Прятки: игра поневоле (СИ)
- С кем?.. - не поняла я.
- С тукком. Сейчас его увидишь...
И верно: в поломанной траве лежало непонятное создание размером с большую собаку - короткая пятнистая шерсть, покрытые чешуей когтистые лапы, шея, обтянутая зеленоватой кожей, короткий чешуйчатый хвост... Но больше всего удивляла голова зверя, которую Глаз отрубил от тела - она, эта самая голова, невероятно походила на змеиную. Даже сейчас, лежа в небольшой лужице розовой крови, голова все еще открывала рот, покрытый короткими острыми зубами.
- Пакость какая... - поморщилась я.
- Ты даже не представляешь, какая это пакость... - покачал головой Эдгар. - Не вздумай приближаться к ней - мало ли что можно ожидать от тукка... Глаз, могу только развести руками от удивления - поражаюсь, как ты эту тварь не только заметил, но и прикончить сумел, да еще и умудрился остаться невредимым!
- Глупый вопрос... - пробурчал Глаз, но было видно, что искреннее удивление Эдгара ему по душе. - Я ж охотник, и хороший охотник.
- Странный какой-то зверь... - я рассматривала лежащее на земле странное существо. - Тело зверя, а голова змеи...
- То-то и оно... - кивнул Глаз. - Тут не только пакостный внешний вид...
Оказывается, этот самый тукк считается одним из самых неприятных представителей здешней фауны. Затаившись в подходящем месте, он терпеливо поджидает добычу, а увидев ее, выплевывает в жертву целое облако невесомой слюны. Слюна тукка в воздухе мгновенно превращается в пыль, которая окутывает добычу, причем через несколько мгновений эта мельчайшая пыль начинает затвердевать, и менее чем через минуту жертва оказывается словно покрыта тонкой коркой, которая не дает возможности двигаться и шевелиться. Получив в свою власть обездвиженную добычу, тукк съедает ее, вернее, есть, сколько может вместить его желудок (а влезает в него немало), после чего отправляется спать, а после того, как проснется через несколько дней, вновь отправляется на охоту. Тукк хорошо прячется, обладает невероятной быстротой, очень силен, и убить его непросто. К тому же он очень живуч, так что единственная возможность наверняка разделаться с ним - отрубить ему голову. Понятно, что сделать подобное, и при этом не пострадать, может далеко не каждый охотник. Хорошо еще, что этот опасный зверь встречается достаточно редко.
- Интересно, на кого из нас тукк напал бы первым?.. - спросила я.
- Если перед ним появляется несколько возможных жертв, то этот зверь обычно нападает на последнюю... - проворчал Глаз. - Так что тебе, Леон, повезло - считай, что я отплатил тебе за то, что ты меня когда-то спас. Плохо другое: мы прошли совсем немного, но уже пришлось пролить кровь, и на ее запах могут прибежать и те, кто сейчас спит. Не мне вам пояснять, к чему это может привести. Конечно, кто ж мог знать, что тукк окажется на нашем пути, но тут уж ничего не поделаешь.
- Предлагаешь пойти назад?.. - поинтересовался Леон.
- Решать тебе... - пожал плечами Глаз. - Но возвращаться - это плохая примета.
- Идем дальше... - чуть поколебавшись, произнес Леон.
- Верно, мы и без того тут слишком задержались.
В этот момент я подумала: а ведь Леон поступил правильно, когда все же решил взять с нами Глаза. Разумеется, его человеческие качества находятся далеко не на самом высоком уровне, но как охотник, он, бесспорно, очень хорош.
Вновь тропинка шла меж высокой травы, и хотя я пыталась стать более внимательной, это у меня получалось далеко не лучшим образом. Впрочем, мужчины понимали, что толку от меня немного. А эти заросли - место, и верно, весьма обитаемое, во всяком случае, среди высоких стеблей я то и дело замечала птиц и мелких зверьков, которые убегали при виде нас. Несколько раз на тропинку перед нами выходили какие-то звери, которые, глядя на нас, рычали, вздыбив шерсть на загривке, но нападать никто из них не стал. Ну и хорошо, так поневоле и вспомнишь слова Глаза о том, что эта тропинка считается сравнительно безопасным местом. Правда, Леон, идущий последним, то и дело оглядывался назад, проверяя, не идет ли кто следом за нами. Не знаю, может, он кого-то и заметил, но нам об этом ничего не говорил.
Каюсь: все выглядело так спокойно, что я даже немного успокоилась, и потому для меня оказался полной неожиданность крик Леона:
- Гвен, пригнись! И наверх не смотри!
За последнее время я избавилась от привычки лишний раз задавать вопросы, и потому без слов присела, втянув голову в плечи. Все остальные, кроме Глаза, поступили так же. Все, что я успела заметить, так это какую-то странную птицу, которая стремительно пролетела над нами. Прошло еще несколько мгновений, и птица вновь рассекла воздух над нами, и я инстинктивно прикрыла голову руками. Еще несколько мгновений - и до моего слуха донесся тонкий визг, перешедший в жалобный писк.
- Не поднимайтесь!.. - раздался голос Глаза. - Главное - свои глаза прикрывайте!
Ну, нет - так нет, тем более что понапрасну такие команды не раздаются. Прошло, наверное, не меньше минуты, пока Глаз вновь не подал голос.
- Все, можете подняться.
Как оказалось, причиной переполоха оказалось некое существо, которое я минуту назад приняла за птицу. Зато сейчас, увидев лежащее на траве создание, в первое мгновение я решила, что вижу перед собой очень большую летучую мышь, но почти сразу же поняла, что ошибаюсь. Это существо чем-то напоминало маленькую уродливую обезьяну, но с крыльями, как у летучей мыши. Однако не это было самым удивительным, а то, что у этой хм... обезьянки на месте рта находился очень длинный и острый клюв, похожий на тонкую спицу. Сейчас это непонятное создание лежало на земле, из его тела торчал нож, и лишь редкие подергивания уродливых лап давали понять, что это летающее существо находится на последнем издыхании.
- Надо же, какой уродец!.. - вырвалось у меня.
- Есть такое дело... - согласился Эдгар. - Похоже, до сегодняшнего дня ты никогда не видела этого кровопийцу.
- Впервые вижу! Это еще кто такой?
- Скажем так - далеко не самый лучший обитатель Делфа. Местные жители эту тварь на дух не переносят!