"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Привычно проверив оружие и снаряжение, военный полицейский собрался выходить, но пес, почуял опасность. Два очень опасных и рядом с ними ходячий кусочек ужаса. Почему он еще жив, как его не убили, непонятно.
Проще пареной репы. Они его гонят, как британцы лису, пока сама от страха не сдохнет. Значит, у нас в Зоне появились лорды, подумал Билли. Сейчас мы им устроим Бостонское чаепитие. Второй раунд. Гонг!
Глава 15
Зона, Свалка
Дядька Семен сразу знакомую полусферу заметил. На их счастье, мало в Зоне народа в эти дни бродило. Да и место не самое добычливое, почти у подножия восточной кучи. Никто не наткнулся, и слава Черному Сталкеру. Там где ты упадешь, тебе подстелют солому. Те, кто желают тебе зла, навсегда пропадут из дому. Умник сразу обнаружил в аномалии посторонний предмет. Быстро и легко не достать. Тем более одному.
— Привет, Роберт. Разворачивайся. По основной дороге давай на свалку, скидываю тебе точку встречи. Буду тебя учить «конденсаторы» добывать из аномалий. А в Долину завтра вместе сходим, — сказал он в переговорник. — Ничего с ними за ночь лишнюю не случится.
Кеннеди и в голову не пришло оспорить приказ старшего по званию. Он слышал разговор старого Дракона с генералом Найденовым. На равных беседовали. Вывод прост. У мастера бандита чин не меньше. Сообщил репортерам, что есть срочная работа по добыче материала из Зоны для ученых. Один, самый настырный, с ним остался. Остальные, ругаясь, пошли на заставу. Обещали спасение, люди это любят, и перенесли.
Умнику их жалко стало, он им из архива эвакуацию с Агропрома скинул. Американцам эти подвалы давно родными стали, посмотрели начало, бегом побежали. Кеннеди к обеду подошел, стали «электру» осторожно обкапывать. «Конденсаторы» по контейнерам ссыпали. Оператору вместо аккумулятора в камеру один вставили. Сначала упирался, пока Дядька Семен свой аппарат не показал.
— Вся Зона давно на «конденсаторы» перешла, скоро вся Европа будет их использовать, — сообщил он репортеру.
Тот понял, что сенсация его нашла. Америка теряет лидерство, обидно, блин. Он любил свою родину. Так до вечера все и снимал. Береты по пояс разделись, это не артисты. Народ в новостях ролик увидел, звонки посыпались. Чего и где роют? Первый канал включил прямую трансляцию, за ним другой и опять вся страна смотрит, как капрал пьет «Кока-колу». У «Пепси» рекламного директора пинками из кабинета выгнали. А Умник в студии материал гонит. Новые возможности Америки. Никаких проводов. Прямо на ферме своя электростанция без всякого топлива. За телефонные трубки взялись серьезные руки с мозолями. И звонили они не в студию, а своим конгрессменам, за которых голосовали. Один человек — один голос. А в Техасе их три миллиона. И Аризона, и все остальные. Рубит майор Кеннеди со своей командой рейтинги развлекательных программ. На широком экране в баре «Веселая Плоть» идет репортаж из Зоны.
Ставок нет. Никто против «беретов» не ставит. С ними псы и удача.
Есть еще кто-то, но уходит он от камеры. Один раз Умник ошибся. Ствол автоматный в кадре мелькнул. По записи распечатали. Крутили, вертели, но кроме факта, что есть у янки проводник из местных обитателей, ничего не выжали. К вечеру метра два осталось до ПДА. Умник сферу к нему четко привязал. С вероятностью девяносто девять процентов. Надо добывать. Стали в две смены работать, по очереди. И в Америке очереди, на вербовочные пункты. Люди в армию хотят.
А Сотника нет.
Зона, Темная Долина
Выскочил я на берег заболоченного озера и остановился ненадолго. Время принятия очередного решения. Если я их опередил, то здесь и нет никого. А если по следу иду, то надо определяться, к реке идти или по южной дороге. Тут-то я пулемет и услышал.
Не понравилось это мне. Стреляли уверенно, короткая очередь в цель, длинной отсекают пути отхода. Так вот, только за те две минуты, что я бежал к забору фермы, пулеметчик человек пять уложил. Были попадания, точно знаю. Это что за банду я прохлопал? Еще в разведке работаю. Курьер, вот твой потолок, братишка. И не тот, которому документы доверяют. За кофе сходить, вот наш уровень. Тут граната рванула. И пулемет замолчал. Ничего не понимаю. Крадусь вперед. Не хватало в чужой войне случайно лечь. Нет, ребята, я здесь на месте. Лежит у пролома Сержант, очередь в грудь. Вся поляна в крови. Иду по широкому следу. Рука лежит оторванная. Лужа крови. Вот и тело без руки. Все пулями прошито. Попаданий двадцать. Перевернул я дитя гор на спину, тут он глаза открыл и второй рукой мне в щиколотку вцепился. Словно капкан защелкнулся.
Я ему и вторую руку очередью отстриг по локоть. А остатками магазина ему голову разнес. Лежит тело, вместо шеи — обрубок. Вот его пулеметчик и долбил. Нас семь миллиардов на земле, иногда такие экземпляры попадаются, что можно от удивления умереть. Пальцы с ноги пришлось лезвием ножа разгибать. Про Овсянку не забываю, в обход он пошел, гранату кинул и затаился. Моя вина. Мог тогда его в висок пнуть, не рискнул. Время выигрывал, рисовался. Прости меня, Темная Звезда, ибо человек есмь.
Отцепил руку мертвую от онемевшей ноги и поковылял дальше.
Выглянул из-за угла, совсем растерялся. Нашел я Овсянку.
Лежали они в центре двора, человек-поганка и чернобыльский пес. Достал пес врага в прыжке, разорвал горло и умер. Заглянул в свинарник, откуда пулемет бил. Еще одна загадка. Белая каска, военный полицейский так ловко с оружием управлялся. А у стены сталкер на носилках госпитальных. Снял я все на камеру и сел у костра.
Выходит этот полицейский мне жизнь спас. Горец бы меня убил запросто.
Далеко мне до Зомби. Наглый я очень. Скромнее надо быть. Приступил к осмотру. Стоянка была хорошо оборудована, со знанием дела. Если бы не граната, ничем эту позицию не взять. Как мощный пес это ничтожество упустил?
Растащил тела, увидел. Пес весь израненный был. Недавно чудом выжил. В последнюю атаку все силы вложил и умер. Надорвался. Нашел я его логово у забора под пологом. Никаким врагом, даже самым ничтожным, нельзя пренебрегать, понял я урок Зоны. Три жизни против одного Овсянки.
В этом мире нет справедливости.
Упустил его я, а погибли они. В полях, за Вислой сонной, лежат в земле сырой, Сережка с Малой Бронной и Витька с Моховой. Встал Кабул у вод Кабула, здесь полвзвода утонуло, много жизней отнял брод. Летит шальная пуля, чья-то смерть летит, товарищ зашатался, упал и не поднялся, у ног моих лежит. Не смог пожать я руку, ружье я заряжал, но друга дорогого с тех пор не забывал. Вечная вам память, люди и псы.
У сталкера совсем ничего не было. Даже рюкзака и пояса. Только «Кольт» армейский под рукой. Я его за пояс сунул. И обоймы запасные по карманам рассовал. Снял жетоны с американца. Документы посмотрел. Сержант. Ты молодец, сержант. С меня причитается. С хорошими парнями все. Переходим к плохим.
Овсянка последние зубы потерял. Голые розовые десны торчат. Вторая «лимонка» в кармане и все. Расходный материал. Штрафник-смертник. Жалко, поторопился голову горцу отстрелить. Надо было ему яйца живому отрезать. С его-то живучестью и моей неопытностью, могли бы великолепно провести время до выброса. Я бы с него кожу снял, узкими полосками. Или целиком, на чучело. Ладно, проехали.
Сержант использовался в роли вьючной лошади. Полный рюкзак железа. Шесть стволов, шесть жизней. Два «Абакана». Бродяга и Охотник. Вон тот, потертый «Калашников», очевидно, принадлежал тупому дятлу. Его мне не жаль. Остальных не знаю. Пистолеты, патроны. На поясе набор дешевых артефактов, «медуза», «колючка», «капля». Если на Кордоне продавать, только на припасы и хватит.
До горца добрался. На поясе нет ничего. Еще бы, с таким генотипом. Вот так и рождаются легенды о «бессмертных». Зато в рюкзаке артефактов полно. Три контейнера лежат отдельно, в пакете. Развернул. Прощай, Ковбой. Устал я от смертей. Вся голубая серия «слез» лежит передо мной. Полная модификация «капли». Миллионы.