"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
— Как можно было это бросить здесь? — стиснул зубы танкист.
— Такое у тебя, мать их неизвестное существо с низменными наклонностями, начальство, — сказал Викинг. — Этим летом так же, бросив людей и город, ночью, на подводной лодке удрали из Севастополя генералы и командиры. У них дороже собственной шкуры ничего нет. Потом, после войны, будут долго искать Янтарную комнату. Но ведь никто не ответит, кто ее бросил. Так получилось. Полстраны профукали, несчастье-то какое. А ты за них опять на смерть собрался.
— Ты, Викинг, командуй, а как мне жить и умереть я сам решу, — ответил танкист.
— Когда боги решают наказать кого-то, они лишают его разума, — вставил реплику со стороны пан ротмистр. — Нам лучше брать монеты. Легче реализовать впоследствии, после войны. Надо присматривать технику для перевозки, не хватает поломок на дороге или еще каких-то проблем. Бензин, например, кончился.
— Ты прав. Возьми наших механиков, и беритесь с завтрашнего дня за работу, — согласился Викинг. — Три-четыре грузовика нам нужны.
Начали монеты собирать, английские и Османской империи. На западе хорошо помнят моменты своей славы и быстро забывают чужие успехи. А когда-то центр мира был в Стамбуле. Давно это было, перевелись те турки, которые раздвигали своими мечами границы Блистательной Порты. Ушли на базар, коврами торговать. А монеты у них были хороши. Из червонного золота, с арабской вязью по краю монеты. Начнет меняла денежку обрезать, чтоб легче была, возьмут его за руки шаловливые, и отрубят их по самые пятки.
Насыпали в мешки брезентовые по тысяче монет. Разбились на тройки. Двое деньги считают, третий в машину тащит. В ящик артиллерийский и в барак, за колючую проволоку. Тут Эрих Гестапо приехал, пообещал, что завтра из штрафного лагеря рабочих пришлют. Ротмистр повеселел. Не зря с немцами любезничал. Отправился тайный полицейский к шефу зондеркоманды в гости, в хитростях поупражняться.
Вернулся через час, выпивший и довольный.
— Завербовал он меня. Я ему деревню на плане обозначил, договорились, где тайник для сообщений устроим. Две недели у нас. Потом бригаденфюрер прибывает с батальоном охраны и штабом дивизии. Надо успевать.
— Успеем, — отмахнулся Викинг. — Через неделю нас здесь не будет. Надо в подземелье все прибрать по-человечески. Вход только один оставить, замаскировать все. Против бригаденфюрера наш партийный инспектор слаб в коленках. Карателей всех похоронить, героев представить к наградам посмертно, за уничтожение советского десанта. Большого очень. Нелегкое это будет дело. Да и вампиры за нами. Тревожит меня тишина. Им есть каждый день хочется, почему они ночь пропустили?
После обеда новая проблема обозначилась. Ящики снарядные для маскировки кончились. Мешки в руках открыто не потащишь, звенят так пленительно, ежику лесному понятно — золото. Прервались. Часть егерей с Эрихом Танкистом в лагерь отправили. Там в бараке, золото на грунт выложить, ящики обратно везти. Оборотная тара, короче, многоразового использования. Пока у костра расселись, перекур с дремотой под губную гармошку. Меньше места занимает, чем гитара, и ударов с сыростью не боится. Уважали их германцы, таскали в карманах. Могли оперу Вагнера сыграть. Полет валькирий.
— Сейчас что планы строить. Неразумно. Война. Прилетит случайный самолет, скинет бомбы, и кончились все задумки наши. Но на перспективу всегда работать надо. Хоть завтра тебе помирать, а хлеб сей. Это правило железное, никогда не подводило.
Перевел дыхание Викинг и начал штандартенфюреру Зальцу, приятелю своему, от смерти спасенному, глаза раскрывать. Чтобы тот удивился красоте мира.
— Вы, немцы, сейчас над ракетным и реактивным оружием работаете, — сказал он. — Только начинки у вас для ракеты нет. Запихнете вы в нее тонну тротила. И что вам это даст? С учетом стоимости самой установки ФАУ-2, ничего. А американцы сейчас в Неваде создают сверхмощную бомбу. Лучшие ученые мира работают. Кодовое название «Манхэттенский проект». У нас есть портативный счетчик Гейгера для обнаружения мест производства. Можем вам передать. Только смотри, Шеленнберг хитрый лис. Может тебя обмануть. Присматривай за ним.
Казанцев начал строить страшные рожи. Спустился Викинг с ним в подземелье.
— Ты что, союзников предаешь? — напустился на командира капитан.
— Товарищ не понимает текущего момента, — сказал сталкер. — У тебя, что дядя в Америке? Дружба до гроба? Война закончится, у них бомба будет, а у нас нет. Пусть немцы на них отвлекаются. Когда тигр и медведь дерутся в долине, умная обезьяна сидит на дереве и смеется над обоими. Так нас учит товарищ Мао, лучший в мире китаец, верный сталинец, между прочим. Понял?
Капитан кивнул. Все так, только он не хотел быть обезьяной. Человек может и водки выпить и по девкам загулять. Взяли золота на спину, наверх полезли.
— Сидоровичу надо монет подкинуть. Полезный дядька, — вспомнил Викинг. — Завтра наряду с подъемом золота начинаем работы по консервации УРа. Для исключения любых случайностей. Вход оставим в скальном наблюдательном пункте. Закроем каменной плитой метровой толщины. Все остальные спуски зароем наглухо, сравняем с местностью. Оборону тут никто и никогда держать не будет. Такая подземная пирамида Хеопса имени Кагановича. Ле хаим, бояре!
Остерман где сидел, там и рухнул. Остальные улыбнулись за компанию.
Тут ящики привезли, и все стали ударно работать, на себя ведь. Эрих попутно обстановку в лагере обрисовал. Рота охраны была неполной. Семьдесят два нижних чина и два офицера. Пленные в лагере окрепли, их там три сотни и они что-то затевают. Бунт или побег. Его агент точно не знает. Может, съездить в лагерь, припугнуть?
Им еще одной лагерной зимы не пережить, вспомнил суровую статистику Викинг. Из тех, кто начал воевать с июня сорок первого войну пережило три человека из ста. У пленных этот процент стремится к нулю. Решили попробовать. Ладно, дадим шанс.
— Казанцев, Котляров, ко мне! — крикнул.
Явились, не запылились.
— В лагере заварушка намечается, надо народ в берега ввести. Передайте приказ подпольного обкома — вести себя тихо, ждать приказа. С оружием поможем, основная цель — уничтожение карателей. Краузе приедет, пусть хлопочет, убирает охрану.
— Куда? — спросил Серега.
— В Чернобыль, Киев, к черту на рога, — разозлился сталкер. — Это его дело. Ваша задача лагерников разделить на бойцов и балласт. Тех, кто сломался, переводите в распоряжение комендатуры. Пусть дороги чинят, вагоны грузят. В бараках оставляйте только солдат. Тех, кто может бросить меч, и рабом в могилу лечь, лучше вовремя отсечь, пусть уйдут из строя. Вот так, господа офицеры. Выполнять!
Спорить не стали, пошли, печатая шаг. Ротмистр сзади возник.
— Пан Викинг уверенно говорит «господа офицеры». Пан все-таки не большевик.
— И не был никогда. Эх, пан Вацек, не тем ты голову забиваешь. Думай лучше, куда нам путь держать. Велика Европа, да нет нам в ней места.
— Африка?
— Думал о Марокко. Касабланка! Город мечты. На море война, от Суэца до Эль-Аламейна «лис пустыни» с британцами пляшет странные танцы. Как дойти? В Испанию заходить нельзя, там нашего графа первый полицейский разоблачит, прямо на границе.
— В Швейцарию можно уехать по своим документам. Аристократы на отдыхе. Какое нам дело до возни плебеев. Наиграются в войну, успокоятся, вернемся домой. Такая история подозрений не вызовет. Купим ферму в горах, в захолустье, подальше от глаз.
— В Куршавеле! — предложил Викинг.
— Пан и Швейцарию хорошо знает, — с пониманием улыбнулся ротмистр.
Интересно, подумал сталкер, кем он меня считает, спросить бы. Правда, как говорили умные люди, не хочешь слушать странных ответов, не задавай странных вопросов. Пахнет из ночи холодным ветром, имя мое — Иероглиф.
— Как базовый вариант предложение годится. Надо со всеми участниками обсудить, может быть будут дельные замечания и уточнения.
Закончив тему, пошли дальше пахать. Разведка с новостью пришла. На четвертом нижнем уровне все трупами завалено. Около сотни. Лишних людей, кто тайну узнал, осенью сорок первого убрали. На втором этаже нашли склад укрепрайона. Шесть комнат по коридору заполнены продуктами. Сухари, сахар в головках, масло в бутылках, крупы в банках, мясо и рыба, вяленые до каменной твердости. На годы запасец. Автоматов на два взвода, одежда. Тулупы для часовых на зиму. Оденешь такой поверх шинели, прямо на нее, и никакой мороз тебе не страшен.