Училка

  
Марина Львова
 
Училка
   
1
 
Телефонный звонок раздался, когда Настя была в магазине. Вернувшись домой с двумя сумками, битком набитыми продуктами, она с трудом открыла ключом дверь и осторожно вошла в коридор. У Калерии Андреевны весь день болела голова, и Настя надеялась, что ей все-таки удалось задремать после обеда. Скинув туфли, Настя на цыпочках прошла на кухню и стала укладывать продукты в холодильник. Она вздрогнула от неожиданности, услышав за спиной недовольный голос матери:
— Ты опять ходишь босиком в квартире.
— Мне так удобно.
— Можно подумать, что тебе нечего надеть на ноги.
— Мама, пол я сегодня мыла. А как твоя голова? Полегче стало?
— Не перебивай меня, пожалуйста! Звонила Галина, ей от тебя опять что-то надо.
— Она не сказала что?
— Разве ты не знаешь, она не удостаивает меня разговором в последние годы.
— Мама, ну зачем ты так? Галка к тебе прекрасно относится, просто не хочет, чтобы…
— Чтобы я с ней разговаривала.
— Мама, но с момента рождения Кирилла ты с ней не хотела разговаривать. А Кирилл тебе, как-никак, двоюродным внуком приходится.
— Как хорошо, что Вера не дожила до этого дня!
— Мама!
Калерия Андреевна повернулась и, высоко подняв голову, вышла из кухни. Настя вздохнула, вернулась в коридор, надела на ноги цветастые тапочки и положила под вешалку пустые сумки. Сколько раз Настя давала себе слово не спорить с матерью по мелочам. Все равно Калерия Андреевна оказывалась права, споры вызывали у нее раздражение и приводили к нескончаемым головным болям.
— Не забудь позвонить Галине, пусть она не думает, что я тебе не передала.
— Просто я не хотела тебя беспокоить, у тебя же болит голова.
Мать фыркнула и пожала плечами, как бы говоря: «Я все равно страдаю». Настя проводила ее взглядом и, чуть улыбнувшись, подумала про себя, что матери явно стало легче и теперь она просто томится от скуки. Конечно, звонок Галки ее заинтриговал, но гордость не позволила поговорить с двоюродной сестрой дольше. Тетя Вера, мать Галины, умерла давно, Галка и Настя в тот год заканчивали школу. Галя переехала жить к ним, девочки очень сблизились, Настя помогала своей сестре в учебе. Ей, дочке потомственной учительницы, школа давалась легко. Глядя на Настю, и Галина решила поступать в педагогический институт. Настя себе иного пути в жизни даже и не представляла, а Галине было все равно: особых увлечений у нее не было. Учеба ее не привлекала, но под невольным влиянием двоюродной сестры Галя, к своему великому удивлению, легко сдала вступительные экзамены.
Проблемы у Калерии Андреевны возникли спустя три года, когда она узнала, что ее племянница в положении. С помощью Насти Гале до рождения малыша удалось закончить третий курс, оставшиеся два были окончены с большим трудом, но заветный синий диплом занял-таки свое почетное место в ящике шкафа, где хранились документы, вместе с паспортом и свидетельством о рождении Кирилла Павловича Юдина.
Настя сняла трубку, мысленно заклиная, чтобы телефон был свободен: Галка была известной любительницей поболтать с подругами. Но на этот раз удача сопутствовала Насте, и Галка сняла трубку уже после второго звонка.
— Настя, ты? Слушай, завтра едем к Ирке на дачу.
— Постой, с чего это вдруг? Так неожиданно. А потом я занята завтра.
— Не говори ерунды. Нет у тебя таких дел, которые нельзя отложить.
— Но я правда не могу завтра. А потом мама заболела.
— Я же с ней разговаривала только что. Она себя вполне нормально чувствовала.
— По телефону это не видно.
— Настя, не глупи, я тебя знаю. Лучше приезжай завтра с утра ко мне, Ирка нас с тобой заберет.
— А почему она сама не позвонила?
— Она занята сегодня. Ну давай же, соглашайся.
— Я не могу, честное слово. У меня сейчас очень много дел, скоро учебный год. Нет, я не могу.
— Настя, до конца твоего отпуска остается целая неделя, так что можешь мне не говорить, что у тебя нет времени.
 
— Но это неудобно, я никого из друзей Ирины не знаю.
— Да в том-то все и дело, что мы будем совершенно одни: ты, я и Ирина. Ее благоверный сегодня с компанией уезжает в отпуск. На даче будем мы втроем. Три дня, и совершенно одни!
— Постой, а как же Кир?
— Его забирает на рыбалку на все выходные сосед. Я давно обещала отпустить…
— Одного?
— Какое там одного! Едет сосед, его жена и их сын. Кир с ним дружит, мальчишкам вдвоем веселее будет.
— А может быть, ты с ними поедешь?
— Да чего я там не видела? Как они живых, извивающихся червяков на крючки насаживают? Или как с перекошенными от восторга лицами тянут несчастную рыбу на берег? Бр-р-р! Я на рыбу могу спокойно смотреть, только когда она мороженая в магазине продается, а не скачет по траве, случайно выпрыгнув из ведра. Эти рыбаки тогда начинают за ней гоняться с дикими воплями, словно их самих жизни лишают, словно от них убегает последний мамонт в этом сезоне и они теряют надежду поесть в ближайшие полгода. Ладно, Настя, хватит мне голову морочить своими отговорками. Завтра в десять у меня. Пока! Привет маме.
С Галкой так всегда. Сама не даст и слова сказать, но обвинит в болтливости. Настя улыбнулась, положила телефонную трубку и с тревогой посмотрела на дверь комнаты. Калерия Андреевна старательно стирала пыль с серванта.
— Мама, ты не будешь возражать, если я на выходные поеду на дачу к Ирине?
— Она даже не снизошла до того, чтобы пригласить тебя лично? Теперь она пользуется услугами секретаря? Ты даже не понимаешь, что тебя унижают!
— Мама! Ирина моя подруга…
— У тебя все числятся в друзьях. Только им почему-то всегда наплевать на тебя…
— Мама!
— Поезжай куда хочешь, только потом не говори, что я тебя не предупреждала…
— Я могу никуда не ездить.
— Ты и так сидишь целыми днями дома. У тебя же нет никаких интересов, кроме школы. Человек должен жить полноценной жизнью.
— Мама, у меня есть книги.
— Только не говори мне об этой ерунде в таком уважительном тоне. Эта макулатура слова доброго не стоит.
Анастасия поняла, что самое разумное — это просто замолчать и дать матери излить накопившееся раздражение. Так или иначе, но вопрос с поездкой был решен, и предстояло собрать и упаковать необходимые вещи.
  
2
 
Закинув на плечо спортивную сумку, Анастасия поднималась по лестнице. В подъезде, как обычно, пахло кошками. Слегка сморщив носик, Настя остановилась у знакомой двери, стараясь вспомнить, сколько звонков нужно сделать, чтобы дверь открыла Галина. Но дверь распахнулась сама.
— Что ты тут топчешься? Я тебя уже давно жду, видела, как ты шла через двор.
— Я никак вспомнить не могла, сколько раз нужно нажимать на ваш звонок.
— Ай, забудь об этом. Теперь все отменили.
— Как это тебе удалось?
— Случайно. Наша Зинаида Петровна уехала, поменялась с родственниками. Теперь в комнате ее внук с женой живет, а сама она после родственного обмена к дочери перебралась. Ее теперь воспитывает. Новые ребята — люди простые, мы с ними сразу договорились. Дверь теперь открывает тот, кто ближе находится, и Кир не переживает, если его друзья по ошибке количество звонков перепутают. Заходи. Как тебе удалось вырваться?
— О чем ты?
— Можно подумать, что ты не знаешь. Мама тебя не грызла?
— Галя!
— А что я такого сказала? Разве я не права?
— Нет.
— Ах ты, праведница моя! Всем давно известно, что с тех мор, как твоя мама ушла на пенсию, она воспитывает тебя одну до полного умопомрачения.
— Ну зачем ты так?
— Молчу-молчу. Проходи.
Галина провела сестру в комнату и стала лихорадочно собираться, быстро распихивая лишние вещи в шкаф и под подушку. Настя огляделась: после ее последнего визита в просторной комнате почти ничего не изменилось. Только у окна на книжных полках появилась стопка школьных учебников да около кровати Кира лежал запыленный школьный портфель.