"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Черный ангел знал, что такое марсианское оружие, но против его ах-пуча с одним пистолетом у нас не было никаких шансов. Из ах-пуча, которые мне довелось видеть на Земле, можно было стрелять серебристыми импульсами, голубыми шарами и огнем. Это было отличное универсальное оружие, но оно действовало только в руках черных ангелов. Для человека ах-пуч была самая бесполезная "указка". Хотя один раз я удачно использовал ею в качестве шпаги и заколол не кого-нибудь, а самого настоящего метатрона в бронезащите - дело было на Земле в пресловутой базе черных ангелов.
-- Они не могут стрелять на лету, -- спокойно объяснил Лука Федотов, один-единственный из нас троих сохранивший олимпийское спокойствие.
-- Точно! - вспомнил я, поднимаясь и потирая зад.
Два года назад черные ангелы тоже предпочитали сражаться на земле.
К этому моменту мы уже затащили Леху, который так и не проснулся, в арочный проход между дворами и увидели, как на асфальте перед ним мелькает тень черного ангелы, которого я подстрелил. В свою очередь, тот ангел, который расстреливал нашу машину, спустился на землю, и мы услышали звук его копыт, которые эхом отдавались в колодце двора. Положение было аховое. Мой огромный черный пистолет с вычурной скобой не шел ни в какое сравнение с ах-пучами черных ангелов. И хотя я почти сбил из него боевой аэромобиль "джива", до сих пор мне отчаянно везло.
Пока Лука с Федором Березиным ломали замок в дворницкую, я занял оборону. Я улегся за мирно посапывающим Лехой таким образом, чтобы получился упор для рук, и взял под прицел ту сторону прохода, откуда должен был появиться пеший черный ангел. Если бы они оба действовали синхронно, то наше дело вообще было дрянь. В лучшем случае у меня была возможность одного из них здорово напугать. Однако черный ангел оказался не так прост, как я ожидал: он появился не из-за почтового фургона, а высунулся из-за верхнего среза арки и на светлом фоне смотрелся черным наплывом. Я выстрелил в этот черный наплыв. Пуля попала в стену, и в воздухе повисло облачко пыли. Черный ангел тотчас пропал, а кто-то: то ли Федор Березин, то ли Лука заорал:
-- Сзади! Сзади!
Второй ангел, которого я, похоже, все-таки подстрелил, стоял как раз в центре арки. Я выстрелил, не целясь - у меня просто не было времени. Я знал, что мы безбожно проигрываем, что нас сейчас поджарят, как цыплят. Черный ангел исчез, оставив после себя капли крови. И в это время со стороны почтового фургона полыхнуло. Но то ли я первый раз выстрели удачно, то ли черный ангел осторожничал -- огонь захватил лишь малую часть арки и подарил те драгоценные несколько секунд, которые спасли нам жизнь.
С криком: "Тащи Леху!" ко мне бросился Федор, и мы, подхватив Леху за руки, за ноги, буквально с разбега втиснулись в дворницкую. Лука захлопнул дверь, и сразу же с той ее стороны заревело пламя, а мы, роняя лопаты и громыхая ведрами, куда-то побежали по сумрачным сводистым коридорам.
Все повторяется в жизни. Совсем недавно я один мучился с пьяным Лехой в бабоне Кагалма. Теперь же для нас с Федором Березиным Леха показался неподъемной ношей. К тому же проходы были слишком узкими, и мне пришлось двигаться спиной вперед. Лука расчищал путь и подбадривал:
-- Быстрей! Быстрей!
Он же заваливал за нами проход - вначале метлами и лопатами. Мы пробежали через какие-то комнаты. Попали в лабиринт закоулков, где пару раз уронили Леху, который, к его чести, даже не проснулся. И наконец, преодолев крутую винтовую лестницу, едва вползли в квартиру. А позади ревело пламя - черные ангелы старательно выжигали дворницкую и пути нашего отступления. Лука тоже знал свое дело: он старательно нагромождал баррикады всем, что оказывалось под руками, то есть вначале дворницким инструментом, а затем стульями, канцелярскими шкафами и даже огромным сейфом, затем перешел на тумбочки, зеркала и диваны. Какая-то легкомысленная шляпка и та пошла в дело.
Это дало нам небольшую передышку. Однако и черные ангелы сообразили, что таким образом не доберутся до нас. Когда мы уже нашли выход из квартиры на соседнюю улицу, сзади так громыхнула, что с крыши полетела черепица. Похоже, черные ангелы стали стрелять голубыми шарами. Но было поздно - мы с разгона впихнулись в красный "токсуй", который обнаружили напротив подъезда, и через минуту, в течение которой Лука Федотов с профессиональным видом заводил его, понеслись прочь -- в сторону Финского залива.
В Юго-западном районе Столицы еще теплилась жизнь. Сюда не докатились бои, и даже были открыты кое-какие магазины, а по тротуарам сновали горожане. Присмотревшись, я понял, что в основном они занимаются мародерском. И как назло ни одного полицейского "гирваса" или "сухопутных" "жигулей".
Федор Березин пихнул меня в бок:
-- Смотри, смотри...
На Ульяновке обносили магазин промышленных товаров. Двое голых по пояс мужиков тащили холодильник в упаковке. У одного из них сползали штаны, и он периодически подтягивал их к груди. Старуха в огромных солдатских ботинках с высоким берцем волокла безмерно ветвистый фикус. Какая-то непонятная личность в фуфайке, без пола и возраста, была увешена гирляндами туалетной бумаги. Лука Федотов не удержался, притормозив, крикнул:
-- Поставь на место!
Старуха прибавила скорости. Ее огромные ботинки чиркали по асфальту: "Чвырк... чвырк... чвырк... чвырк..."
-- Поставь! - крикнул еще раз Лука и надавил на клаксон.
Старуха бросила фикус на мостовую и скрылась в подворотне, сверкнув на последок злющими глазами.
Мужики оказались смелее:
-- Тебе больше всех надо? -- Однако разглядев полковничьи погоны, сдали позиции без боя: -- Так-х-х... мы что? мы, как и все...
Настаивать они не посмели.
-- Стой! - Лука затормозил напротив.
Мужики отпустили ношу и бросились бежать: один помоложе со страху перемахнул через метровый палисадник, потеряв при этом резиновый сапог, и был таков, а второй долго трусил по дороге, придерживая сползающие штаны. Холодильник покачался, покачался и с грохотом упал на мостовую.
Пока Лука разбирался с этими двумя, непонятная личность без пола и возраста, увешанная туалетной бумагой, умчалась от места боевых действий в противоположную сторону. Лука хотел было сдать задом, а потом со смехом махнул рукой:
-- Черти! Все равно растащат и спасибо не скажут.
Мне показалось, что мы можем вздохнуть с облегчением - на сегодня приключения, вроде, кончились. Вечерело. Солнце было желтым, как расплавленное золото. Покалеченная Столица мира тоже сияла -- сияли московские купола, сияли санкт-петербургские шпили, сияли крыши и даже Нева-Москва-река и Финский залив отливали позолотой.
Я чувствовал, что безмерно устал. Такого количества событий за один день выпадало на мою жизнь разве что на Земле. Хотя я уже кое-что и подзабыл, но Мирон Павличко всегда был где-то рядом со мной, и я не мог простить себя его смерти. А ведь все могло быть по-другому - Мирон Павличко сейчас мог быть рядом с нами, и однозначность произошедшего была хуже смерти.
-- Неплохо было бы где-то остановиться и поспать, и вообще, привести себя в порядок, -- высказался Федор Березин.
-- Повезло нам, ребята, -- согласился Лука. - Сегодня будем на месте. Чая напьемся и завалимся до рассвета. А потом с ними разберемся.
Федор Березин с презрением толкнул безвольное тело Лехи.
-- В следующий раз не повезет, -- пообещал он непонятно кому.
-- В следующий раз я с вами никуда не поеду, -- проворчал Леха, открывая ясные очи и удобнее устраиваясь на заднем сидении и распихивая при этом нас с Федором в разные стороны.
Оказывается, он уже выдрыхся и был способен к комментариям.
-- А мы тебя не возьмем, -- многозначительно заметил Лука, на мгновение отрываясь от дороги.
-- Это почему? - удивился Леха и сел. - Едем же и едем себе! Ой... чего-то у меня спина болит...