О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)
– Ярл Балгруф, я полагаю, ты знаком с планом Банрион?
– Да, я готов сыграть свою роль…
Имперка втянула голову в плечи и шмыгнула в коридор, ведущий к опочивальням.
В спальне из полумрака на нее уставились три пары глаз. Некоторое время Банри в тишине устраивалась на спальнике, пока Лидия не решилась нарушить молчание:
– Мой тан, ну как?.. Получилось?
– Да, кажется.
– Круто, – оценил Маркурио. – Ты заставила Легион и мятежников не рвать друг друга в клочья до… кстати, а сколько продлится перемирие?
– До Середины Года. И я тут совершенно ни при чем. – Банри закуталась в одеяло. – Проклятье, если бы не Балгруф и не Арнгейр, ничего бы не вышло. Туллий с Ульфриком поливали бы друг друга дерьмом, пока всем не надоело.
Она легла и прикрыла глаза, но услышала легкое покашливание.
– Хотелось бы узнать, – проговорила Иллия, – для чего устраивать перемирие именно сейчас, когда все кругом говорят, что Империя побеждает. Никак не могу заподозрить тебя, Банри, в любви к мятежникам, потому мне немного непонятно, зачем давать передышку Братьям Бури.
Банри резко села и обвела взглядом три любопытствующие физиономии.
– Ну… Мне нужна была помощь Балгруфа в одном мероприятии, – промямлила она, – а он не хотел оказывать ее во время военных действий, пусть они и не у него под боком происходят.
– В каком мероприятии?
Танша кашлянула.
– Понимаете… Я хочу поймать дракона.
====== Акт III. Глава 1. Падший. Часть 6 ======
Парочка колдунов и хускарл были настолько поражены рассказом Банри, что утратили дар речи. Танша ждала довольно долго, но так и не услышала никаких комментариев, ни вечером, ни на следующий день. Зато Балгруф сразу после завтрака бодро объявил:
– Вайтран встанет на твою сторону, Драконорожденная. Мы примем на себя риск и обретем славу, будь то победа или поражение!
Банри забубнила слова благодарности, а ярл потер ладони и вопросил:
– Так, каков план? Как ты собираешься заманить дракона в ловушку?
– Пока не знаю, – призналась имперка. – Но я знаю, кто может с этим помочь.
– Ну… это я оставляю тебе. Думаю, разберешься. И так даже лучше. Отсрочка даст мне возможность проверить, работает ли старая ловушка – и поговорить с людьми.
– Да уж, люди – это главное, – вздохнула Банри и, извинившись, вышла из-за стола.
Удаляясь из трапезной, она слышала, как Иллия робко спросила:
– Драконий Предел построили, чтобы держать там дракона?
– Согласно легенде. Хотя мне никогда не приходило в голову проверить, правда ли это, – проговорил Балгруф и пустился рассказывать историю, которую Банри уже слышала из разных источников: – Это был ярл Олаф Одноглазый, он потом стал Верховным королем. Говорят, он Криком принудил дракона к покорности в единоборстве на горе Антор и притащил в Вайтран. Дракона звали Нуминекс. Это его череп украшает главный зал.
Банри вышла во внутренний двор, запахивая поплотнее кожух, и направилась к ступенькам, ведущим к Партурнаксу. Если кто и может придумать, как заманить дракона в ловушку, то он. В конце концов, вся затея с поимкой принадлежит старику.
Партурнакс восседал на прежнем месте. После обмена любезностями, Банри, запыхавшаяся после нелегкого пути, прислонилась к заснеженной Стене Слов и сказала:
– Ярл Балгруф согласился-таки предоставить свой замок в качестве ловушки. Теперь у меня другая проблема – нужно найти способ заманить какого-нибудь дракона в Драконий Предел. Есть идеи?
Партурнакс величаво кивнул и прогудел:
– Гм-м, да. Я думал ровно над этим вопросом. LINGRah MORah. Я слышу голоса союзников Алдуина в ветрах. POGaaN NahLaaS, VOKRii Yah JUN. Есть среди них один, кого я хорошо помню. Одавинг. Это ему предстоит рассказать нам, куда ушел Алдуин.
– Хорошо, мы знаем его имя. Как это поможет мне… э… пригласить его в Драконий Предел? Выйти на улицу и проорать: «Эй, Одавинг, лети сюда»?
Дракон издал утробный звук, позже Банри поняла, что это он так смеется.
– А, я забыл, как мало ты знаешь о DOV. Да, примерно так и нужно его вызвать. Наши имена всегда состоят из трех ROTMULaaG.
Имперка на мгновение растерялась и тут же сморщилась, кляня собственную недогадливость. Десятки, а то и сотни раз она произносила драконьи имена – вслух и про себя – и только теперь, после подсказки поняла, они – тоже Крики по сути своей.
Партурнакс, увидев, что ученица уяснила, что к чему, закивал:
– Видишь, PaaR-THur-NAX – это THu’uM, Крик, да?
– Поня-ятно, – пробормотала имперка. – То есть, он действительно услышит меня, если я позову его правильно. Только с чего ты решил, что он непременно явится на зов?
– Он не обязан приходить, но DOV горды от природы. Немногие отринут такой вызов, особенно от тебя.
– Да что я такого…
Партурнакс мотнул головой, и Банри умолкла.
– Но Одавинг, он… своевольный? – словно подбирая слова, продолжил дракон. – BOZiiK. Даже среди DOV он этим известен. Он не устоит перед твоим вызовом, DOVahKiiN. Он придет. Теперь – слушай его имя. ODAhViiNG. Лови его в ветре. OD-Ah-ViiNG. Познай его своим Su’uM. OD-Ah-ViiNG!
В голове зашумело. Банри прижала ладони к вискам и прикрыла глаза. На веках изнутри словно отпечатались мерцающие глифы. Крылатый Снежный Охотник, гласили они.
– Вот так, – удовлетворенно заключил Партурнакс. – Теперь действуй.
По возвращении в Вайтран Балгруф сказал:
– Повремени недельку. Или две. Разберусь с ловушкой, и еще мне надо народ убедить в том, что наша затея бредовая – необходима. Я пошлю за тобой, когда время придет. На всякий случай будь готова.
Банри послушно кивнула и ушла домой.
Через несколько дней она поняла, что отношение Лидии к ней слегка поменялась. Хускарл почти сторонилась хозяйки, а в редкие моменты, когда они оказывались вдвоем хотя бы на час, смотрела на Банри с откровенным страхом. Возможно, это началось еще в Высоком Хротгаре, но имперка заметила только теперь.
Иллия с Маркурио тоже, казалось, ее избегали. Банри готова была поклясться, что как-то видела мага на рыночной площади, но он быстренько скрылся где-то среди домов.
Как-то утром в дверь постучали. Банри открыла и увидела мнущуюся на пороге Иллию, одетую для дороги. За руку ведьмы цеплялась, испуганно выглядывая из-за ее спины, какая-то девочка, тоже облаченная в добротный тулупчик.
– О, привет, – обрадовалась Банри и посторонилась, – проходите.
– Нет-нет, – быстренько сказала Иллия, – мы ненадолго. Попрощаться. И еще, если не возражаешь, я бы хотела выкупить у тебя Бусинку.
Она протянула мешочек с деньгами.
– Убираетесь из города, пока не стало слишком жарко? – уточнила Банри после растерянной паузы. – Понимаю.
Иллия тяжело вздохнула и проговорила, обращаясь, видимо, к порогу «Дома теплых ветров»:
– Будь я одна, я бы осталась и поддержала тебя в твоем… деле, но теперь я еще должна думать о Люсии, – она покосилась на потупившуюся девочку, – и не могу рисковать ее жизнью.
– Подождали бы до весны, – вырвалось у Банри, – чем сейчас по сугробам корячиться.
Иллия на мгновение всунулась в проем, чтобы забросить плату за лошадь на столик у двери, и быстро отступила. По выражению ее лица Банри поняла, что ведьма не сильно верит, что Вайтран достоит до весны.
– Маркурио тоже уходит? – вдруг осенило таншу.
Иллия отвела глаза, а Банри хмыкнула:
– Что ж, понятно. И даже не хватило духу, чтобы сказать последнее «прости». – Она сглотнула комок в горле и хрипло сказала, кривовато улыбнувшись девочке: – Что ж, удачи вам тогда. Постарайтесь не замерзнуть в снегу.
Ведьма порывисто обняла ее и порысила к воротам, увлекая за собой Люсию. Девчонка едва поспевала. Банри таращилась им вслед до тех пор, пока парочка не скрылась из виду, а сама она не осознала, что изрядно замерзла.
Имперка зашла в дом и прикрыла дверь. Обхватив себя руками и потирая озябшие плечи ладонями, она встретилась взглядом с молчащей Лидией и спросила: