Враг (СИ)

— Может в магазин вышел? — Олег, нахмурившись, рассматривал замок на двери, которая оказалась не запертой и впустила нас спустя всего один пинок ногой.
— Может… — я положил Димкин телефон себе в карман. — Хорошо, подождём.
— А ничего, что твой зверь под подъездом? Узнает и хрен поднимется.
— Я тогда спущусь, подальше поставлю… — опять цепляюсь глазами за кеды на полке, не нравится мне всё это.
Но, как только я открываю дверь, чтобы выйти, на пороге чуть не сбиваю с ног белобрысого хлюпика в очках.
— Вы кто?! — парень аж отскочил на пару шагов, заглядывая мне за спину, на Олега.
— А ты кто? — осматриваю пацана с ног до головы, от чего он ёжится.
— Я — Роман, — поправляет очки и вздёргивает подбородок.
— Мне это ни о чём не говорит, — хмыкаю и отодвигаю его в сторону, чтобы пройти.
— Что вы делаете в квартире Золотарёвых? — очкарик отходит к приоткрытой двери соседней квартиры, явно своей, и спрашивает уже оттуда.
— А тебе какое дело?
— Вы воры? — моргает светлыми глазками на бледном лице.
— Мы…
— Мы друзья Димы, — перебивает меня Олег, подходя к белобрысому и протягивая ему руку. — Я Олег, а это… Лекс.
— Олег? — парень протягивает руку в ответ. — Мне Дима про тебя рассказывал, — а на меня, гадёныш, даже не смотрит.
— Я тоже про тебя слышал, — Олег улыбается, как умеет только он, чтобы расположить к себе человека. — Ты Диму случайно не видел?
— Видел…
— Когда?! — тут же подлетаю к очкастому, от чего его шатает немного назад.
— Я… Он у меня ночевал. Мы там искали… Ему для дела надо было… До утра почти сидели, а потом он за сигаретами, сказал… — парень начал заплетаться в словах, как только мои пальцы сжали в руках ворот его футболки.
— Какие сигареты? Какие дела? — отталкиваю в сторону Олега, который пытается встрять между мной и этим недомерком в очках.
— Он курить, хотел… А у меня папа не курит…
— Что?! — сам не понимаю, что я так взъелся на этого мальца, может, предчувствуя, что-то нехорошее, а может просто из-за того, что этот ботаник был Диме другом.
— Да отпусти ты его! — Олег отрывает мои руки и отталкивает меня к двери Диминой квартиры. — Ты вообще можешь с людьми нормально разговаривать?!
— Нет! — ору, видимо, мне требуются зрители, которые уже наверняка готовы повысовывать носы из своих квартир в такую рань.
— Оно и видно! — Олег берёт белобрысого за плечо и возвышается над ним, и теперь очкарику приходится задирать голову.
— Извини! — выдавливаю в их сторону, скорее Олегу, чем новоявленному другу Димы.
— Извини его, Рома, он просто нервничает. За Диму волнуется, — и тут же складывает кулак за своей спиной, явно для меня. — Так что ты там говорил? Что за дела?
— Я тоже волнуюсь, — парень хватается за новую тему. — Мало того, что Дима приехал весь побитый, и шея такая… — Олег оглядывается на меня таким взглядом, что я удивляюсь, почему ещё не чувствую его кулака у себя на зубах. — Так он ещё и разобраться решил.
— С кем?! — смотрю на паренька, как на слабоумного. Олег тоже недоверчиво поднял бровь.
— Ну, с мужиками этими. Мы вчера весь вечер и ночь сидели искали…
— Какими мужиками?! — у меня сердце замерло в груди, да и дыхание спёрло.
— Ну, эти, которые… Ну, он мне в общем не сказал точно, но я и так догадался. Не зря же он ими заинтересовался.
— Рома… — Олег в замешательстве смотрит то на пацанёнка, то на меня.
— Погоди, — отодвигаю Олега в сторону и склоняюсь над побледневшим очкариком. — Трое мужиков?
— Ну да. Мы одного по номеру машины нашли, у Димы записан был, а других вслепую искали, Димка фотки смотрел и узнавал. Знаете, как это долго и…
— Тихо! — рявкаю на тут же заткнувшегося пацана и смотрю на Олега. — Он их нашёл.
— Тех, которые тебя?..
— Да.
— Может, не они, — Олег бледнеет.
— Хотелось бы надеяться, но других вариантов у меня нет.
— Лишь бы они его не нашли в ответ, — смотрит на меня как-то странно, как будто жалеет, а я вдруг понимаю, что он в курсе, о чём я говорю, и вовсе не удивляется, что Дима их искал.
 
— Ты знаешь? — спрашиваю и уже знаю ответ.
— Дима мне рассказал. Хотел, чтобы я понял, за что ты его так… не… любишь.
— Всё рассказал?
— Думаю, нет. Мне нужно знать ещё что-то? — Олег смотрит мне за спину, напоминая взглядом, что мы не одни.
— Нет… Пока что, — шарю по карманам в поисках сигарет и вспоминаю, что они в рюкзаке. — У тебя сохранилось всё, что вы нашли? —переключаюсь на белобрысого, раздумывая над тем, что именно Дима рассказал Олегу о том случае на реке, а о чём умолчал.
Потому что настоящую правду знали только пять человек: я, Дима, мой отец, врач, который меня тогда обследовал, и мой крёстный, который вёл это дело, будучи следователем. Все остальные в нашем посёлке были уверены, что меня избили до полусмерти и бросили у дороги умирать… Никто не догадывался о том, что случилось до побоев, никто не знал, что я сам выполз на дорогу, понимая, что у воды меня не найдут, перестав надеяться на помощь.
Только вот найти нападавших не удалось и по большей части потому, что я действительно очень плохо помнил лица этих троих. Единственное, что врезалось в память — это перепуганные глаза Димы. Я всё время пытался поймать этот взгляд, чтобы успокоить, чтобы подбодрить, я не разглядел облик опасности. Только размытые кадры: дорогую рубашку, кольцо на пальце, ножик на ремне, который потерялся в траве, когда его хозяин применил этот ремень не по назначению, а для связывания моих рук.
С такой скудной информацией фоторобот составить не удалось, свидетелей не было, и дело осело на дно спустя год.
И до сих пор мой крёстный иногда прячет взгляд при встрече, считая себя виноватым в том, что этих троих так и не нашли.
— Лекс?
Тру глаза и понимаю, что задумался, а эти двое смотрят на меня обеспокоенно.
— Я в порядке, — на минуту заглядываю в квартиру Золотарёвых, чтобы забрать наши с Олегом рюкзаки. — Пошли… Роман, покажешь, что вы там нарыли с Принцессой.
— С кем? — очкарик замирает на пороге своей квартиры.
— С Димой, — поправляет меня Олег и заходит первым.
  *
Мы поспешно взяли всё необходимое — папку с десятком листов А4 и ноут Ромы, и засели в кафе неподалёку, из которого отлично просматривался Димин подъезд.
Возвращаться в квартиру Золотарёвых мы не решились, мало ли какая соседка заглянет, у которой ключи могут оказаться, цветочки там полить и всё такое. А там мы, и хозяина нет. У Ромы тоже нельзя было дольше оставаться, в восемь возвращалась его мама со смены.
Чем больше я читал и смотрел, а этот умник даже распечатал всё на бумагу, тем больше мне становилось страшно. Я знал, на что способны эти люди, а Дима этого ещё не знал.
— Что делать будем? — Олег отложил листы и тоскливо посмотрел на сигарету в моих пальцах.
— Бери… — пододвигаю пачку к его пальцам.
— Я не курю, — Олег слегка краснеет.
— Бери, спортсмен. Я не скажу никому.
Криво улыбается, скорее выражая раздражение, чем благодарность, но сигарету всё же берёт. Тут же подкуривает, при этом слишком затянувшись, и закашливается.
— И как оно? — смотрю, как он втягивает дым снова, но уже не спеша.
— Гадко.
— Ага… Но иногда помогает, — забираю листы и вытаскиваю из середины стопки распечатанные фотографии.
— Точно они? — Олег всё ещё надеется, что всё это ошибка.
— Кольцо точно знакомое… — выделяю из всех фотографий ту, на которой молодой симпатичный мужчина в больничном халате и с дорогим перстнем на руке. Веду пальцами по своей скуле, где неровным бугорком проходит шрам. — Но если Дима сказал, что это они, значит, они, он запомнил…
— Ребят, я не пойму, так это они Димку побили? — вставляет своё очкарик, сжимая в руках высокий стакан с соком.
— Нет. Пока что, — Олег тушит в пепельнице докуренную до середины сигарету.
— Я боюсь, как бы другого не случилось, — болтаю в чашке остывший кофе без сахара.