"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

А у нее зимой пятьдесят восьмого появилась подруга. Нет, сначала появились огромные проблемы, и в результате – подруга.
-=–=
Началось с того, что в очередной раз изменили школьные правила и устроили ротацию учеников. Половина ее класса, в основном мальчишки, ушла к «вэшкам», а к ним перевели кого попало с других параллелей. Тоже в основном мальчишек. Здорово распорядились, ничего не скажешь, как будто специально. И осталась она с девчонками против агрессивных, нагловатых пацанчиков. И парочка «быков» среди них. Пацанчики огляделись – и расправили плечи. И заходили петухами. И начали устраивать жизнь по своим правилам, с криками, драками и воровством. Девчонки притихли, растерянно смотрели на своего лидера – но что она могла одна? Пусть даже не одна, пусть со Светкой Летягой, все равно – что? Против огромного массива так называемых обычных учеников?
Она сидела за своим отдельным столиком смотрящего, наблюдала, как пацанчики развлекаются игрой в «пихалку», и честно подводила итог: этот раунд жизни она проиграла. Не получилось провести детство в счастье, любви и дружбе. Да, ей крупно повезло на старте, причем не единожды. Сначала – с братом. Потом – с классом. С классом ей вообще невероятно повезло, таких адекватных, честных ребят даже специально вряд ли в одном месте соберешь. Особенно с таким лидером во главе, как Богдан. Так еще же, кроме класса, в школе случайно подобралась группа старшаков-смотрящих с вполне разумным подходом к жизни. Они все ее знали, уважали, несмотря на сопливый возраст, и поддерживали. Сейчас, оглядываясь назад, она понимала, что первые три года в школе были по-настоящему счастливыми. Но – колесо Сансары, как говорится, провернулось, и случайная флуктуация исчезла. Понимала ли она раньше, что ее безоблачная жизнь в школе – всего лишь удачное сложение обстоятельств? Ну… нет. Где-то в глубине души гордо думала, что это все она, она сама так здорово организовала. Принцесса же, харизма, то-сё. Ну вот и сидит теперь принцесса на обломках класса, смотрит, как развеселые ребятки толкают девчонок по кругу – в «пихалку» играют, видите ли – и ничего сделать не может. Мало того, что сделать ничего не может, так еще и четко понимает, что они сейчас наиграются да и подойдут к ней с вопросом – а в честь чего девчонка сидит за столиком смотрящего, когда в классе есть уважаемые «быки»-второгодники? А ведь среди «быков» – один из тех, кто тащил ее летом в подвал. Она не забыла, но и он тоже. Вон как поглядывает многообещающе. Делится информацией с дружками, улыбается в лицо. И что она ответит? Богдана нет, верные мальчишки-футболисты переведены в другой класс, друзья из старшеклассников-смотрящих едут в Магадан по трудовому набору, и даже Андрея в школе нет – на зональных соревнованиях по рукопашному бою в Иркутске. И что делать? Включить личное обаяние да подружиться с новенькими? Она посмотрела, прищурившись, и поняла – нет. И не потому, что именно этих ребяток она нещадно давила в «нулевичках». И поэтому тоже, да, ребятки-то наверняка ничего не забыли, но в основном потому, что видела перед собой «людоедов». Тут вообще-то разные термины применялись: кто-то называл таких людей «вертикально социализированными», кто-то – собакоголовыми обезьянами, в социологии они вообще считались обычным человеческим сообществом со стандартной иерархией… а прадед незамысловато делил все человечество на собственно людей – и «людоедов». Различие простое, понятное на интуитивном уровне: человек поможет ближнему, а «людоед» – съест. Если прямо съесть запрещено, то унизит, отодвинет от кормушки, отгонит от самой красивой девушки. Если и это не получается – хотя бы обворует, обманет, поиздевается. Понятно, что «людоедов» – большинство, потому что их поведение обусловлено биологической природой человека. Понятно, что именно «людоеды» образуют структуру власти. Собственно, власть и есть выражение людоедской сущности человека. И в школе, и во дворе царят они же. Зите сказочно повезло, что ее семья не такая, и класс в большой степени из людей состоял, но сейчас она четко понимала – просто повезло. А в основном люди – вот они, веселятся сейчас перед ее глазами. И что делать, как жить – ответа ни у кого нет. Именно о биологическую сущность природы человека некогда разбился корабль революции, первой в мире соцалистической. Как там писал Маяковский? «Вылезло мурло мещанина», точно.
 
– Зита, что делать? Я их долго не выдержу!
Светка Летяга, по кличке Халда, здоровенная девочка и насчет подраться запросто, особенно против пацанов. Из футболисток. Злая, как черт. Из футболисток…
– А что тут сделаешь? – ответила она честно. – Ну, вот так живет большинство. Не знала, что ли? Они тебя, Света, теперь всю жизнь будут окружать. Привыкай. Девчонки уже привыкают, видишь? Морщатся, но улыбаются. Кончились наши счастливые денечки.
– И даже ты ничего не можешь сделать?
Светка смотрела на нее с какой-то чистой, детской надеждой на чудо, и ей вдруг стало невыносимо стыдно. Как будто только что предала что-то невероятно важное в своей жизни. Именно с таким чувством прадед когда-то смотрел, как великий Булат Окуджава мямлил, прятал глаза и оправдывался за своих «Комиссаров в пыльных шлемах». Тяжелое было время, разрушительное для идеалов. Был великий бард – и кончился. Отказался от песни, а потом и от страны, сбежал за границу, чтоб умереть в безвестности в парижском госпитале…
Она внезапно разозлилась на себя. Принцесса, мать твою! Взрослый человек, и не способна справиться с шайкой малолетних людоедов? Эх ты, а еще со звезд пришла! Показала детям нормальную человеческую жизнь, поманила светом дружбы – теперь соответствуй!
Собственно, вариант имелся. Не зря она наставила столько плюсиков нынешней власти. Они, конечно, тоже людоеды, да еще какие, но школьную систему настроили вполне рабочую. Нацистская она или нет, неважно! Важно, что работает! Вот бы ей те же возможности! Ударил девочку? Два года принудительного труда на химпроизводстве, в опасном цеху! Орешь матом? Зубы выбить, выгнать из школы на лесоповал! По карманам шаришь, деньги отбираешь? Ленская каторга! Поджали бы людоеды в таких условиях хвосты? Несомненно да! Сущность бы не изменили, но трусливый людоед и обнаглевший – совершенно разные картины! Вот только возможностей таких у нее и нет…
Она посмотрела на Светку, дылду-футболистку – и неожиданно улыбнулась. Как нет возможностей? Ведь есть же! В масштабах школы нет, а для класса так вполне хватит! Потом, правда, их затопчут, людоедов как-никак в разы больше – если верить социологическим выкладкам, то в шестнадцать раз – но это потом. Так потом много чего может произойти. И султан может помереть, и ишак сдохнуть.
– Я сделаю, Света, – сказала она. – Но придется идти до конца. Пойдешь?
Она вспомнила волну злобы, которую теперь встречала каждый день в собственном дворе, и содрогнулась. А ведь всем, кто пойдет за ней, предстоит испытать то же самое. Людоеды людей инстинктом чуют и презирают страшно. А сильных людей – ненавидят. И ведь главное – не выиграть же, не победить! Людоеды не меняются, по-другому они жить не умеют и не хотят. Устроишь драку – с удовольствием будут драться каждый день, это в их традициях, для них это нормально. Так что операцию надо провести тонко, на грани. Так, чтоб они сами сдались, в соответствии со своими собственными представлениями об очередности клевания…
– Катюша Короткевич, – еле слышно, но четко сказала она. – На следующей перемене пусть вызовет всех футболистов. И всех наших из класса. Пусть скажет – мне нужна помощь. А тебе – по моему сигналу выключить в классе свет. Делай что хочешь, но чтоб держалась у выключателя. Скажу ГАМЭ – щелкай.
-=-=-
– Снова вторая школа! – недовольно сказал капитан-аналитик. – Задолбал доносами. Нарыть на их зама по режиму компромата, чтоб угомонился, что ли?
– Работай, Коля, работай! – хохотнул коллега. – Дети – твой профиль, хе-хе!