На расстоянии поцелуя (СИ)
Закатываю глаза от собственных мыслей и слышу бурчание телефона. Поднимаю несчастного с подушек.
С экрана на меня смотрит улыбающееся лицо симпатичной женщины за сорок. Легка на помине. Если она по поводу Амина в моём списке гостей, то легче сразу выпрыгнуть в окно.
Настроение сразу падает ещё на десяток градусов вниз. Я принимаю вызов, уже предвкушая, какие темы мы будем обсуждать. «Неужели я, наконец, остановился на подходящем партнёре» — на закуску, «где будем играть свадьбу» — на горячее, «надеюсь, ты не рассказывал ему о том, сколько у тебя было альф до него» — на десерт и, вишенкой на торте: «а вот у дочери моей подружки, между прочим, твоей ровесницы, уже второй ребёночек на подходе».
— Привет, мам, — говорю нейтрально, стараясь не опускаться до откровенной предвосхищающей усталости в своём голосе. Я ведь уже не подросток. Верно? Но раз я уже не подросток, то способен взять причиндалы в кулак и вытерпеть лишения ради нужного человека? Чёрт подери.
— Здравствуй, дорогой. — От тёплого, задушевного тона матери, аж теряюсь. Кажется, лет десять она уже со мной так не разговаривала: словно я — лучшее, что вообще могло произойти в её жизни. — Неужели это то, о чём я думаю? — спрашивает с очаровательной хитринкой в голосе.
Я хмыкаю. Сердце готово выскочить из груди от счастья, потому что редко когда удаётся услышать маму в таком позитивном ко мне расположении духа. Но не иначе, как включение наследника чужестранной корпорации в список гостей, помогло ей стать такой ласковой и довольной мамой. Наверняка, уже достала шампанское из дедушкой коллекции, чтобы отпраздновать, как только я подтвержу её догадки. Это одновременно приятно и обидно. Обидно в большей степени, потому что я не просто товар на выданье. И дело даже не в моих достижениях. Потому что особых достижений у меня и нет. Дело в том, что я хотел бы получать материнскую любовь забесплатно. Такое ведь можно устроить? Можно ведь, да?
— А о чём ты думаешь, мама? — вздыхаю, но не слишком громко.
— Наследник РК? Вы же видитесь, я верно полагаю, дорогой? — В голос закрадываются стальные нотки, мол, только попробуй сказать «нет».
— Да, мам...
— Это замечательно, дорогой!
Хорошо, что я не рядом, иначе ослеп бы от лучей счастья.
Мама начинает что-то радостно лопотать о своём, о женском, видимо, полагая, что раз я встречаюсь с мужчиной, да ещё и альфой, да ещё и угодном ей, то мне внезапно станет интересно обсуждать цены на косметологические услуги, кто как справляется на пилатесе и где лучше шьют нижнее бельё.
Я очень вежливо угукаю на каждую реплику, лениво помешивая кофе, уже почти готовый, и думаю о том, что Амин сегодня выложил в сторис наше совместное селфи на фоне отлива на пляже. Мы там оба очень хорошо получились, правда, Амин в тёмных очках, а я — с мороженым у лица, но это ничего, от этого фото становится каким-то даже... не побоюсь этого слова, семейным. Это, вероятно, оттого что до того как сфотографироваться мы неплохо так пообжимались, лёжа на песке, и были (по крайней мере, я) во вполне себе умиротворённом состоянии.
Когда мама заканчивает лить мне в уши своё радостное и бесполезное чирикание, шлёт поцелуйчик и отключается (надо же, даже без осуждающих фраз о том, что я не должен жить один), я наконец беру свой подстывший кофе и сажусь у окна.
Вечеринка должна пройти, как довольно тесное мероприятие. Будут Минс, Башик и Гордей с родителями, а также многие другие друзья нашего круга, но не должно набраться больше пятидесяти человек, по моим подсчётам. Это хороший способ представить своего парня родным и знакомым. Достаточно официальный приём для того, чтобы нельзя было беспрепятственно лезть к нам с бестактными вопросами, и недостаточно официальный, чтобы Амину или мне могло стать неуютно. Вероятно, приедет мой знаменитый дед, и тут не угадаешь: дед был единственным, кто считал и считает, что такому, как я, нужна именно женщина, а не мужчина. Но, с другой стороны, он достаточно адекватен для того, чтобы принять мой выбор. Да и Амин — настоящая душка, ну кому он может вообще не понравится? Только полному идиоту.
«Что по дресс-коду?» — единственное, что я получаю в ответ от Амина, когда заявляю ему в письменном виде о том, что мы с ним вместе идём на около-семейную тусовку.
«Блэк тай».
«К сожалению — для тебя, и к счастью — для меня».
«Чем ты там занят?»
В ответ мне скидывают фоточку, и Амин на ней в домашней футболке непонятного грязно-розового цвета, и улыбается так хитро и мило, а ещё у него эта густая щетина на лице, которую он не сбривал несколько дней, потому что мне было интересно, как он с ней выглядит...
Я сглатываю обильно выделившуюся слюну.
«Почему к сожалению?»
«Я работаю, а ты?»
«Потому что мне не к лицу смокинг. А ты в нём будешь выглядеть, как бог».
«Я пью кофе по твоему рецепту».
«Уверен, что ты прекрасен в любой одежде»
«И как тебе?»
«Очень вкусно»
«Это я про тебя»
«Хотя кофе тоже чудесный»
Честно говоря, с тем самым дедом, папиным отцом, я общаюсь редко. Отчасти виноват Эрик — его молодой любовник, омега, в которого мой дед, даром, что бета, не на шутку втюхался несколько лет назад и теперь всё своё время уделял только ему, отчасти — несовместимость наших характеров. Нам с дедом, конечно, интересно вместе. Мы очень успешно болтаем за жизнь, за бизнес, за даже мироустройство. Но долго это обычно не длится, потому что беседа перерастает в спор, спор — в повышенные тона, а повышенные тона — в выяснение межсемейной иерархии. В общем... именно потому дед, видимо, и считает, что я должен быть с девушкой, а не с парнем: потому что я не даю ему спуску, когда он начинает проявлять свою доминаторскую натуру наследного «принца» и некогда директора одной из крупнейших в мире корпораций. Неудивительно, что мой папа такой зажатый и тихий мужчина. При таком отце, нужно быть очень стойким, чтобы не сломаться под его волю.
То ли дело мой Амин. Мой сладкий, нежный, милый шах, который никогда не давит и не заставляет. И взгляд у него такой... такой, что хочется либо самому и без подсказок упасть на колени и исполнять любые прихоти, либо поставить на колени его самого и долго, сладко владеть им ко всеобщему удовольствию...