Эксклюзивно для Его Величества (СИ)

К счастью, репетиция прошла легко, даже весело. И я предложила королю пройтись по поместью. Всё было таким красивым, зелёным, даже вода в небольшом озере казалась изумрудной.
— Если ты настаиваешь, — тяжело вздохнул Авизар и подставил локоть.
Хотелось мне сказать, что ни хр. на я не настаиваю, но вовремя прикусила язык. С недавних пор мне приходилось контролировать свою речь, а две фрейлины строго следили за тем, что я говорю. Но об этом позже. А пока мы с королём гуляли по парковым дорожкам и любовались старинным дворцом. Я не выдержала и спросила:
— Ты часто здесь бываешь?
— Второй раз, — ответил мужчина. — Первый раз был на похоронах.
Я удивилась, но не стала лезть ему в душу. Родители Авизара трагически погибли больше двенадцати лет назад: сбился портал, и их выбросило в горах, прямо в пропасть. Тогда ходило много слухов. Некоторые аврейцы обвиняли Авизара, что, дескать, он ради трона убил отца, а мать стала случайной жертвой. Было расследование. Слава богам, нашлись свидетели, которые видели, что король Ильнур открывал пространственный портал сам, Авизар в это время вообще был на занятиях в Академии прикладной магии.
Дорожка привела нас к невысокому мрачному зданию. Скорбные статуи у входа не оставляли ни единого сомнения, что мы возле усыпальницы Глаасадов. Король взял меня за руку и шагнул внутрь. Наши шаги гулко разносились по пустому залу. А от холода и сырости появилась «гусиная кожа». Авизар толкнул массивные двери, и я увидела лестницу вниз. По каменным плитам ступала осторожно, словно боялась спугнуть кого-то. Хотя в усыпальнице не было ни души. И это не образное выражение. Здесь действительно не оказалось ни одного призрака. В стенах склепа аккуратными рядами были сделаны ниши. Часть из них, ближе к выходу, пока оставалась пустой, и я старалась не думать о том, что когда-нибудь в одной из них обрету вечный покой. Другие ниши закрывали мраморные плиты с надписями и портретами тех, кто был там похоронен. Я остановилась возле первой: Ильнур. На изображении отец Авизара выглядел совсем иначе, чем в Кетемарской галерее. Там передо мной был король, здесь — обычный мужчина.
— Вы похожи, — заметила я Авизару.
Мужчина лишь дёрнул плечом и остановился около следующей гробницы, где покоились останки его матери.
— Софи, подойди, пожалуйста.
Когда я стала рядом, Авизар взял мою ладонь и приложил к мраморной плите. Обычный холодный камень. Я и не ждала посланий из Граней. Королеву упокоили так, чтобы нельзя было потревожить ни дух, ни тело. С портрета мне улыбалась женщина с русыми волосами, уложенными в популярную лет двадцать назад причёску. Королеву нельзя было назвать красавицей в привычном смысле этого слова, но в то же время она притягивала взгляд. У неё были самые красивые глаза, которые я только видела — большие, ярко-голубые и такие пронзительные! Вирджиния Глаасад. Авизар что-то прошептал на незнакомом языке.
— Что ты делаешь? — тихо спросила я.
— Знакомлю вас, — мужчина тепло улыбнулся. — Моя мама была очень добрая и нежная. Ты бы ей непременно понравилась.
Авизар на мгновение прижался лбом к портрету и, извинившись, торопливо вышел. Я осталась в усыпальнице и пошла дальше. Мёртвых я не боялась, а Авизару сейчас лучше побыть одному. А ещё я не могла не заметить, что он так и не подошёл к могиле отца. Почему? Что между ними произошло?
Я не спеша прохаживалась по коридору, рассматривала портреты Глаасадов, чувствуя оторопь от того, что меня окружают короли и королевы далёкого прошлого, видевшие рассветы и закаты эпох, становление нашего государства. Славные воины, выигравшие многочисленные битвы, и мудрые дипломаты, предпочитавшие мечу слово…
— Ты знаешь, возле кого остановилась?
Я подпрыгнула от неожиданности.
— Зар!!! Ты хочешь овдоветь до свадьбы?!
Мужчина прижал меня к себе.
— Не шути так!
— А ты не пугай! — я всё ещё не могла успокоиться. — Забыл, где мы находимся? Да я чуть не об…
— Всё-всё-всё! — он поцелуем закрыл мне рот. — Я понял. Извини, — и снова обнял.
 
А я смогла прочитать имя на плите.
— Нариман Фархи Глаасад. Это твой дед?
Авизар, криво усмехнувшись, кивнул и повёл меня на улицу. Какое-то время мы молча шли по дорожке. А потом я почувствовала, как нас окутывает магия.
— Не бойся, это Защитный полог, — пояснил король.
— Что случилось?
— Ничего. Не хочу, чтобы нас услышали.
Мы вышли на небольшой пригорок и остановились.
Со стороны казалось, что мы любуемся зелёным озером перед дворцом, но на самом деле я просто остолбенела от рассказа Авизара.
— …Когда-то давно ты спрашивала, почему меня воспитывали не как принца, а как обычного мага. Дело в том, что, останься я во дворце, меня убили бы, — мужчина нахмурился. — Академия прикладной магии славится не только тем, что там учились все Глаасады. Это учебное заведение гарантирует своим ученикам абсолютную безопасность. Каждый, поступивший туда, получает «печать» ректора и до окончания учёбы находится под его личной защитой. Никто не сможет причинить вред студентам. Ни один подосланный убийца не проберётся на территорию Академии.
— Тебе угрожали? — догадалась я.
— Да.
— Кто?
— Король Ильнур.
Я опешила.
— Как?! Он же твой отец!
Авизар шумно вздохнул.
— Ильнур мне не отец, в том-то и дело!
— Этого не может быть! — воскликнула я. — Королевские регалии — магические артефакты. И если бы в тебе не текла кровь Глаасадов, они не приняли бы тебя при коронации…
Авизар посмотрел на меня так, что я замолчала и больше не сказала ни слова, только слушала.
— Ильнур Глаасад не мог иметь детей. В молодости он спутался с гоблиншей и переболел вирстаем (венерическое заболевание — Прим. авт.), что ото всех тщательно скрывал. Через несколько лет на весеннем балу принц Ильнур увидел юную дебютантку — Вирджинию Сеймур. Он влюбился в неё, а впоследствии женился. Но, прожив с Вирджинией больше десяти лет, принц так и не смог зачать наследника. Для него и для аврейского короля Наримана эта стало настоящей трагедией. Как же, династия под угрозой!.. Принцесса послушно проходила все обследования, лечилась… только непонятно от чего. И в какой-то момент королевский лекарь, рискуя собственной жизнью, предположил, что причина бездетности в принце. Нариман поручил своим людям всё выяснить. Вот тогда и открылось бурное прошлое Ильнура и его последствия. Можешь себе представить, в каком шоке был король? Единственный сын, наследник трона — и бесплоден!.. И он придумал план. Отправил Ильнура с женой в загородный дворец, при свидетелях вручил им особое зелье, якобы доставленное из Междумирья. А ночью Нариман дал принцессе своё семя. Она забеременела и родила меня. Так что фактически король Нариман — мой отец, а Ильнур — брат.
Я натурально охр. нела. Стояла, хлопала глазами и не знала, что сказать. Авизар усмехнулся.
— …Поэтому регалии и признали меня. Крови Глаасадов во мне не меньше, чем в других… Какое-то время наша жизнь походила на сказку. Я был желанным ребёнком. Меня все любили, и я рос счастливым мальчишкой. Когда мне было одиннадцать, умерла бабушка, а через три года в Грани ушёл и дед. Ильнур занял аврейский трон.
Авизар замолчал. А я боялась слово сказать, только взяла его за руку и сразу же почувствовала, как сжались в ответ мужские пальцы.
— … Королева все эти годы хранила секрет моего рождения, чтобы не обидеть любимого мужа… Я не знаю, как он узнал правду. Может, догадался? Может, сам подозревал о своей бесплодности и решил провериться?.. Но факт остаётся фактом: Ильнур обвинил жену в измене. И моя мать рассказала, как всё было на самом деле. Артефакты подтвердили, она не лжёт. Но Ильнур взял себе в голову, что королева любила Наримана и моё зачатие было естественным. Он возненавидел нас всех. И особенно зверел, когда придворные говорили, что я на него похож. Король увлекался точными науками: математикой, физикой, а я тяготел к проклятийной магии… как мой дед. Но Ильнур не трогал меня, понимая своим извращённым мозгом, что трону нужен наследник.