Из рода Бурого Медведя. Том 1 (СИ)

Взяв в правую руку короткий меч, я выхватил левой обрез и пошёл в сторону врага. Пятеро наших бойцов уже сошлись с ними в рукопашную, перед этим немного постреляв. Подростки с холодняком были ранены, но прыти своей не убавили, как есть волчьи дети и… полуволки? Я прыгнул вперёд ослепляя одного из них огненной стрелой, рубанул его по шее… Хлынул кровь. 
Удар по голове. Потемнело в глазах, по лицу стекло что-то тёплое и вязкое. Кровь! Я развернулся готовый ударить мечом, но у меня его выбили цепью с грузилом на конце. На меня кинулись троё подростков с бешенными глазами, в каких-то лохмотьях. Раненые, но готовые идти до конца! Я пальнул одному из них в лицо из обреза и снёс голову. Второй бросился на меня и я, уворачиваясь от его ударов дубиной, вскипятил ему кровь. Он закричал весь красный, рванул в сторону, но поздно кровь уже свернулась… Третий кинулся и решил затеять со мной рукопашную схватку. Секунды три я с ним поборолся, и оказался немного сильней, но он выносливей. Решив не экономить магию, я выпустил по нему сноп огненных стрел в грудь. Запахло горелым мясом. Тело врага безвольно осело… 
Я встал, развернулся и увидел как на меня летит подросток с шестопёром. В принципе я успевал его ранить магией, но не успел… Из-за спины послышалось ржание лошади, потом что-то мелькнуло обдав теплом. На моём лице оказались вражеские мозги с кровью. 
Закипая я повернулся и увидел того кого и ожидал: Збигнева.
— Ты совсем дебил? — спросил я в лоб. С меня ещё стекали кровь и мозги убитого подростка. — Я такого даже от тебя не ожидал.
— Я думал вам нужна помощь, — сказал как ни в чём не бывало Збигнев и развернул коня.
— Ты дебил… я бы сам разобрался! — крикнул я вслед. Хотелось послать в него огненный шар помощней. 
— Хорошо, больше не буду помогать, — сказал он и умчался прочь.
Как только он ускакал, я вновь оказался в окружении. На этот раз их было пятеро. Сплюнув я покрепче перехватил меч, жалея что не перезарядил обрез вместо пререкания со Збигневом.
Цепь больно ударила меня по ноге, но я стерпел сделав резкий выпад в подростка. Такой прыти не ожидал даже я сам от себя, но меч пронзил ему грудь, вспоров и грудную клетку и позвоночник. Рванув на себя меч, я с трудом его вырвал. Справа ко мне метнулся с топором ещё один. Я едва успел и выстрели по нему мини огненным шаром. Да так, что перестарался с мощностью с перепугу и перебил его пополам в районе таза…
Осталось трое. При том один с ножом. Я выставил перед собой меч, рассчитывая на помощь. Но помощи не было. Слышались звуки битвы, выстрелы. Иногда стрекотал пулемёт. Эти трое явно тоже ждали помощи. Они резко рванули на меня и мне пришлось сделать веер огненных стрел по ним. Всех троих сильно обожгло. У одного слезла кожа и мясо с рук, другому выжгло глаз, третий же просто получил сильные ожоги груди. Неплохо! Но не то чего я хотел. 
Раненные они ринулись на меня с удвоенной силой. Замелькал меч, отбиваясь от их корявых ударов. Но их трое! Мелькнула цепь с грузилом над головой, я пригнулся и немного передохнув ударил мощной стрелой в голову пацана с цепью… Промах! Я резко отступил назад и поймал нож в печень. Кинул его тот от кого не ожидал. Тогда разозлившись, я выдал по ним серию огненных стрел, что окончательно их добило. 
Глянув вниз я увидел, что с меня вытекло уже немал крови. Сосредоточившись на самоисцелении, я попытался залечить раны, но в крови ещё бушевал адреналин. Было трудно. Ничего не выходило! Тогда я принял решении просто прижечь рану. Взвыв так, словно меня зажарили, я остановил кровь таким варварским образом и пошёл проверить как там другие…
Двое рядовых добивали подростка с дубиной. Оба раненные они прижали его к земле, но в нём ещё было столько сил, что даже сейчас тем двоим оказалось нелегко. Я проковылял к ним и воткнул меч пацану куда-то в бок. Уличив момент, они сразу закололи его ножами.
Ко мне подошёл Иван:
— Славно барин, но нужны патроны для пулемёта…
— Неужели ещё будут нападать? — удивился.
— Могут.
 
Из леса выскочил Збигнев, на коне, волоча двоих полуживых зажаренных подростков. Он кинул их к нашим ногам.
— Старшина держи сувенир на допрос.
Старшина Иван Тёркин хмуро на них посмотрел и спросил:
— Откуда?
Те молчали. Я рассмотрел их и ужаснулся, они были как после пыток. Кожа слезла даже с головы, везде торчали голые опаленные кости. Как они выжили после атак Збигнева, было непонятно. 
Иван взял дробовик и выстрели сперва одному в голову, затем другому. 
— Всё, оставьте меня на пол часа, — сказал я отходя в сторону. — Мне надо лечиться. 
— Наших полечишь барин? — спросил Иван. 
— Иван, — я повернулся. — Сперва себя, я же говорю, потом вас.
Я сел на пенёк и наконец, через пятнадцать минут окончательно успокоившись, смог подлечить печень. Самое трудное было вывести кровь, которая натекла вовнутрь. Немного уставший, я подошёл к Ивану.
— Что там у вас?
— Три открытых перелома у двух человек, глубокое ранение в артерию, в лёгко ещё у двоих.
— Давай сперва артерию и легкое, — сказал я и обречённо поплёлся лечить. К тому времени уже подустал от боя, от использования магии, от самолечения. 
Приехала подмога из десяти человек и одного одарённого. Спросив с ходу: всё ли нормально, они помчались дальше. Где-то выше по границе ещё прорыв. Во время боя я видел ещё одну сигнальную ракету в небе далеко, но было не до этого.
— Откуда их так дохрена? — спросил я долечивая последний перелом.
— Там крупный волчий клан, — ответил Иван. — Несколько тысяч особей, а волчьи подростки и ублюдки для них расходный материал, что бы добыть камней…
— А ублюдки где берутся?
— Там с другой стороны в тридцати километрах есть деревни… ублюдки берутся от связи оборотня и крестьянки.
— И что всех насилуют?
— Те деревни очень странные, — ответил Иван. — Ходят слухи, что некоторые деревни рожают для них солдат добровольно… 
Подъехал Збигнев на лошади, я заметил что рука у него вновь двигается, но на белой рубашке осталась кровь и дыра. Неужели как я умеет лечить? И как подтверждение моих догадок он спросил:
— Надо кого подлечить?
— Никак нет барин, — ответил Иван. — Михаил справился уже…
Весь день мы проходили в ожидании новой атаки, в час к нам подъехала повозка и снабдила грантами, патронами — в том числе для пулемета. Пулемётчик Василий по этому поводу очень переживал. Ещё я отмыл голову и лицо в ручье от крови и мозгов. Немного постирал рубашку от того же, затем подогрел её и чуть не спалил. Но у меня хотя бы стало получаться. В полдевятого вечера нас сменили. 
— То есть дневная охрана работает по четырнадцать часов? — спросил я Ивана. — А ночная по десять?
— Так точно, — ответил Иван. — Им сложней ночью, поэтому так. 
Приехав я тут же отправился в прачечную комнату и бросил им грязную вымазанную в крои и мозгах одежду. Там работали две женщины они стирали, а потом вывешивали вещи на улицу возле нашего барака, так что потеряться они не должны. Затем я отправился в столовую. Как ни странно она работала, нам подали отварной картошки с селёдкой, так же морс с булкой. Всё было просто, но вкусно. Хотя я не спешил есть, но на часах показывало десять часов двадцать две минуты. Хотелось зайти к управляющему…
Я постучался.
— Войдите, — послышалось из-за двери.
Я вошёл.
— Что такое Миша? Мне тут сообщили что вы со Збигневым прошли боевое крещение.
— Откуда они берутся в таких количествах? — сразу перешёл я к делу, хотя слышал версию от Ивана. Хотелось услышать разъяснений от управляющего.
— Это молодые волки и ублюдки от изнасилованных крестьянок. Они их посылают каждый год за кристаллами, иначе всё равно численность клана станет очень большой и к ним вышлют людей для прореживания. А так кто ни будь да притащит пару кристаллов. 
— Иван Тёркин старшина сказал, что они добровольно идут с волками…
— Иван хороший боец и верный человек, — сказал Семён Павлович. — И он вероятно прав…