О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)

Парочку волшебников за те минуты, что Банри провела с компаньонкой, любопытство развело по самым дальним уголкам верхнего яруса пещер. Готтлсфонт дошла до останков костра, обозрела сваленные в кучу и покинутые вещи и попыталась унять мгновенно вспыхнувшую злость. Оранжевые блики на ледяных стенах в глубинах ледника сигнализировали, что спутники ушли недалеко. Имперка отправилась на поиски, но почти сразу столкнулась с возвращающейся Иллией.
– Я же просила не расходиться, – тихо сказала Банри и стиснула зубы в попытке не выдать истинных чувств.
– Я знаю, прости. Но тут интересно, да и... холодно просто так-то сидеть.
– Могли бы огонь развести...
– У нас нет огнива, – терпеливо напомнила Иллия. – Всю дорогу до сегодняшнего дня костер разжигала ты, при помощи заклинания. И, честно говоря, неважная это идея – разводить большой огонь в пещерах.
– В ледяных пещерах.
– Не вижу большой разницы. Тебе не приходило в голову, что эта несчастная экспедиция могла просто угореть тут в полном составе?
Банри покивала.
– Приходило, когда я первый сложенный костер увидела, но потом я еще увидела вот это. – Она ткнула пальцем за спину волшебницы. Черные кляксы мерзлой крови никуда не делись за прошедший месяц. – Допустим, они угорели, а куда трупы делись? И кровища, наверное, сама собой тут объявилась.
– Ну... да, – смущенно отозвалась девушка, – выходит, не угорели. Не успели.
– Там еще кости есть, если ты не заметила. Череп похож на человеческий. В котелке... да, до сих пор лежит.
– Ну подумаешь, кости... Мало ли что могло произойти.
Готтлсфонт покачала головой.
– В каком дивном месте ты обитала, раз даже предполагаемое людоедство тебя не смущает. Кстати, про людоедство: что-то Маркурио задерживается, как бы кому на корм не пошел... Ах, да вот же он.
Маг объявился из глубины пещер с факелом в одной руке и неким предметом в другой.
– Вот чего нашел, – торжественно сообщил он.
– Что за книга? – поинтересовалась Иллия, первой разглядевшая подробности.
– «Кимервамидиум»! – Маг с восторгом таращился на находку. – Это довольно старая копия одной из «Древних легенд двемеров» Маробара Сула...
Банри подняла брови.
– Вот как?
– Ага...
Имперка аккуратно вытянула книжку из пальцев Маркурио.
– А я тут отыскала только академическую литературу о двемерах, да и то без первых томов. Нашла в этих же тоннелях, только уровнем ниже. Интересно... Ладно, вернемся к делу: кто-нибудь из вас пытался добраться до нижних уровней?
– Не то чтобы мы пытались, – отозвалась Иллия, – скорее просто посмотрели, куда ведут тоннели. Вниз есть скат, в котором кто-то прорубил маленькие ступеньки.
– Ступеньки прорубила я, хотя и не назвала бы их так. Короче, у меня предложение: пусть Маркурио спустится вниз, а мы передадим ему вещи.
– Во-первых, почему спуститься должен именно я? – недовольно спросил маг. – Во-вторых, зачем передавать, если можно просто скатить их?
– Там внизу все кровью заляпано, пусть и замерзшей. Хочешь потом спать в грязном спальнике?
– Ладно, убедила. Пошли, что ли?
Когда пожитки переместились на уровень ниже, к криво сколоченной перегородке, где Банри впервые четко услышала голос Дж’дарра, имперка почувствовала, что окончательно выдохлась: мышцы болели, голова была тяжелой, а желудок требовал пищи. Судя по выражению лиц ее спутников, они испытывали схожие ощущения. Готтлсфонт отыскала в одном из своих мешков зелья нужного действия и раздала их товарищам.
– Примите это. Полегчает на пару часов. Нам нужно добраться до входа в город и осмотреться там.
– Далеко еще? – спросил Маркурио. – Этот лед у меня уже в печенках сидит.
– Через поворот окажемся в коридоре, выстроенном двемерами. Он, правда, тоже обледенелый, но не целиком.
Зелья худо-бедно действовали, и частично сняли усталость. Спустя несколько минут троица прибыла в зал, где Банри нашла книги про гномов и дневник волшебницы по имени Вали. Дневник не был подписан, Готтлсфонт определила авторство методом исключения. Она показала спутникам покинутый спальник, кровь вокруг и проговорила:
 
– Если верить записям, нас тут ждут не только автоматоны. Есть у меня подозрения, что в Альфтанде обитают фалмеры.
– Да, – тихо сказал Маркурио, – я слышал, они часто встречаются в двемерских руинах, хотя сам никогда их не видел.
– Зато я видела. Хоть и не в двемерских руинах.
– А где тогда?
Банри вкратце рассказала о приключениях в районе Черного Брода и заключила:
– Если честно, я подозреваю, что нам с Лидией сильно повезло – мы выбрались оттуда почти невредимыми и даже спасли пленника. Я слышала, эти твари крайне опасны. Хотя, возможно, все эти россказни – большое преувеличение. А может, и наоборот. В любом случае, полагаю, друзей в Альфтанде мы не найдем, так что будьте начеку и атакуйте любой шевелящийся объект без разговоров.
Иллия вздохнула:
– Я тоже кое-что слышала про фалмеров. Говорят, они любят, когда холодно, значит, моя магия им вообще не повредит.
– Острая и твердая сосулька повредит кому угодно из плоти и крови, если он еще жив, – отрезала Готтлсфонт. – Не глупи. Как увидишь лысого гоблина, сразу ему такую ледышку промеж глаз, и одной проблемой меньше.
– Как скажешь, – улыбнулась девушка.
Маркурио по мере продвижения осматривал, как и Банри ранее, каждого сломанного паука, но гнезда для камней душ были пусты, как и небольшая емкость, куда помещались добытые рабочими автоматонами ресурсы. Всякий раз он обиженно косился на Банри и громко сопел, демонстрируя свое недовольство.
– Может, хватит? – спросила имперка в конце концов. – Мне требовались деньги, ясно? И вообще, с чего бы это я должна оставлять тебе какие-то трофеи? Ты вон из Аванчнзела все подчистую выволок.
– Не ври! – возмутился маг. – Я взял совсем чуть-чуть, а вот ты горсть драгоценных камней тиснула, и еще боевой молот присвоила!
– Он был мне нужен, чтобы отбиваться от автоматонов. Отстань. Лучше смотри под ноги, тут опять будет тоннель во льду.
Место схватки с ненормальным каджитом выглядело так же, как и в прошлый раз, когда Банри его покинула. Дж’дарра не было видно, ни живого, ни мертвого. Зато тело его брата лежало на спальнике, уже в достаточной степени разложившееся – хоть кругом и был ледник, поток более теплого воздуха из недр Альфтанда делал атмосферу чуть более пригодной для жизни, но и для тления тоже. Запах соответствовал виду. Маркурио, первым выскочивший в ледяную комнатку, закашлялся и отшатнулся с ругательствами, но Иллия невозмутимо склонилась на покойником, изучая пробитый кошачий череп.
– Это ты его так? – спросила она Банри.
Готтлсфонт перешагнула через труп, наклонилась и подобрала маленькую книжечку, покоившуюся у останков головы Дж’зара, которую не заметила в прошлый раз. Держать приходилось двумя пальцами, чтобы не запачкаться – трупная жижа изгваздала спальник и натекла под обложку.
– Его брат, – отозвалась она, аккуратно подцепляя кончиком пальца страницы, одну за другой.
Каджит зашёл в тупик. Я подписал нас с Дж’дарром на эту экспедицию, чтобы попробовать его отвадить от скумы. Я взял с собой небольшой запас, чтобы постепенно его отучивать, однако буря зажала нас в леднике на целые недели.
–––
Другие ещё не смекнули, что покрытый мехом не должен так трястись от холода, однако у меня закончилась вся скума, что я взял, и Дж’дарру становится всё хуже. Ему стали мерещиться какие-то существа, выходящие из-за льда и развалин, а другие начинают подозревать его в исчезновении Вали, но я знаю, что он никогда бы такого не сделал.
– А брат куда подевался? – спросил Маркурио, нашедший в себе мужество приблизиться к трупу.
– Не знаю, – пробормотала Банри, глядя в исписанные листы. – Он был рядом с останками, когда я его нашла, но он, видать, совсем поехал от скумы, вернее, от ее отсутствия. Набросился он на меня, короче. С топором.