Агент 21 (ЛП)
Он слушал.
* * *
К тому времени, как появился Мартинез, Калака прождал в атриуме пятнадцать минут. На нем был толстый бархатный халат, а по бокам стояли двое охранников и двое двойников. Все три версии Мартинеза курили жирные сигары, и даже Калака не знал, кто был настоящим Мартинезом, пока свита не отстала, оставив двух мужчин говорить шепотом у клетки, полной певчих птиц.
— Ну? — спросил Мартинез.
— Где мальчик? — парировал Калака.
— В кровати. Думаю, спит. День был долгим.
Калака кивнул.
— Может, вы были правы, — сказал он. — Его история без ошибок, Похоже, он не врет.
Мартинез затянулся сигарой, окружил себя облаком дыма.
— Ты правильно остался настороже, — сказал он. — Спасибо тебе за это.
Калака склонил голову.
— Но если Гарри Голд — не Агент 21, - продолжил Мартинез, — то тебе нужно проверить своих охранников.
Калака помрачнел.
— Я всем им доверяю, — сказал он.
— Ясное дело, — сказал Мартинез. — Потому они — это риск. Если бы я хотел кого-то внедрить в этот дом, начал бы с них. Они знают план дома, у них есть оружие, — Мартинез посмотрел на Калаку. — Ты — глава моей стражи, Адан, — сказал он. — Я доверяю тебе. Но я хочу знать, можешь ли ты проверить своих людей. Иначе придется искать главу, который может. Это понятно?
Глаз Калаки дергался.
— Да, сеньор Мартинез, — сказал он без эмоций. — Понятно.
— Тогда делай, что нужно, — Мартинез выдохнул дым и посмотрел на высокие окна. — Красивая ночь! — сообщил он, ни к кому не обращаясь. — Хороших снов, Адан, — он покинул атриум. Калака ушел через секунды.
* * *
Зак прижимался к стенке балкона. Он услышал достаточно, чтобы понимать, что ему повезло. Они откуда-то знали про Агента 21, но решили, что это был не он.
Он дождался тишины внизу, а потом приготовился вернуться в комнату. Но, когда он поднялся, он услышал звук, которого боялся.
Шаги.
Они двигались по коридору, который вел в его комнату. На мгновение он замер. Если кто-нибудь найдет его здесь, он не сможет этого объяснить; но его единственный выход был по лестнице в атриум. И поэтому, двигаясь как можно быстрее и тише, он направился к вершине лестницы. Атриум выглядел пустым, поэтому он бросился вниз в поисках места, где можно спрятаться. В самом атриуме такого места не было — все было слишком открыто — и на мгновение он остановился у подножия лестницы, парализованный нерешительностью. Но он услышал, как люди разговаривают на площадке, и понял, что должен двигаться. Он помчался через атриум в узкий коридор, ведущий к лестнице в подвал. Это было не идеально — он не знал, куда направлялись эти шаги, и мог загнать себя в угол — но он оказался там, и у него заканчивались варианты…
На лестнице было темно. Она вела в длинный коридор. Справа была стальная дверь с цифровой клавиатурой снаружи. Напротив двери открылось зрелище, от которого его мутило. Это была камера, мало чем отличавшаяся от той, в которой он был в утром, с прочными железными прутьями и большим замком на двери. Там было пусто, но Зак не хотел даже думать, что случилось с теми, кто там оказался.
Зак понимал, что его не должны были тут поймать.
Он выждал две минуты, не больше, и на цыпочках снова поднялся по лестнице. Он глубоко вздохнул и посмотрел в атриум.
Там было пусто.
Ему оставалось пробежать по открытому пространству к лестнице и надеяться, что он ни с кем не столкнется. Хотя бежать не стоило, ведь, если его заметят, это вызовет подозрения. Если он будет идти, может, удастся оправдаться.
Он долго добирался до лестницы, потом долго поднимался по ней. Зак слышал, как гремело его сердце, и он дышал так, словно пробежал милю. Он повернул налево на вершине лестницы, прошел по коридору, снова повернул налево.
А потом он остановился.
Страж стоял в пяти метрах от него — юноша, не больше двадцати лет, в форме цвета хаки и ружьем на плече. Зак глядел на него.
Страж смотрел на него.
Что-то было в его руках, но Зак боялся смотреть туда. Разум кипел, он пытался придумать оправдание, из-за чего он тут находился.
Страж оглянулся. Посмотрел на Зака.
— Прошу, — его глаза расширились, — не говорите сеньору Рамирезу, что вы видели меня тут, — к потрясению Зака, страж был в ужасе.
— Где ты должен быть? — спросил Зак, пытаясь звучать властно.
— Снаружи. Охранять периметр с другими стражами, — он виновато посмотрел на вещи в своей руке, и Зак увидел, что это были фотографии.
Зак выпрямился и стал выглядеть строго.
— Как тебя зовут? — спросил он.
— Гонзалез, сеньор.
— И что ты смотришь, Гонзалез?
— Фотографии семьи, сеньор. Я скучаю по ним тут. Другие стражи смеются надо мной…
Зак ощутил сочувствие к юному стражу, но не показал этого. Гонзалез явно ощущал вину за свое поведение, так что не подумал, что Зак вел себя подозрительно, бродя по дому. Это означало, что у Зака было преимущество, и ему нужно было это использовать.
— Тебе лучше идти, — сказал он. — Сейчас.
Страж быстро кивнул.
— Спасибо, сеньор, — на его лице проступила благодарность, и он поспешил прочь.
Гонзалез ушел, Зак поспешил в комнату, соседнюю со своей, кровь кипела от близкой опасности. Он прыгнул на кровать и подтянулся в брешь в потолке.
Через минуту он вернулся в свою комнату, потея, голова кружилась от страха. Он решил, что больше не будет в полночь бродить по дому. Ни за что.
19
ПРЕДЛОЖЕНИЕ
Возможно, это была самая удобная кровать в мире, но Зак плохо спал. Он задремал на рассвете, но проснулся от утреннего шума и своих тревог. Его миссия здесь казалась невыполнимой. Никто даже не упомянул слово «наркотики», и Мартинез, при всей своей веселой натуре, определенно был слишком умен, чтобы сделать что-либо, что могло бы выдать его при Заке. И было невозможно отличить его от двойников. Они не были похожи друг на друга; они были идентичны.
Он уже не мог уснуть, поэтому оделся и вышел из своей комнаты. Камера все еще была направлена на его дверь, но не было ничего подозрительного в том, что он рано встал.
Было приятно спуститься к бассейну. Дворецкие Мартинеза убрали всю еду с ужина, и дул свежий ветерок. На лужайке за водой стая птиц, которых Зак не узнал, клевала червей. Одна сидела на головном уборе статуи Катрины, но, несмотря на ужасные статуи, здесь было мирно. Можно было почти забыть, что вы были окружены наблюдательными постами, укомплектованными хорошо вооруженными солдатами.
Почти, но не совсем.
Зак некоторое время сидел, пытаясь насладиться тишиной. Но он был внизу всего десять минут, как услышал позади себя шаги.
— Тоже рано встаешь, Гарри? — сказал Мартинез.
— Не смог спать, — сказал Зак.
Мартинез сел рядом с ним. Его глаза были серьезными, игривость прошлого вечера пропала.
— Ты все еще переживаешь из-за полиции? Не стоит. Я управляю полицией. Может, что-то еще. Первый раз убивать сложнее всего. После этого становится проще.