"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Дядька Семен решил идти за периметр один. Доводы он привел на общем совете. Присутствовали четыре сталкера, полковник Овсов и пятерка новичков.
— Я бы Зомби с собой без разговоров взял, — сказал Дядька. — Он любой патруль перестреляет, прирожденный убийца. Только наш Леха в генералы выбился. Здесь от него пользы значительно больше. От вас двоих пользы в бою нет, одна демаскировка. Один я незаметно проскочу, а с вами за компанию точно попадусь. И последнее. Одиночку будут живьем брать, а группу могут сразу кончить.
Микола и Юнец хотели возразить, что выше них только звезды и круче только яйца, наткнулись на стальной взгляд старшего партнера и заткнулись. Трудно залетному человеку спорить с аборигеном, который здесь родился, два Выброса пережил и при третьем постарается не сдохнуть.
— У вас тоже дело важное есть. Белого Пса и остальных пленных старайтесь вызволить. Слаб человек и без поддержки тяжко ему.
Поднял руку один из новичков. Говори, кивнул ему полковник.
— Я к камерам привычный, — сказал тот. — Вы только меня в розыск за побег объявите, и пойду по дороге на Припять под своей фамилией. Поймают меня американцы и ко всем остальным посадят. По крайней мере, за паренька вашего будете меньше волноваться. Присмотрю за ним.
— Спросят тебя, почему в Зону идешь. Опыта у тебя нет. Сидел, ты, мил-человек. Ась? — увидел слабое место Дядька.
— К друзьям, типа, верным, отсидеться в тихом месте, пока ищут сильно.
— Попросят друзей назвать, — вмешался контрразведчик.
— Йога, Вершина, Данцигер, — ответил новичок без раздумий. — Всех точно знаю, могу описать и опознать по фото.
Овсов посмотрел на эксналетчика с интересом. Кажется, покупая кота в мешке, он не прогадал. Инициативный парень. Дерзок и умен.
— С более сложной задачей справишься? — спросил полковник. — Нарисуем тебе легенду красивую и надежную. С богатым приданным пойдешь, может быть, проскочишь мимо тюремной баланды.
— Развлекайтесь, — подвел итоги Дядька Семен, — а я вздремну часик и в путь.
Зона, Дикая Территория
До Янтаря я так и не добрался. Уже на подходе к стройке, до меня донеслись звуки ожесточенного боя. Кадровый военный точно бы сказал, сколько человек и из чего стреляют. Только и так было все понятно. Не стал мастер Ярик ждать, пока их в подвале замуруют, повел своих наемников на прорыв. А Данцигер их встретил из трех стволов из укрытия. Повернул обратно. Поглядел на тупик железнодорожный, грустно стало. Некому завтра сталкеров от бродячих псов охранять и подручных Сержанта в чувство приводить.
Легли все семеро в скоротечной сшибке. Четыре наемника и три наших союзника. Опять мне работы привалило. Одно хорошо, до «электры» двадцать метров. Обыскал я тела, собрал все, прибрал за собой. Решил на память оставить пистолет Ножа, «Форт» усовершенствованный. Сделан ствол под обычный пистолетный патрон. В Зоне их больше чем травы, не дефицит. Обойма удлиненная. Состояние отличное. Не мое оружие, но человек был достойный. Не буду продавать. Повесил на пояс, тут ему и место. Аномалия тела в пепел превратила, взвалил я груз и пошел обратно к бармену. У ученых и так народу много, посплю под крышей, а не на ней. Мелькнула у меня еще одна мысль. Если у банды Чучела и иже с ним была «слеза бога», следовательно, они ее переносчика убили.
А вещь явно дорогая, и хозяин найти ее захочет. Пора переодеваться. Снял бронежилет, надел черный мастерский плащ. Будем на пару с Фунтиком по Агропрому рассекать, на радость Плаксе. Был у одного из убитых в рюкзаке. Семь винтовок, четыре пистолета на продажу, патроны, водка, сигареты. Полный джентльменский набор.
Часовые на посту, мягко скажем, очень удивились, увидев меня снова.
— Ты когда всех перестреляешь, чего делать будешь? — спросил один на полном серьезе.
— За «монолитовцев» возьмусь, — так же серьезно ответил я.
Дороже стоят «гаусс»-винтовки. Мне миллион заработать надо для самоутверждения. Вот так, братцы-кролики, они же сталкеры. Смену одежды они заметили, но вопросов задавать не стали. Может, я броню армейскую поберечь решил или в ремонт отдать. Ничто не вечно, тем более патроны и водка. Зашел в бар, как домой вернулся. Все на прилавок смотрят, считать приготовились. Пока ставки не сделали, по рукам не ударили, я громко сказал:
— Семь. Семь винтовок и конец наемникам. И Ярику.
И пошел к нашему столу. Сидели мы четверо черным пятном в центре зала, а я трофеи на стол выкладывал. ПДА Ножа в рюкзаке оставил, позже сам разберусь, остальное добро, по установившейся традиции, перекочевало к Информатору. Бутылки, консервы и пачки с сигаретами и папиросами Пике пододвинул вместе с патронами «натовскими».
— Прибери, — говорю, — ты у нас хранитель казны и общего имущества. Мы самая продвинутая на север черная группа, и результативность у нас выше средней.
Тут деньги поднесли, пачку сотенных в карман убрал, мелочь россыпью хранителю пододвинул. У Скрипа глазенки жадно заблестели, только поздно пить нарзан, когда почки отвалились. Решил я оставить сегодня в баре «Сто рентген» легенду.
— Ну, за успех Ножа! Завалил он Ярика, сам пулю в руку поймал, и пошел к Болотному Доктору. Остались мы одни, придется парочку должников самим в оборот брать. И Сержанта с Воробьем тоже.
— И Овсянку, — усмехнулся Информатор.
Посмотрел я на него с вопросом.
— Тот шкет, которому ты зубы выбил, — пояснил он.
— Бродяга думал, что его будут Щербатым звать, — вспомнилось мне.
— Этих по Зоне уже трое ходит, один на Свалке, два на Кордоне появляются, время от времени, хватит, — засмеялся наш консультант.
Тут раздался топот на ступеньках спуска и в зале появились новые лица.
— Вот и они, легки на помине, — процедил Информатор, — какую-то гадость затеяли.
— Поясни, — попросил я.
— Сейчас задираться начнут, кто-нибудь попадется и им вызов кинет. Тут ему и конец. По правилам, оружие и условия выбирает вызванная сторона. У Сержанта любимый прием — бой на ломах. А против лома нет приема.
— Если нет другого лома, — продолжил я. — Нет оружья лучше вилок, два удара, восемь дырок.
— Вид на город станет лучше, если сесть в бомбардировщик, — развил тему Скрип.
Надо же, нобелевского лауреата Бродского цитирует. Удивил.
— Голые люди по небу летят, в баню попал реактивный снаряд, — высказался Пика.
Тут мы все в хохоте зашлись. Не такого ожидал Сержант при своем появлении. Нахмурил брови грозный владыка, а наша черная четверка покатывается. А малыша Пику прорвало.
— Мальчика Вову все не любили, мальчика Вову чекистом дразнили, маленький мальчик нашел пулемет, больше в округе никто не живет.
Окончательно слегли. Тут я пользу пистолета понял.
Из «винтореза» стреляй куда хочешь, в руку или ногу, результат один — свеженький покойник. А из пистолета в колено попадешь, противник просто ранен, и к тебе со стороны «Долга» никаких претензий. Потер ладошку об плащ.
Воробей движение заметил, напрягся. Знает, что дерзок я и непредсказуем. Как говорил граф Суворов, Александр Васильевич: «Удивил — победил!», и вниз по горке на копчике задал драпака от Наполеона. Вот я от тортов не бегаю. Если б мне ту армию, вцепился бы в Милан зубами, и никакой корсиканец нас бы оттуда не выбил. Запомнили бы французы замок Сфорца на всю оставшуюся жизнь.
— Пика, брат, — начал я незамысловатую партию в стиле Меркуцио, — что-то фекалиями запахло. С чего бы это?
— Пришла компашка, то ли ассенизаторов, то ли засланцев. Через букву «Р». Короче, вонючек, — поддержал меня самый младший бандит.
— Будем политкоректны, назовем их по заграничному, скунсы. Некоторые так даже приличных людей называют. Книги пишут «Скунс-1». Вонючка номер раз, типа, — удачно заступился за Сержанта Скрип.
Пять баллов пьянице. Пора переходить к прямым оскорблениям.
— Вы, стадо свиней, где увидели табличку «Хлев»? Что приперлись?
Традиции соблюдены, можно драться. Бутылку в руки, тому, кто хромает, сбоку по голове и «розочкой» стеклянной Сержанту по глазам. Хороший план, с одним единственным недостатком, все пошло совсем иначе.