Прятки: игра поневоле (СИ)
- Так говорите, там была одна бумага... - протянул губернатор. - И где же она сейчас?
- У моего отца, разумеется... - пожала я плечами.
- И все же я думаю, что вы не сказали мне всей правды... - мужчина продолжал гнуть свое. - При нем должны были находиться еще две бумаги...
- Может, и находились, только мне об этом ничего неизвестно. Конечно, вы можете отправить людей на поиски тела господина Тадео, но они вряд ли хоть что-то отыщут. Дело в том, что неподалеку от того места стоит поселок индейцев...
- Они могли обшарить тело погибшего?
- Исключено - к таким несчастным, кого убила ламия, те люди опасаются даже прикоснуться. Ламия высасывает человека досуха, и от него остается только сухая оболочка. Местные жители, когда встречают такой высохший труп, разводят рядом костер и крючьями или палками затаскивают на него сухое тело, и находятся рядом с костром до того времени, пока от тела ничего не останется. Так что уверена - от моего супруга осталась только горсть пепла.
Вообще-то тут я несколько приврала: как рассказал Леон, то племя, тотемом которого является ламия, не сжигает жертв ламий, а складывает высохшие тела в пещеры, но господину губернатору об этом знать не стоит.
- Вы много узнали о ламиях.
- О таких вещах известно подавляющей части старателей.
Мужчина какое-то время молчал. Конечно, он мечтал о том, что долговые расписки сгорели вместе с Тадео, но это было бы слишком удачным выходом из того непростого положения, в котором оказался высокопоставленный красавец. Немного помолчав, он решил предпринять еще одну попытку узнать еще что-то о своих ценных бумагах.
- Я могу быть с вами откровенен?
- Разумеется!.. - я изобразила на лице должный восторг от оказанного мне высокого доверия.
- Эти бумаги для меня очень важны, и если они каким-то образом отыщутся, то в будущем вы можете рассчитывать на мою всемерную помощь и покровительство.
- Право, не знаю... - я сделала небольшую паузу. - В семье Монте я прожила совсем недолго, но кое-что из нравов той семейки успела понять - они доверяют только своим. Наверняка с Тадео в Делф приехало несколько человек, и если кто-то из них с того времени покинул Делф, то этот человек почти наверняка увез те бумаги с собой. Понимаю, вам неприятно это слышать, но ничего другого мне в голову не приходит.
Губернатор молчал. Не знаю, о чем он думал, но вскоре заговорил вновь.
- Вы очень красивая женщина, но у меня все одно не укладывается в голове, отчего Тадео решил жениться на вас, когда у него, можно сказать, уже была невеста, причем из числа тех, за руку которых между кавалерами идет борьба...
- Сомневаетесь, что у нас действительно была свадьба? У меня есть свидетели: священник, который нас венчал, мои родственники, присутствующие на свадьбе, экипаж "Серебряного ветра", спасший меня из воды, господа Оррис, приютившие у себя...
- Что ж, неплохо... - судя по лицу господина губернатора, он уже прикидывает, каким образом можно прижать отца Тадео, чтоб тот не напоминал почтенному аристократу о долговых расписках.
- Господин губернатор, возможно, я скажу вам странные вещи, о которые я ранее никому бы не обмолвилась...
- Я весь внимание.
- У меня нет доказательств, но... Поинтересуйтесь прошлым семейства Монте - у них полно секретов, о которых лучше никому не знать. Я услышала обрывок разговора Тадео со своим отцом... Не могу утверждать наверняка, но там и до меня там были девушки, которые вскоре пропадали после тайной свадьбы: похоже, у мужчин этой семьи имеется великий грех - развлекаться с красивыми девушками, а потом избавляться от них. Кажется, это щекочет нервы мужчинам того милого семейства.
- Интересно... - протянул губернатор, у которого к этому времени немного улучшилось настроение - похоже, он прикидывал, что если все сказанное мной окажется правдой, то следует заняться шантажом богатых торгашей. - А не боитесь, что те тайны выйдут наружу? Вы по-прежнему носите их имя, и имеете право на имущество погибшего супруга...
- Ничего я не имею. Чтоб вы знали: весь торговый дом принадлежит Салазару Монте, отцу Тадео - таковы правила в этой семье. У Тадео нет ровным счетом ничего, так что наследовать мне нечего. Подобное положение дел меня вполне устраивает - не хочу больше видеть никого из той семейки и слышать о них тоже ничего не желаю...
Наш разговор длился еще с полчаса, после чего меня вновь отвезли в городскую тюрьму, только в этот раз выделенная мне камера куда больше напоминала гостиничный номер - кровать, стол, стулья, да и оконце было побольше. Впрочем, там я не задержалась, потому как вечером меня выпустили, дав на прощание добрый совет как можно быстрее покинуть Делф. Вообще-то я и сама намеревалась это сделать, и потому без задержки отправилась в "Капитанский штурвал", где меня с нетерпением ждали Леон с Эдгаром.
- Ну, как все прошло?.. - спросила я, когда за мной закрылась дверь комнаты.
- Как и следовало ожидать... - усмехнулся Леон. - Сюда заявились несколько человек, которые потребовали вернуть футляр со всем содержимым, а для острастки мне пообещали самые жуткие кары. Ну, я немного поломался, но потом отвел их в банк, где и оставил на хранение футляр. Наверняка господин губернатор будет несколько разочарован, ведь он получил назад долговую расписку всего на тысячу золотых, а желал вернуть обе. Потом нас с Эдгаром допрашивали - сравнивали наши показания, после чего выставили вон - противоречий не обнаружили, а раз так, то мы больше никого не интересуем. Да и ты, судя по всему, рассказала губернатору все, что знала, ответила на все интересующие его вопросы, так что задерживать тебя в Делфе он не намерен.
- А вторая долговая расписка...
- Хозяин "Серебряной звезды" пообещал переправить ее господам Оррис, а те уж сумеют если не получить по ней деньги со всеми причитающимися процентами, то сделают все, чтоб кресло под здешним губернатором затряслось как можно сильней. Этот человек обложил всех данью, чувствует себя полновластным владыкой здешних мест, и настолько всем надоел, что любой здешний торговец охотно даст показания против него. Впрочем, не только они, но и все в Делфе вздохнут с облегчением, если господин губернатор слетит со своего поста. Не думаю, что самовлюбленный красавец очень долго останется при власти. Но сейчас для нас важнее другое: завтра с утра из Делфа уходит корабль, и я купил вам места на нем.