Ленинград' 84 (СИ)

Я же не тороплюсь, парирую его удары и наношу свои. На Щуплом кожаная куртка, пробить её сложно. Поэтому пока обхожусь порезами ног, играя с бандитом. Тот это прекрасно понимает, устал и дышит тяжело. Вожак поднял голову и хрипит:
— Может, договоримся, шустрый? Ну, всякое бывает. Долю малую зашлешь, и я замолвлю за тебя словечко.
Жить хочет, баклан поганый! Даже корешей не жаль в распыл бросить. Но улра вся такая — Сегодня умрешь ты, а завтра я!
— Кто за тебя вписывается?
Щуплый еле стоит на ногах, раны глефы наносит глубокие, поэтому и удар должен быть скорее скользящим, режущим. Это не тяжкая рубка алебардой. Но мы данную теорию еще проверим. На живом мясе.
— Крапленый общак держит. Вор авторитетный, с ним можно добазариться. Зуб даю!
Я качаю головой:
— У меня крыша крепче, так что извиняй!
Вор понимает, что все кончено и отчаянно бросается вперед. Классика жанра — бью сверху по древку алебарду, и та резко втыкается в неровный пол. Щуплый теряет устойчивость, падает на колени, подставляя шею. Вот сейчас и посмотрим, как наша глефа рубит. Башку я бандиту почти срубил. Осталась держаться на куске мяса и коже. Вот это удар! Силы в руках немерено.
Выдыхаю и прислоняюсь к стене. От этих человеческих отбросов мне ничего не нужно. Жили погано и сдохли как собаки. Никто о них завтра и не вспомнит. Участь подобной падали — исчезнуть навсегда в забвении. Но мне надо что-то делать с телами. После закрытия временного «кармана» они выпадут в реальность. А мне этого точно не нужно. Как убрать физическое тело? Сжечь к херам! В конце зала тут же по мановению мысли возникла печка. Да там уже целая домна загудела! Только вот пачкаться мне неохота, и вскоре в зале появляются два фантома в кожаных фартуках. Пока я пробавляюсь неплохим винишком, закусывая виноградом, тела сожжены. Можно возвращаться. Но зал мне понравился, надо в подобном будет позаниматься.
В лицо резко дунуло поземкой, а передернул плечами и обернулся. Здесь ведь и минуты не прошло. Вот они, жалкие кучки пепла, развеваемые ветром. Все, что осталось от врагов. В моей душе нет ни капли сожаления. Я Лорд, Князь этого мира. Поступаю, как требует момент. Задним умом понимаю, что в любом случае их надо было валить. Просто потому, что никто не смеет бросать мне вызов.
Как там его зовут, Крапленый? Ну-ну!
Внезапно понимаю, что в руках у меня бумажный пакет с виноградом. Ничего себе! Я могу приносить что-то вещественное из кармана? У кого бы узнать? Надо бы съездить к Даре. Не видел её давно. Но лучше сначала позвонить. И придется сменить квартиру. Район паленый.
С Синеглазкой мы пересеклись в кафе-стекляшке рядом с её домом. В квартире она меня принимать отказалась. Ассортимент в подобных заведениях так себе, но перекусить можно. Я выбрал себе гуляш с рисом, а девушке заказал пирожное и кофе бочковый. Дара выглядела холодной и чрезвычайно серьезной. Потому ей особенно шло голубое шерстяное платье. Она как-то призналась мне, что жуткая мерзлячка. А климат в Ленинграде еще тот. Впрочем, в Таллине, Хельсинки, Стокгольме и прочих Балтийских городах не лучше.
— Тебя интересуют возможности «карманов»? Странно, что с этим вопросом ты пришел ко мне.
— Твоя бабуля обмолвилась, что ты в подобном деле соображаешь.
Девушка кинула в мою сторону заинтересованный взгляд. Дьявол, у меня от её синих глазищ мороз по коже. Если бы не Настя и её горячее желание жить на полную катушку, то без альтернатив. Пришлось бы добиваться эту Снежную королеву. Сейчас же я в подвешенном состоянии. И хочу её безумно и понимаю, что в настоящий момент — это невозможно. И даже не поговорить. Нравы в её мире более строгие, и, скорее всего, секс без брака невозможен.
— Иногда «карманы» позволяют вынуть оттуда что-то, но взамен.
Я усмехаюсь и достаю гроздь винограда. Это в будущем он круглый год свободно лежит в супермаркетах. Здесь же подобнее чуду. Глаза у Дары становятся еще больше.
 
— Это оттуда?
— Пришлось срочно нырять в «карман» с помощью рун и ножа. Трое наглецов хотели меня убить.
Взгляд даже не спрашивает, а бурит меня насквозь.
— Ты взял их жизнь и смог сотворить замену. Теория права!
— Так, подожди, — в голову внезапно шальным вороньем ворвались ошеломляющие мысли. — Я, получается, использовал магию?
— Конечно! — в свою очередь удивилась Синеглазка. — Ты не знал, что магические «карманы» потому и появляются?
Бурчу недовольно в ответ:
— Считал, что это некое физическое явление.
Дара скупо улыбнулась:
— А ты думал, что волшебство?
— Мне думать вообще вредно.
Синеглазка к моему вящему удивлению рассмеялась. А у нее приятный смех.
— Что?
— Тебе идет улыбка. Что я вижу? Смущение!
— Ничего подобного!
Как она сейчас прекрасна в гневе. Вот бы точно сегодня не удержался. Хорошо, что якорем служит заскорузлый опытный мужик, что еще сидит во мне.
— Тебе необходимо изучить все тайные руны и опробовать их. Не все они будут рабочими. Этот нож — ключ. Он отворяет.
— Но может убивать!
— То есть отворять двери в мир мертвых.
Озадаченно смотрю на нее. Представить, что такая милая девушка может так запросто рассуждать об убийствах и вмешиваться в судьбы других. Она не так наивна, какой кажется!
— Ты меня пугаешь. Такая кукольная красотка и рассуждения о смерти.
Дара ехидно улыбается:
— Если бы не знала тебя, то посчитала, что ты со мной флиртуешь.
— А если и так?
— Ты не один и я это знаю. Твоя девушка неимоверно красива.
— То есть?
— Или я, или она.
Мдя, уделали меня, как кутенка. Она взрослее по уму, чем выглядит. Но очень мне помогла с пониманием магических процессов, что проникли в «Карман». Мы проболтали час, три кофе и четыре пирожных. Ленинград и в самом деле совсем другой. Просто я его еще плохо изучил. Слишком увлекся деньгами, политикой и любовными интригами.
— Позвони завтра, я подготовлю тебе книгу. Только никто кроме тебя не должен её видеть. Да и вряд ли они смогут её прочесть.
— А я?
— Ты без проблем. В тебе знания наемных убийц, а они обычно полиглоты.
— Кстати, а зачем они за мной охотились?
Дара удивилась:
— Ты до сих пор не знаешь? Пока ты не утвердился в городе, то был заведомо слаб.
— Но в итоге оказался опасней.
— И взял их силу. Но все равно не расслабляйся. Всегда найдутся храбрецы, что попытаются бросить вызов.
— Спасибо, — я встаю, чтобы проводить девушку. — Скажи, а почему ты мне помогаешь?
Дара снова усмехается:
— Ты же великий и страшный Князь Серебряный! И ты…мне нравишься.
Гляжу вслед упорхнувшей чужачки и вздыхаю. Почему даже мне, самой важной персоне города нельзя иметь двух любовниц? Мир несправедлив!
Анастасия тоже в эти дни плотно занята и потому приходит поздно. Зато какой восторг на её лице, когда она замечает сервированный столик! Шампанское, виноград, апельсины и канапешки с разными вкусностями. Люблю угощать друзей и родных.
— В честь чего праздник? Ой! Где ты достал виноград?
— Ты не знаешь⁈ Ради нас я готов на все!
Девушка заливисто смеется, смахивает с лица свои волшебные локоны и крепко целует. Сейчас в голове уже ничего не остается, кроме острого желания.
— Я ванную, быстро. И у меня кончились те дни. Так что у нас сегодня будет десерт.
Вот за что я её обожаю и раньше уважал. Она любит жизнь во всех её проявлениях! Может, так и надо? К черту все гонки! У меня вкусная еда, игристое вино и лучшая девушка в мире
  
Глава 39
 
Проблемы и решения
 
— Теперь отъезжай от тротуара и давай прямо!