Все дороги ведут сюда (ЛП)

Попалась.
Я помахала.
А внутри… внутри я умерла.
Он поднял подбородок.
Я попятилась, пытаясь скрыться.
Может, он и не подумал бы об этом. Может, он подумает, что я свистнула… чтобы поздороваться. Конечно, да.
Девушка могла же мечтать.
Я еще немного отступила и почувствовала, как моя душа сжимается, пока я готовила завтрак, стараясь держаться подальше от окна все остальное время. Я пыталась сосредоточиться на других вещах. Из-за стыда я не хотела выходить из квартиры.
Я устала? Абсолютно. Но были вещи, которые я хотела сделать. Нуждалась. Включая, но не ограничиваясь уходом мистера Роудса со двора, чтобы моя душа могла спокойно вернуться к жизни.
Итак, через час, имея план, бутерброд, пару бутылок воды и свисток в рюкзаке, я направилась вниз по лестнице, надеясь и молясь, чтобы мистер Роудс вернулся в свой дом.
Мне не повезло.
На нем была футболка, но это было единственное отличие.
Проклятье.
В выцветшей синей футболке с логотипом, который я не смогла разобрать, он стоял в стороне от кучи брёвен, которую в какой-то момент сложил под синим брезентом. Рядом с ним был Амос в ярко-красной футболке и джинсах, выглядевший так, будто он то ли просил милостыню, то ли спорил с ним.
На звук закрывающейся двери они оба обернулись.
Он поймал меня, когда я следила за ним. Веди себя гордо.
— Утро доброе! — крикнула я.
Я не пропустила забавное выражение лица, которое сделал Амос, или то, как он переводил взгляд с моего рюкзака на своего отца и обратно. Я уже видела это выражение на лицах моих племянников. Я также не была уверена, что эти лица были из-за чего-то хорошего.
Но подросток, казалось, принял быстрое решение, потому что сразу же вмешался.
— Привет.
— Доброе утро, Амос. Как дела?
— Отлично. — Он сжал губы. — Ты собираешься в поход?
— Ага. — Я улыбнулась ему, понимая, насколько я устала. — А что? Ты хочешь пойти?
Я дразнила его, в основном. Разве его отец не говорил, что он не любит ходить на природу?
Тихий мальчик незаметно оживился.
— Я могу?
— Пойти?
Он кивнул.
Ох.
— Если твоего папу это устраивает, и ты этого хочешь, — сказала я ему со смехом, удивлённая.
Амос взглянул на своего отца, улыбнулся этой супер-подлой улыбкой и кивнул.
— Пара минут! — подросток заорал в десять раз громче, чем обычно, что еще больше меня удивило, прежде чем развернуться и исчезнуть в своем доме.
Оставив меня стоять и моргать.
И его отец делал тоже самое.
— Он сказал, что пойдет со мной? — спросила я, почти ошеломлённая от чистого удивления.
Мужчина недоверчиво покачал головой.
— Я этого не ожидал, — пробормотал он больше себе, чем мне, судя по тому, как он все еще смотрел вслед подростку. — Я сказал ему, что он не может тусоваться со своими друзьями, так как он все еще наказан, но если он будет рядом со взрослым, то все будет в порядке.
Ух ты. Я поняла.
— Черт, он сделал тебя, — рассмеялась я.
Это привлекло его внимание ко мне, все еще выглядя так, как будто его обманули.
Я фыркнула.
— Я могу сказать ему «нет», если хочешь. Клянусь, я думала, ты сказал, что он не любит делать что-то на свежем воздухе, поэтому я и спросила. — Я бы чувствовала себя ужасно, если бы отказала Амосу, но я бы сделала это, если бы тебя это действительно беспокоило. — Если только ты тоже не хочешь пойти. Знаешь, чтобы ему не полностью это сходило с рук. Я не против в любом случае, но я не хочу, чтобы ты чувствовал себя странно, когда я тусуюсь с твоим сыном. Я не сумасшедшая или что-то в этом роде, клянусь.
Взгляд Роудса снова скользнул к его входной двери и остался там, как будто он очень глубоко думал о том, как, черт возьми, он собирается выбраться из лазейки, которую он неосознанно дал кому-то, кто должен быть наказан.
Или, может быть, он думал, как сказать мне, что он абсолютно не согласен с тем, что я беру его ребенка в поход. Я бы не стала его винить.
— Для него может быть пыткой торчать со мной пару часов, — сказала я ему. — Я обещаю, что не собираюсь причинять ему вреда. Я бы пригласила Джеки, но я знаю, что они с Кларой едут за покупками в Фармингтон. Я была бы не против компании. — Я сделала паузу. — Но решать тебе. Обещаю, меня привлекают только взрослые мужчины. Он напоминает мне моих племянников.
 
Эти серые глаза двинулись в мою сторону, выражение его лица все еще было задумчивым.
Парень ворвался на улицу с бутылкой из нержавеющей стали, свисающей на одном пальце и чем-то вроде двух батончиков мюсли в другой руке.
— Тебя не побеспокоит, если он пойдёт? — услышала я тихий вопрос.
— Вовсе нет, — подтвердила я. — Если ты не против.
— Ты собираешься только на прогулку?
— Да.
Я видела, как он колебался, прежде чем сделать еще один глубокий вдох. Затем он пробормотал: «Мне нужна минутка», как раз в тот момент, когда Амос остановился передо мной и сказал: «Я готов».
Мистер Роудс… тоже пойдёт?
Он исчез в доме даже быстрее, чем его сын. Его движения и шаги были длинными и плавными, учитывая, насколько мускулистым он был.
Мне нужно было перестать думать о его мышцах. Как вчера. Я уже знала лучше, не так ли?
— Куда он идет? — спросил Амос, тоже глядя на отца.
— Я не знаю. Он сказал дать ему минуту. Может быть, он тоже пойдет?..
Парень издал разочарованный вздох, отчего я искоса посмотрела на него.
— Передумал?
Казалось, он на секунду задумался, прежде чем покачать головой.
— Нет. Пока я выхожу из дома, мне все равно.
— Спасибо, что заставил меня почувствовать себя такой особенной, — пошутила я.
Подросток посмотрел на меня, прежде чем ответить своим тихим голосом:
— Извини.
— Все нормально. Я просто шучу над тобой, — сказала я ему с ухмылкой.
— Он сказал, что я не могу встречаться с друзьями, поэтому…
— Ты тусишь с теми, с кем неинтересно? — Я могла только представить, какие у него были отношения с отцом, если он не привык к насмешкам. — Я просто дурачусь с тобой, Амос. Обещаю.
Я даже быстро толкнула его локтем.
Он не подтолкнул меня в ответ, но слегка пожал плечами, прежде чем тихо и нерешительно спросить:
— Все в порядке? Если я пойду с тобой?
— На все сто процентов. Мне нравится компания, — сказала я ему. — Честно. Ты в значительной степени сделаешь мой день веселее. В последнее время я была довольно одинока. Я не привыкла делать так много вещей в одиночку.
По правде говоря, последний отрезок моей жизни я была окружена людьми почти двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю. Единственное время, когда я могла побыть наедине только с собой, было… когда я шла в ванную.
Мальчик словно заерзал на месте.
— Ты скучаешь по своей семье?
— Да, но у меня была другая семья. Семья моего… бывшего мужа, и мы всегда были вместе. Это самое длинное, что я когда-либо делала одна. Так что действительно, ты делаешь мне одолжение, отправляясь со мной. Спасибо. И ты поможешь мне оставаться бодрой. — Я подумала об этом. — Тебе уже безопасно заниматься физической активностью?
— Ага. Я прошёл обследование. — Те же серые глаза, что и у Роудса, на мгновение скользнули по моему лицу, и ему, похоже, снова пришлось моргнуть. — Ты выглядишь усталой.
Напомните мне никогда не говорить в присутствии подростка то, что может быть расценено оскорблением.
— Я плохо спала.
— Из-за летучей мыши?
— Откуда ты знаешь о летучей мыши?
Он посмотрел на меня.
— Папа рассказал мне, что ты орала так, будто собиралась умереть.
Во-первых, я не орала так, будто умираю. Всего было около пяти криков. Максимум.
Но, прежде чем я успела спорить с ним о семантике, входная дверь снова открылась, и мистер Роудс вышел, неся в одной руке небольшой рюкзак, а в другой — тонкую черную куртку.
Ух ты. Он не ходил вокруг да около. Он хотел пойти с нами.