О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)

Когда руки перестали трястись чересчур сильно, Банри полезла в мешок за зельями. Заодно раздала пузырьки колдунам, которые, опустошив их, несколько повеселели. Вернее, повеселел только один Маркурио, Иллия мрачно таращилась в темноту, поджидая каких-нибудь неприятностей.
– А что если там полно таких? – спросила она.
– Тогда нам крышка, – отозвалась Банри, завязывая лямки.
Чувствовала она себя несколько лучше, но все равно желание свернуться клубком и уснуть никуда не делось. Маркурио потер подбородок.
– У тебя еще есть зелья в запасе? – Готтлсфонт кивнула. – Тогда у нас есть шанс. Постараемся вне стычек расходовать их экономно. – Он задрал голову, глядя во мрак наверху. – К тому же, вернуться-то мы все равно не можем.
Банри промолчала. Если б только у них были веревки достаточной длины... Женщина с кряхтением встала. Если продолжать думать в том же направлении, так окажется, чего доброго, что она сама ничуть не лучше пресловутого Суллы Требатия, которого имперка никогда не видела, но уже заочно презирала. Единственная разница – в количестве людей, которых они оба привели в это место на убой. Немного грел душу факт, что Лидию удалось отшить – хоть она не сгинет в этих подземельях.
Труп фалмерки скатился вниз по пандусу. Маркурио, сменивший Банри на лидирующей позиции, перевернул мертвую тварь ногой и склонился над ней, светя подобранным факелом.
– Ну и чучело, – сообщил он подошедшим спутницам и скользнул взглядом по телесам ведьмы – наряд ее, собранный из хитиновых корусовых пластин, был весьма открытым. – Хотя сиськи зачетные, – оценил маг со знанием дела.
Это точно. Объемы конкретно этой фалмерской женщины были весьма выдающимися. Банри фыркнула, краем глаза заметив, как Иллия уставилась на свою грудь, скрытую курткой, потом перевела взгляд на покойницу и тихонько вздохнула.
– У кого чего болит, тот о том и говорит, – отметила Готтлсфонт. – Надеюсь, когда мы в следующий раз с такой встретимся, ты не оплошаешь.
– Ты че? – возмутился маг. – Я тебе не извращенец какой. Стану я с такой путаться. Ну если только ты мне доплатишь...
– Вообще-то я о том, чтоб ты, пялясь на титьки, не проворонил заклинание, – пояснила Банри, – но мне нравится ход твоих мыслей. Насчет доплаты, это вряд ли, но вдруг организм потребует, так ты не стесняйся. Мы все понимаем. Могу одолжить пустой мешок.
Иллия тихонько засмеялась, а Маркурио побагровел:
– Шуточки твои! И вообще: нахрена мешок?!
– Я не шучу. А мешок – чтоб подружке на башку нацепить, так, думаю, лучше пойдет. – Банри поправила рюкзак на спине. – Ладно, давайте к делу. Вряд ли теперь в Альфтанде остался хоть один фалмер, который не знает о нашем присутствии, так что держитесь. Старайтесь атаковать первыми.
Фалмеры на этом участке пути закончились, хотя Банри все еще слышала голоса, доносящиеся снизу, видимо, со дна пещеры. Прямой дороги вниз больше не было – последний мост привел путников к двемерской конструкции, проему, ведущему в недра земли. Правда, для начала пришлось миновать столб пламени, вырывающийся из пробитой трубы точно над проемом.
– Клянусь Джулианосом, – проворчал Маркурио, только что обошедший огонь по краешку моста, – это место словно специально чинит нам препятствия. Это все слишком для обычных покинутых руин.
– То ли еще будет, – пробормотала Готтлсфонт, подходя к закрытым дверям, – у меня крайне неприятное подозрение, что это все цветочки – ягодки впереди.
– Вот вечно ты настроение портишь!
– Просто я стараюсь готовиться к худшему и надеяться на лучшее.
– Надеяться на лучшее? Ну-ну. – Маг перевел разговор на другую тему: – Эти фалмеры, похоже, достаточно сильны в магии. Тут у них и заклинания Разрушения, и призывное оружие, и обереги. Не всякий прошедший обучение в Коллегии Винтерхолда на такое способен.
– Моя мать говорила, это потому, что нынешние маги и обучение магии сегодня вообще ничего не стоят, – проговорила Иллия, – поэтому она и решила обратиться к ворожеям, они практикуют старую школу.
 
– Скорее дряхлую, – закатил глаза волшебник. – Но доля истины в ее словах имеется. Сейчас чему-то годному могут научить лишь эльфы, которые прошли обучение хотя бы в имперской Гильдии Магов в прошлой эре. Синод и Коллегия Шепотов вообще никуда не годятся.
– А винтерхолдская Коллегия? – спросила Банри.
– Уж получше, чем «наследнички» Гильдии. Я же говорил тебе: хочешь развить способности, попробуй пробиться туда.
– Я там уже была, – нехотя произнесла имперка, – не по учебе. Я вот что хотела спросить: кто-нибудь из вас умеет призывать... хоть чего-нибудь.
– Я не умею, – сказал Маркурио, и Иллия также отрицательно покачала головой. – Хотя было бы круто призвать на помощь в трудную минуту какого-нибудь атронаха, – продолжил маг. – А что?
– Я... – Готтлсфонт смущенно кашлянула, – знаю заклинание призывного лука. В теории. На практике же...
– Что, лук в тебя саму стреляет? – заржал парень.
– Ну, не так все плохо. Я не могу долго его удерживать. Дольше десяти секунд. Рекорд – полминуты. А было бы здорово освоить по-настоящему, мне надоело таскать с собой оружие и следить за ним...
Волшебник покивал.
– Тебе следует больше тренироваться. Конечно, как говорят, большую роль играет предрасположенность к школам, в данном случае – к Колдовству, но призывы доспехов и оружия из колодцев Забвения не самые трудные сами по себе, их при желании и должном старании может освоить практически любой человек с кое-каким магическим потенциалом. – Он помолчал, наморщил лоб и спросил: – А почему ты начала с лука? Это заклинание сложнее, чем, скажем, призыв меча. Почему бы не научиться сначала призывать клинки?
Банри растерянно почесала в затылке.
– Не знаю... Просто Фаренгар – придворный маг в Вайтране – однажды показал мне свои учебники, я и выпросила у него вот это. Я же говорю, мне лук больше по душе.
– Начни с меча, – авторитетно проговорил Маркурио, поворачиваясь к двери. – Лишним не будет, а практика – наше все.
Иллия, все это время молчавшая, вдруг спросила:
– А вот интересно, допустим, ты призвала лук, так это что получается, какой-то даэдра где-то в Обливионе лишился своей амуниции?
Готтлсфонт в замешательстве пожала плечами. Раньше она над этим вопросом не задумывалась, хотя тема и впрямь была интересная. Но Маркурио, только что изучавший дверь, замер на секунду, а потом испустил сдавленный смешок.
– Очень весело, – сообщил он, – прям обхохочешься.
Обе женщины недоуменно смотрели на волшебника, и тот повернулся к спутницам всем корпусом.
– Да ладно, – протянул он. – И впрямь не в курсе? Да уж, магическое образование нынче совсем никакущее. Призванное оружие и доспехи, – назидательно сказал Маркурио, – суть младшие даэдра, обращенные в части брони или луки с мечами, секирами, топорами, (или что там еще?) здесь, в Мундусе.
– Подожди, – не поняла Банри, – то есть, когда я призываю лук, то появляется какой-то демоненок, которому заклинание придало вид лука?
– Угу. – Волшебник засмеялся. – Пикантнее всего с доспехами, прикинь, призвала ты себе кирасу, а это на самом деле какой-нибудь скамп прижимается к твоим си... ти... короче, к ним.
– К груди, ты хотел сказать.
– Ага, к ней самой. Потому и нужен навык Колдовства даже для такого. Если б мы могли просто предметы из Обливиона вытаскивать, куда проще бы было, но по некоторым причинам это невозможно.
– Интересно почему? – проворчала Иллия.
– Сие мне неведомо, – признался маг, – нужно у специалистов этой школы спрашивать.
После прохлады пещеры, где вовсю гуляли сквозняки, пространство за распахнутыми дверями показалось удушающе жарким. В факеле нужда отпала – впереди был виден свет, как зеленоватый, от двемерских ламп, так и насыщенно-оранжевый – явно от огня. Маркурио сходу взял быстрый темп, но Банри в последний момент схватила его за рукав.