Училка

— Все, я готова. Можно идти.
— Галка! Может быть, ты все-таки наденешь что-нибудь на ноги?
— Сколько же раз я слышала эту фразу из уст твоей мамы!
— Ты, конечно, можешь ехать и босиком…
— Ладно, ладно, просто я забыла. Мама все еще тебя гоняет за твою страсть к ходьбе босиком?
Галка наклонилась, застегнула ремешки босоножек и вопросительно взглянула на сестру. В застиранных джинсах, голубой майке, с волосами, перевязанными синей ленточкой в тон майке, она казалась моложе своих двадцати восьми лет. Голубые глаза, опушенные густыми черными ресницами, смотрели весело; казалось, что даже маленькая родинка на ее левой щеке улыбалась.
— Галка, ты совсем не изменилась за последние годы.
— Ага, если не считать того, что я родила и почти вырастила сына да похудела на несколько килограммов.
— Ты кокетничаешь, сейчас ты гораздо эффектнее, чем десять лет назад.
— Если мы взялись хвалить друг друга, то могу сказать, что ты тоже выглядишь неплохо: похудела, и стрижка тебе идет, щеки уже не выглядят такими пухлыми, как в институте. Ты нашла свой стиль — простушка из классической драмы. Что ты смущаешься? Простушки всегда были праведницами и получали в награду главных героев за свою нелюбовь к приключениям и долгое терпение.
— Мы будем хвалить друг друга или поедем?
Галина торопливо заперла комнату, подхватила под руку Настю и быстро пошла к выходу. По дороге Настя попыталась еще раз выяснить, где же они будут встречаться с Ириной, но Галка только пожимала плечами. Когда они уже отошли от дома на пару кварталов, она наконец раскрыла тайну.
— Как это она нас будет ждать на дороге? Во сколько?
— Очень просто, Ира сказала, что будет ждать нас на шоссе недалеко от моего дома.
— А поточнее ты не могла договориться? Это же авантюра какая-то!
— Вот-вот, скажи еще, что я тебя втянула…
— Галка, это так на тебя похоже…
— Ты говоришь словами своей мамы.
— Я не понимаю, почему нельзя было узнать точнее. А что если мы не встретимся?
— Милые дамы, будьте добры…
Галка бросила взгляд через плечо: приятный молодой человек с улыбкой, словно приклеенной к полноватым губам, приглашал их пройти к машине, стоявшей на обочине.
— Молодой человек, вы ошиблись, мы ждем совсем не вас! — торопливо ответила Настя, испуганно глядя ему в глаза.
— Как знать! — Молодой человек сделал еще один шаг по направлению к ним.
— Вам же ясно говорят: оставьте нас в покое.
— Настя, ну что ты его прогоняешь? Может быть, ты понравилась молодому человеку?
— Галка, ты что такое говоришь? Мы же его совсем не знаем!
— Вот и познакомимся с твоим тайным воздыхателем.
— Что ты болтаешь?
Молодой человек, неловко потоптавшись, попытался приблизиться и взять девушек под руки.
— Я все же хотел…
— Ну вам же сказали русским языком, чтобы вы оставили нас в покое.
Настя лихорадочно покрутила головой в разные стороны в поисках милиционера. Галка подталкивала ее к мужчине, которого она видела первый раз в своей жизни. Да что они, в самом деле, все с ума посходили?
Тут дверца белых «Жигулей», стоявших на обочине шоссе, открылась, из машины высунулась молодая женщина и призывно помахала им рукой.
— Ой, Ирка! — радостно воскликнула Настя и направилась к машине.
— Да вас же ни на минуту нельзя оставить одних, тут же начинаете ругаться. Все Галку воспитываешь? Так ей и надо! Я ей говорила, что мне нужно было самой тебе позвонить. А она мне: «Сама ей скажу, а то сюрприза не будет». Я так и думала, что Настя Володи испугается. Садитесь быстрее, поехали, скоро будет жарко. Сегодня тридцать градусов обещали.
Наконец все уселись на мягкие, пружинящие сиденья автомобиля, волнения кончились, и можно было расслабиться. Володя молча вел машину, Ирина с Галкой весело переговаривались, вспоминая и изображая удивленное лицо Насти. А Настя молчала, глядя в окно: ей было немного обидно, что она стала жертвой розыгрыша, пусть даже и невинного. Галя первой обратила внимание на упорное молчание подруги и повернулась к ней лицом:
— Настя, ты что, обиделась? Я же только хотела пошутить.
 
— Все в порядке.
— Да ладно тебе…
— Правда, все хорошо, — пробормотала Настя, чувствуя, как предательский румянец густо покрывает ее щеки. Про себя она подумала, что если Галка начнет приставать к ней с вопросами, то она просто расплачется от глупой обиды. На глаза невольно навернулись слезы. Настя с детства боялась попадать в неловкие ситуации и всегда очень стеснялась незнакомых людей.
Ирина повернулась к ним с переднего сиденья и, бросив взгляд на Настю, на ее красные щеки, сразу почувствовала неловкость оттого, что невинный розыгрыш так расстроил их стеснительную подругу. Надо было срочно спасать положение.
— Девчонки, помните Валентину? Я на днях встретила ее в парикмахерской.
— Как у нее дела? Чем занимается? — Галка с живостью подхватила новую тему разговора и еще добрых полчаса перемывала косточки несчастной Валентине.
Настя забилась в самый угол машины и угрюмо размышляла о том, что надо было послушаться маму и остаться дома, тогда бы она не портила своим видом настроение другим и себе.
— Вот мы и приехали, милые дамы.
Машина притормозила перед массивными воротами, из калитки вышел высокий парень в защитной форме, приблизился к машине и заглянул внутрь. Он кивнул головой Ирине и сделал знак открыть ворота. Ворота распахнулись, и машина въехала на широкую аллею, обсаженную высокими пирамидальными тополями. После нескольких поворотов автомобиль плавно притормозил у высокого глухого забора.
— Ну вот мы и дома. Проходите, девочки.
Ирина вышла из машины, достала из сумки ключи и открыла калитку. Володя распахнул дверцу, протянул руку и помог выйти Галке, которая сделала это не без изящества. Настя передвинулась на сиденье к открытой дверце, зацепилась каблуком за какую-то деталь и неловко выбралась на дорожку, отказавшись от протянутой руки. Володя в ответ чуть приподнял брови и слегка пожал плечами, потом направился к багажнику и стал доставать оттуда сумки с вещами. Настя пошла по дорожке, спиной ощущая недовольство шофера и коря себя за неловкость и стеснительность. Почему ей всегда так трудно было вести себя с мужчинами? Обычно она всегда или отвечала невпопад, или краснела в самый неподходящий момент. Почему так трудно быть спокойной и уверенной, как Ирина? Или такой раскованной, как Галка? Почему она сама так смутилась, когда Володя протянул ей руку?
Дорожка кончилась, и Настя очутилась около красивого двухэтажного дома, такого нового, чистого и уютного, что казалось, его только что доставили из магазина игрушек. Настя поймала себя на мысли, что хочется посмотреть, куда же положили упаковочную бумагу от этого строительного чуда.
— Вот мы и дома!
— Ирка, красота какая!
— Нравится, девочки?
— Просто нет слов! Давно он у вас?
— Потом все расскажу. А пока надо заняться делами. Володечка, ты вещи отнес?
— Да, Ирина Николаевна.
— Тогда до свидания. Заберешь нас, как и договаривались, в воскресенье. Всего тебе хорошего.
Володя кивнул на прощание и направился к машине. Настя и Галка удивленно переглянулись.
— С каких это пор ты стала Ириной Николаевной?
— А как к тебе твои ученики в школе обращаются? Настей зовут?
— Так это школа. Официальное учреждение.
— То же самое и у меня. Он работает в фирме, а я жена его начальника. Нужно соблюдать дистанцию. Он мне еще должен быть благодарен, что я его отпускаю на все выходные, а не заставляю сидеть с нами на даче.
— Не позволяешь подчиненным отдохнуть на свежем воздухе?
— Да нет, у него жена вот-вот родит, он и рад, что может побыть с ней спокойно. Пошли в дом. Посмотрите, что внутри.
— Настя, снимай обувь, хозяйка в дом приглашает. Снимай, а то полы испачкаем.
— Галка, не выдумывай, — перебила ее Ирина. — Вечно ты глупости говоришь.
Галка сбросила босоножки и босыми ногами затопала по ступенькам крыльца. Хозяйка провела гостей в дом, с гордостью показывая внутреннее убранство комнат. На первом этаже располагался большой зал с камином. Настя подошла поближе и взяла в руки каминные щипцы.