Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
– Выступит. Но его будут слушать только в студии и в подвале, где засели агенты корпорации «Триатекс». По колонии это транслировать не будут.
– …Таким образом, я принимаю на себя всю полноту власти в колонии. Для вашего сведения называю кандидатуры вновь назначенного правительства. – Бран говорил спокойно и немного невнятно.
– Ну вот, теперь мы знаем всех действующих лиц, – потер руки Карл. – И все они с одной и той же планеты. Конечно, трудно просеять всех новоприбывших колонистов, и мы слишком опрометчиво действовали при наборе переселенцев, но ничего, мы это подправим. – Он кинул на Гаринду мимолетный взгляд. – Простите, мидэра, за мою настойчивость, но скажите, что вы будете делать в семейном плане? – спросил Карл, меняя тему. – Вы простите, что я вмешиваюсь… но ваши с Браном отношения переросли семью и сказываются на благополучии колонии.
– Не извиняйтесь, Карл. Я совершила много ошибок и осознаю степень своей ответственности. Моя личная жизнь стала достоянием общественности… Я поговорю с Браном, а потом приму решение. Я бы ушла с поста, но понимаю, что меня сейчас заменить некому. Бран не пойдет в губернаторы, у него характер не тот. А мне нужно исправить то, что я нагородила, вновь заслужить уважение граждан. Скажите, Карл, когда вы собираетесь производить задержание преступников?
– Да вот прямо сейчас, мидэра. У нас все готово. Нам нужно было вытащить Брана, и он сейчас находится под охраной. Мы отправим его в госпиталь на лечение вместе с остальными, кто был подвергнут наркотическому внушению.
– Хорошо, господин Штурбах… Карл. И спасибо вам. Я была не права в своих подозрениях насчет вас. Простите меня, если сможете.
– Без проблем, Гаринда, вы всегда можете на меня положиться.
Карл ушел. У него в планах была весьма интересная встреча.
– Все готово? – спросил он бойцов в тяжелом снаряжении, стоявших у входа в подвал одного неприметного дома.
Но на них он ставку не делал. Тот, кого они хотели брать, был очень опытным и опасным противником. Он мог решить уйти из жизни, а он нужен был Карлу живым.
– Брык, у тебя все готово? – мысленно спросил он.
– Готово, можете заходить, я запустил газ, как ты и хотел. Берите их тепленькими и помните, какую услугу вам оказал дядюшка Брык.
Карл усмехнулся. Брык брал на вооружение не только положительные черты людей, но и такие малоприятные, как самовосхваление и хвастовство.
– Вперед! – скомандовал он бойцам, и они вынесли двери с помощью вышибного заряда.
Быстро рассредоточились, взяли под контроль выход и помещения. Карл прошел в комнату и увидел сидящего за столом человека. Тот был парализован, но мог видеть и слышать.
– Привет, Морис! – засмеялся довольный Карл. – Я вижу, с некоторых пор ты подрос и не только за сестренкой в ванной подглядываешь. Ты сунул нос и к нам. Ай да Пруг! Ай да молодец! Как ловко ты меня в прошлый раз провел. Но не переживай, у нас будет время получше узнать друг друга.
Параллельный мир. Южный фронт
Первый выход в разведку и первый бой я запомнил хорошо. Нужно было выявить скрытые огневые точки станковых плазмометов и нанести на карту их места расположения. Но пробраться вперед можно было, лишь обойдя минные поля по оврагам. А на этих участках стояли камеры и были выдвинуты секреты квирсов.
В отличие от лургов у наших противников была четкая специализация. У их разведчиков были гибкие панцири, как костяная броня, умение передвигаться и действовать скрытно и способность чувствовать чужого по запаху. Они были, на мой взгляд, тупыми, но очень хорошо приспособленными для простых действий: учуять и захватить. Обмануть их еще никому не удавалось. Потому и потери среди разведчиков были велики даже по меркам этой войны.
Вся местность, по которой я полз, простреливалась минометным огнем. Наша тройка ночью выбралась на передний край.
– Ждите здесь, – приказал я Жюлю и Адвокату.
Жюль вспыхнул:
– А чего ты командуешь?
Он никак не мог отойти от шока после призыва в армию. Смотрел на меня то с ненавистью, то с горьким сожалением. Я понимал его состояние, а также бурлящие в нем чувства. Понимал, что я выдернул его из привычного мира и, как ему казалось, вместе с собой отправил на убой. Хорошо понимал и пока в друзья ему не набивался. Моя задача была сохранить ему жизнь.
Жюль поднялся, но сильная рука Адвоката прижала его ко дну окопа. Я удовлетворенно кивнул:
– Держи его, Адвокат. Будет сопротивляться – легонько придуши.
Оскорбленный сын лейера было пискнул и замолчал, выпучив глаза.
– Осторожней, – погрозил я пальцем Адвокату и вгляделся в ночной сумрак.
Впереди виднелись в дымке тумана неясные очертания ничейной земли. Туман, гонимый легким ветерком, стелился у земли, скрывая все, что было ниже по пояс. Физически чувствовалась влага. Одежда стала сырой, словно ее постирали и не дали досохнуть. Я выбрался на бруствер окопа и тут же вышел в боевой режим. Вопреки инструктажу ротного, я не стал выбирать место выхода, не прикрытое минными полями. Я пополз прямо по минному полю. Мой сканер легко отмечал места расположения мин и указывал обходные пути. Да и сами мины были закопаны небрежно, выделяясь холмиками на пожухлой траве. По дороге я обезвредил с десяток мин и забрал их с собой. Они практически ничем не отличались от тех, что использовали на Земле. Круглые металлические блины, начиненные взрывчаткой. Единственное отличие было в том, что они были запрограммированы на взрыв от нажатия или на взрыв от дистанционного воздействия. Примитивная схема, которая часто давала сбои. Дэры не озаботились повышением технического уровня своих подданных. Они это не делали в зоне проживания Жюля, как это не делали и их конкуренты из враждующих кланов. Только плазменный огнестрел, используемый на войне, был на уровне развитой цивилизации. Но это потому, что производить порох и создавать огнестрельное эффективное оружие дэры не хотели. Я так понимал, чтобы не давать в руки лургов технологии, способные обернуться против них. Уровень развития миров людей не мог повторить изготовление плазменных пульсаров. Не было теории, не было подходящих материалов. А вот точный и убойный пороховой огнестрел лурги повторить могли.
Я очень быстро прошел нейтральную зону и проник в окопы противника. Квирсы спали прямо на земле. Неприхотливые, неряшливые, без одежды. Вся кожа их была усеяна костяными бляшками. Если надо, они могли свою ящероподобную голову спрятать под панцирь. Так они и спали – словно безголовые чудовища из фантастического романа. Оружие спящие бережно прижимали к себе. В замаскированных окопах, выдвинутых метров на двадцать вперед, сидели наблюдатели. По окопу струился гнилостный сладковатый запах мертвечины. Я огляделся и увидел яму, в которую были сброшены тела лургов. У кого-то не было ноги или руки, кто-то был обглодан настолько, что виднелся скелет.
Рой мух вился над ямой. Я быстро покинул это место пиршества каннибалов. Удивительно, но эти твари разумны! Это меня поражало больше всего.
Станковые плазмометы находились метрах в тридцати позади от переднего края. Как я уже знал, это очень страшное оружие. Несколько таких крупнокалиберных установок способно накрыть площадь сто на сто метров и выжечь там все живое. Я нанес их на карту и подумал: а что я таскаю мины без дела? И закопал их под каждым из пяти укрытий, где находились расчеты и сами плазмометы.
Мне стало интересно, как устроена оборона у квирсов, кто ими командует. Пройдя дальше, я увидел вторую линию окопов и блиндажи, накрытые бетонными плитами и небрежно засыпанные сверху землей. В них спали уже другие ящеры. Еще одна разновидность ящероподобных с большой головой и крепким костяным каркасом. А вот и командиры, понял я.
Меня удивляла одна вещь. Везде, где я мог наблюдать, на этой войне царила странная и, сдается мне, искусственная небрежность. Как будто эта война была не настоящей, а ради развлечения или спора между повелителями. Их самих не было на войне, но были с нашей стороны эры, начиная с командира полка и выше. Они возглавляли разведку, политотдел, контрразведку и полевые штабы. Они составляли экипажи космических кораблей и станций, но непосредственно на фронте их не было. Интересно, а кто руководит квирсами?