Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

— Перестарался! — произнес я хриплым шепотом, потому что слова застряли в горле: я только что видел действие вакуумной бомбы. Проход был открыт.
Шиза сняла защиту и показала мне свой противный желтый шарик, который, вытаращив глаза, повертел пальцем у виска и как обычно лопнул.
В чем-то она, конечно, права, но опыт, сын ошибок трудных, все же есть, и надо попробовать применить кровь не из вены, а, например, из пальца. Может, разрушительный эффект будет меньше. Мои раздумья были прерваны: кто-то осторожно трогал меня за плечо, я оглянулся и увидел Боргрина, стоявшего рядом и переминавшегося с ноги на ногу.
— Тебе чего? — спросил я.
Вид у него был виноватый и немного растерянный. Он что-то хотел спросить, но не решался.
— Давай говори, — приободрил его я.
— Не знаю, как вас зовут, человек, — начал он, — но мы бы хотели здесь остаться, если вы позволите. — Гленд робко смотрел на меня, ожидая ответа, словно маленький ребенок, спрашивающий отца, можно ли ему оставить себе эту игрушку.
— Боргрин, я не имею ничего против, оставайтесь. Мой путь лежит в Мертвый город, и вам, конечно, там делать нечего. Руны оставьте себе. Вот еще армейские пайки, на какое-то время вам хватит. — Я выложил две сотни пайков перед его ошалевшими глазами. — А дальше сами думайте, как жить.
— Тронулись! — махнул я рукой оркам.
Оставив взволнованно гудящую толпу глендов, я направил свой маленький отряд в черную бездну неизвестности. Несмотря на то что в моей душе бушевала буря сомнений и горело желание бросить к чертовой матери этот бессмысленный с точки зрения логики поход в Мертвый город и вернуться, я заставлял себя неуклонно идти вниз и всем своим видом выражал спокойствие и уверенность.
Шар света весело кружился впереди нас, освещая путь, а сканер не показывал наличия врагов или хищников. Коридор, в который мы свернули, был пуст, не считая нескольких распростертых тел да разбросанных повсюду камней из кладки домов. Тоннель ввел вниз по спирали с заметным уклоном.
В стенах изредка попадались ниши, но для чего они предназначались, трудно было предположить. По тоннелю витал легкий ветерок. О вентиляции древние строители позаботились. Мы спускались примерно час, когда дорогу нам преградила баррикада из камней. Была она невысокой, чуть меньше моего роста, но быки проехать не могли.
— Привал! — скомандовал я, не доезжая до завала метров пятьдесят, за ним маячили красные точки. Было их одиннадцать. «Ну вот и первые живые обитатели нижнего уровня», — подумал я. Они не проявлялись в пределах видимости и прятались за камнями. Кто это мог быть, я узнаю позже. Сейчас надо было раздать оружие и защиту дзирдам. Гресса казалась растерянной, это было видно по ее виду. В ней постоянно происходили процессы изменения сознания. Вырезались и пропадали целые блоки памяти и появлялись новые. Мой эксперимент приносил результаты, вот только какие, понять пока еще было трудно.
— Пятница! Чернушка! Подойдите ко мне, — позвал я и уселся на большой обработанный камень, на нем разложил свои запасы. Так, меч и лук, амулет щита — это Пятнице. С грессой разберусь после разговора.
— Пятница, луком пользоваться умеешь? — спросил я, глядя на дзирда.
Тот только кивнул в знак согласия.
— Попробуй натяни, — предложил я.
Если он не сможет натянуть лук деревянных человечков, проведу еще один эксперимент: создам амулет, увеличивающий силу, я примерно представлял, как это сделать. Дзирд с трудом натянул лук до половины, естественно, сила натяжения была килограммов семьдесят, для хрупкого дзирда это было не под силу. Я вызвал своего гаржика и предложил лук ему. Орк внимательно его осмотрел, примерился, несколько раз легко натянул и высказался:
— Хороший лук.
— Тогда оставь его себе, а свой отдай Пятнице, — предложил я.
Орочьи луки были проще и слабее. Орк внимательно осмотрел дзирда и, молча соглашаясь, кивнул. Лук орка Дзирд согнул, хоть и с трудом. Я отослал дзирдов подальше, достал одну из брошек, которые всегда у меня были в загашнике как хороший материал для амулетов, с запасом энергии в камнях, и принялся мастерить новый амулет, как говорится, на коленке. Что мне предстояло сделать? Соединить рунную вязь и заготовку. Заклинания, увеличивающего силу, не было, а если и было, я его не знал. Зато у гномов были руны, способные увеличить силу и скорость бойца. Гном, вооруженный тяжелым молотом и хорошо защищенный броней, с помощью такой руны мог пройти, разрушая строй противника, как ледокол сквозь ледяное покрывало моря. Лишь бы хватало запаса рун. Я исходил из того, что руна ложилась на камень, способный хранить и накапливать энергию, значит, можно ее наложить на заготовку, наполненную энеронами. Но использовать способ наложения, какой используют гленды, я не мог. Каллиграфией я не владел и вырезать орнамент не собирался. Я мог запомнить энергетическую вязь руны и наложить ее на заготовку, внедрив в структуру. Вот этим я и собирался заняться.
 
Положил брошь перед собой, вызвал в памяти рисунок руны силы и стал примерять ее к размеру заготовки. Уменьшив достаточно для внедрения, я стал понемногу подпитывать руну энергией. Как я и предполагал, она стала впитывать энероны, как губка воду, наливаясь багровым цветом.
Полюбовавшись на сверкающую руну, я наложил ее на брюшко брошки, и она провалилась вовнутрь. Готово, обрадовался я, и в следующий миг меня снесло взрывом с камня. Спасибо Лиану, его «каменная кожа» спасла меня от удела быть разорванным в клочья.
Ко мне подлетел Фома, помогая подняться.
— Что это было, учитель? — испуганно спросил он.
— Не совсем удачный эксперимент, — ответил я, поднимаясь с каменного пола под недоуменными взглядами орков.
Но опыт есть, пришла мне обнадеживающая мысль. Наверное, перенасытил руну энергией, и структура заготовки взорвалась, не выдержав нагрузки.
Теперь я взял пустую заготовку и наложил заклинание ограничения, потом осторожно слегка напитал руну и запустил ее в амулет. Закорючка, сверкая, вошла в заготовку и… и ничего не произошло. Я вытянул аурные щупальца и стал понемногу перекачивать энергию в «амулет силы», как по-простому назвал свое творение. Мне даже показалось, что Шиза вылезла из меня и вытянула шею, пытаясь подробнее рассмотреть, что же у меня получится.
Я скосил глаза сначала налево, потом направо и с облегчением подумал: почудилось. Новая брошка перестала принимать энергию, а я поднял ее и стал рассматривать со всех сторон.
И тут у меня в голове разорвалась бомба.
— Получилось! — неожиданно заорала Шиза. — У тебя получилось создать амулет, совместив две магии, основанные на разных принципах! Я поверить не могу! У такого дурня, как ты, получаются невероятные вещи!
Я стоял, контуженный проявлением радостных чувств моего симбионта. В голове гудело, и где-то перегорело несколько тысяч нервных клеток, об этом сообщило мне сердце, пытающееся вырваться из груди и удрать куда подальше. Оно как молот колотило по грудной клетке и отдавалось уханьем в ушах.
Я обессиленно опустился на камень и стал считать до десяти: один, два, три… Ко мне стало приходить успокоение. Четыре… Сердце успокоилось и смирилось с неизбежным пребыванием внутри меня. Пять… Я привел свои чувства в относительный порядок. Шесть… Я смог спросить: «Что получилось?» Семь… я был в норме.
— Прости, — виновато сказала Шиза, — но я не верила, что у тебя получится, это было вопреки всем принципам магического конструирования. Эти принципы заложены в меня с момента создания, и вот ты только что опроверг один из них. Например, говорящий, что нельзя совместить воду и огонь! — сказала она, полная восторга. — Для твоего склада ума не существует слова «невозможно», поразительно!
— Воду и огонь можно совместить, — ответил я, рассматривая брошку, на ее брюшке проглядывалась вязь руны, как бы из глубины.
— Да? — удивлено спросила Шиза. — И что получится?
— Ты о чем? — не понимая, переспросил я. Все мои мысли были заняты определением свойств нового амулета, и я слушал ее восторженные вопли краем уха.