснулась ее руки.
— Это нормально, что ты знаешь. Раньше это было секретом, но теперь это не так. Я просто не люблю говорить людям, если мне не нужно. Я совсем не злюсь. Мы в порядке, Джеки. Хорошо?
Она быстро кивнула, затем помедлила, прежде чем спросить:
— Ты собираешься рассказать Амосу?
— Однажды я это сделаю, но я хочу быть тем, кто скажет ему. Но если ты это сделаешь случайно или тебе неудобно держать это в секрете, я это тоже понимаю.
Казалось, она задумалась. — Нет, это твое дело. Мне просто жаль, что я не сказала тебе.
— Все нормально.
Похоже, у нее все еще были какие-то мысли, поэтому я подождала.
Я была права.
— Можно вопрос?
Я кивнула.
Она вдруг показалась застенчивой.
— Ты действительно писала его песни для него? — прошептала она.
И это было не то, что я думала, о чём она спросит. Я подумала, может быть, она спросит, милый ли он лично, или почему мы расстались, или что-то еще. Не… это.
Но я сказала ей правду.
— Большинство из них. Кроме последних двух альбомов.
Я не буду брать на себя ответственность за эти горячие беспорядки.
Ее глаза расширились.
— Но те, что написала ты, были его лучшими альбомами!
Я пожала плечами, но внутри… ну, было приятно.
— Мне было интересно, что случилось с двумя последними, но теперь это имеет такой смысл, — заявила она. — Они отстойные.
Может быть, с каждым днем я все меньше и меньше заботилась о нем, его карьере и его маме. Я даже не думала о них несколько недель. Но…
Я до сих пор получаю от этого настоящий кайф.
Отстойные.
..•.❃.•.•.
Джеки придерживалась своего плана. Поскольку занятия в школе только что возобновились, она подошла к магазину и поехала со мной домой, чтобы Амос не узнал, что она там. Я тайком завела ее в дом. Там мы испекли два слоя пирогов на противнях, которые она принесла от Клары, дали им постоять и остыть в течение часа, в то время, пока она помогала мне собирать новые пазлы. Затем мы украсили торт, чтобы он выглядел как массивный Орео, с густой ванильной глазурью между слоями и посыпав его крошками печенья.
Это выглядело потрясающе.